Тайный любовник - Чарлин Сэндс

Его искренность, тон, завораживающий взгляд смягчили ее сердце. Она хотела излечиться, разрушить защитную стену, чувствовать себя живым человеком.

— Тони, — выдохнула она, сама не зная, что сделает дальше.

— Это твой призыв, — заметил он, гладя ее спину так нежно, что по всему ее телу побежали сладкие искры. И еще один камень вывалился из защитной стены.

Молнией пронеслись у нее в голове образы прошлого. Их радость, их смех, их головокружительная любовь. Чем больше она старалась забыть, тем яростнее воспоминания рвались на волю.

— Я хочу, чтобы боль ушла, — прошептала она, — хотя бы только на короткое время. На сегодняшнюю ночь.

— Тогда позволь мне помочь тебе.

Она закрыла глаза и подчинилась зову момента.

— Да, — прошептала она.

Рена дотронулась до его груди. Ее пальцы искали, дразнили, возбуждали. Ему стало удивительно хорошо. Он ощутил себя сильным, могучим.

Она склонила голову к его голове, требуя поцелуя, и приняла его всем сердцем, отбросив сомнения. Казалось, их тела подчиняются одному и тому же ритму. Любое ее движение вызывало в нем сексуальный восторг. На любой ее стон он отвечал стоном. Ей и раньше нравилось брать инициативу на себя, но сегодня она впервые так яростно настаивала на своем контроле, и Тони, по всей видимости, понял, что ей это необходимо. Он принял ее с сияющими глазами и с радостью отдал ей свое тело.

— Я весь твой, — произнес он.

У нее перехватило дыхание. Она знала, что он имеет в виду секс, но ухватилась за это утверждение. Он весь ее. А сможет ли она когда-нибудь стать вся его?

— Ты опять задумалась, — сказал Тони с улыбкой.

— Признаю себя виновной.

Она сняла лифчик, освободила от него грудь, а заодно и мозг — от мрачных мыслей.

Тони потянулся к Рене и стал ласкать ее с утонченной нежностью, целовать с любовью каждую частичку ее тела, и его неожиданное сочувствие проникло ей в душу.

Их акт любви был то спокойным и размеренным, то диким и безумным. Они двигались вверх и вниз, учились и узнавали, сообщали друг другу наслаждение и радость. Ночь не знала границ, а когда пришло время сбросить невероятное напряжение, Рена поднялась на Тони, обвила его ногами, а он держал ее бедра, направляя ее. Ее движения подчинялись неутолимому голоду, тело горело, мозг молчал. Она радовалась каждому мигу их единения, и ее восторг передавался ему. Она дрожала под напором оргазма, выкрикивала его имя, а он крепко держал ее и сливался с ней в неописуемом наслаждении. И оба они словно уносились на небо.

Рена расслабилась в изнеможении. Тони обнял ее и поцеловал в лоб.

— Ты все еще меня ненавидишь? — спросил он.

— Да, — ответила она без колебаний. — Но не так сильно, как раньше.

Тони сильнее прижал к себе жену и прошептал едва слышно:

— Кажется, мне придется над этим поработать.

Всю следующую неделю Тони оставлял Рену одну на целый день и занимался спасением Пурпурных Полей. Он звонил разным людям из своего кабинета в Напе, лично встречался с клиентами, объяснял им новую ценовую политику. Вместе с Джо они организовали дело так, что, хотя их компания не сдавала своих позиций на рынке, малые виноградники тоже получили возможность существовать.

В отличие от своего отца он не нуждался в том, чтобы душить конкурентов. Его компания получала свой доход от вин определенного типа, другие виноградари — от своей специфической продукции. Таким образом, они разработали политику, которая была выгодна для всех.

Тони, довольный достигнутыми за день успехами, собирался ехать домой, к Рене. Он заметил, что в последнее время ее отношение к нему изменилолось: она смягчилась, стала чаще улыбаться и, кажется, все реже испытывала угрызения совести по поводу их отношений.

Тони, в свою очередь, чувствовал себя счастливым, когда просыпался утром рядом с Реной. Спросонок она улыбалась ему секунду-другую, пока воспоминания не возвращались и в ее глазах снова не появлялись грусть и отчаяние из-за смерти Дэвида.

Беременность Рены с каждым днем становилась заметнее. Тони удивлялся, как быстро все происходит, как ее живот день ото дня округляется.

Тони уже собрал со стола бумаги, когда в кабинет вошла Эли. Тони взглянул на нее и подумал то же, что и всегда: он не верил, что эта живая, умная, очень привлекательная женщина совершенно не интересует Джо.

— Извините, Тони, — сказала Эли. — Вам звонит ваш агент, некий мистер Бен Харпер. Он утверждает, что дело очень важное.

Тони помрачнел.

— Спасибо. — Скрываться от Харпера больше нельзя. Как только Эли вышла, он поднял трубку. — Привет, Бен.

Агент высказал ему все, что думает о сложившейся ситуации. Тони закрыл глаза и молча слушал его тирады.

— Черт подери, ты же подписал контракт! Они требуют! Им осталось только приставить нож к твоему горлу!

— Сейчас неподходящий момент, — спокойно произнес Тони.

— То же самое ты говорил два месяца назад. Они дали тебе отсрочку, потому что у тебя умер отец и потому что ты восстанавливался после травмы. Но больше они тянуть не могут. Они собираются подавать на тебя в суд. Ты должен что-то предпринять. Немедленно, Тони!

Тони вздохнул. По контракту у него оставалось еще несколько невыполненных обязательств, в том числе рекламный ролик для «Вечных шин», несколько интервью.

«Съемки могут занять неделю», — с грустью подумал Тони.

— Когда?

— Вчера, — проворчал Харпер.

— На следующей неделе, Бен. Я очень постараюсь.

— Лучше постарайся, Тони. Ты слишком долго водил их за нос. И помни: первое интервью ты должен дать во время международных соревнований в Довере.

— Хорошо. Я приеду.

— Я еще позвоню, сообщу подробности.

— Я в твоем распоряжении, — пробормотал Тони, повесил трубку и несколько раз прошелся взад-вперед по кабинету, покачивая головой.

Отношения с Реной постепенно налаживались, и ему никак не хотелось все портить сейчас.

Рена ненавидела все, связанное с гонками. Тони понимал ее, но у него не было выбора. Меньше всего на свете ему хотелось участвовать в судебном процессе. И потом, честно говоря, он скучал по гонкам. Он понимал, что надо уйти сейчас, в зените славы, но страсть не так легко погасить.

Проблема заключалась еще и в том, что Рена и ребенок стали для него важнее. Он мечтал, чтобы их брак представлял собой не только официальный союз, заключенный ради спасения виноградников. Он хотел создать полноценную семью, и Рена в скором времени должна была понять это.

Из конторы Тони сразу направился в Пурпурные Поля. Он очень хотел видеть Рену. Когда он вошел в дом, она говорила по телефону. Он приблизился сзади, обхватил ее талию, положил ладони ей на живот, ласково поцеловал в шею. Она только недавно стала позволять ему так ласкать себя, и Тони не мог насытиться ею.