Все дело в любви - Джилл Шелвис

К бару бочком подошла Люси. Она была в розовом свитере с сумасшедшими белыми волосами, отчего становилась похожей на ватную палочку. Ее слезящиеся голубые глаза остановились на Форде.

— Водку со льдом, — произнесла она. — Как там наша Стальная Магнолия?

Форд подал ей напиток.

— Что?

— Не играй в дурачка, милый. Это тебе не идет.

— А может, он такой и есть? — с надеждой спросил Сойер.

Форд подтолкнул ему газировку.

— Эй, полегче.

— Тара, — сказала Форду Люси. — Я говорю о Таре. — Она опрокинула в себя водку так, как будто занималась этим миллион лет. — Ее бывший здесь. А он живая знаменитость, знаешь ли.

Форд вздохнул. Конечно, он знал об этом.

Люси слегка подтолкнула его локтем.

— Он подстрекает тебя, мальчик.

— Давай не будем обсуждать это, Люси.

— Ты и не обсуждай, но вообще‑то все только этим и занимаются. Тебе не помешало бы выглядеть крутым. Крутым. — Она перегнулась через барную стойку и ткнула его в живот своим костлявым пальцем. — Ты слышишь меня?

— Да, я слышу. — Форд потер живот. — И мне вообще‑то больно!

— Крутым! Это я говорю тебе.

Как будто он не знал… сейчас, когда он лицом к лицу встретился с лоснящимся и безупречным бывшим мужем Тары. И еще он почувствовал какую‑то спонтанную взаимную симпатию на уровне химии между Лога‑ном и Тарой.

Сойер продолжал в своей спокойной манере:

— Почему все думают, что наш мальчик заинтересован в девочке?

Люси хихикнула и хлопнула о стойку пустым стаканом — это означало, что надо бы повторить.

— О, он заинтересован.

Сойер внимательно посмотрел на Форда. Его губы изогнула легкая улыбка.

— Да, я думаю, ты права.

— Спасибо, друг.

Люси чмокнула Форда в макушку.

— Так, — не выдержал он. — Прекратите это.

— Это тебе надо прекратить. Прекратить лодырничать. Самое время заняться делами всерьез. Хоть раз в жизни.

Самое худшее это то, что они были правы. Он знал, что люди, глядя на него, думают: «Этот парень никогда не брал на себя обязательств, разве что по отношению к парусникам». И кроме Тары и того лета, много‑много лет назад, он никогда не был для женщины настоящим другом, таким же хорошим, как любовником. В его сознании эти две вещи были несовместимы. Его жизнь шла день за днем. Его парусники. Его бар. Друзья. Он знал, что с бабушкой у него отличные отношения, но она и не требовала от него многого. Если у тебя много денег, их легко отдавать.

А правда заключалась в том, что последние шесть месяцев он испытывал… тревогу. Он чувствовал себя несчастным.

Шесть месяцев. А началось все в тот самый день, когда в Лаки‑Харборе вновь появилась Тара. И это было вдвойне глупо, потому что ни один из них не хотел вновь наступать на те же самые грабли.

Между ними явно было что‑то еще, не только удовольствие, которое они получали друг от друга в постели. Что‑то, что вызывало у него зуд, отчего хотелось бежать отсюда сломя голову и идти за ней по пятам одновременно.

Дверь открылась, и вошел… черт!

Логан Перриш.

Его одежда подходила скорее для ночного клуба, чем для бара в провинциальном городишке, и выглядел он чертовски богато. Форд и рад был бы ненавидеть его, но парень останавливался дать автограф каждому желающему. Трудно ненавидеть такого парня. Когда Логан подошел к бару, то явно удивился, увидав Форда.

— Эй, да ты бармен?

— Да. Выпьешь?

— Конечно. — Логан просмотрел сорта пива на доске за спиной Форда. — Я слышал что‑то о… «Имбирной богине»?

Сойер, сидевший на соседнем барном стуле, поморщился.

— Чтобы пить такое слащавое пойло, ты должен быть как минимум длинноногой блондинкой с третьим размером груди.

Логан рассеянно улыбнулся и посмотрел на Форда.

— Ну так что, сделаешь мне?

— Да, пожалуйста. — Сойер был прав: это абсолютно девчачий напиток.

Логана насмешило выражение лица Форда.

— Ну так что, я жду.

Форд подумал, что зря решил, будто Логан — хороший парень. Он достал из холодильника киви, грушу, взял со стола шейкер и принялся за работу.

— Уж не знаменитый ли это Логан Перриш? — спросила Люси писклявым голоском.

— Ой, здравствуйте! — сказал Логан, с легкостью улыбнувшись. — А вы у нас, милая, фанат гонок?

Она подвинулась поближе.

— О да! — Люси подвинула ему салфетку. — Автограф?

Форд бросил на нее недовольный взгляд, но она лишь усмехнулась ему и снова повернулась к Логану.

— А что вы делаете в Лаки‑Харборе? Приехали посмотреть новые колеса для своей тачки? Неприятная авария у вас была. — Она тронула его за рукав. — Надеюсь, вы не поранились?

— Все в порядке, — заверил ее Логан и повернулся к двум женщинам, которые только что вошли в бар. Они тоже подошли к нему и протянули салфетки, чтобы он их подписал. Логан и им не отказал.

Форд добавил имбирь, лед и водку в шейкер и переглянулся с Сойером. Тот как ни в чем не бывало пил свою колу. Форд перелил напиток Логана в бокал и долил сверху игристого.

Теперь уже половина посетителей бара столпились вокруг Логана.

— Настоящая знаменитость, — заметил Сойер. — Люди не могут устоять перед этим.

Форд мог.

— Не понимаю, что в этом такого особенного, — ворчал он. — Он не выиграл ни одну из последних восемнадцати гонок. И одевается отвратительно.

— Похоже, ты сегодня забыл выпить антидепрессант с утра.

— Да ладно, — продолжал Форд. — Гонки вообще не спорт.

Сойер усмехнулся.

— Да неужели?

— Что «неужели»?

— Ты наконец‑то решился сделать шаг навстречу женщине, по которой вздыхал… сколько?.. шесть месяцев, потому что ее бывший показался в городе? Ну и лентяй же ты!

— Кто сказал, что я собираюсь делать какие‑то шаги?

— Да ладно, старик, это же очевидно, — сказал Сойер.

— Ничего и не очевидно.

— Я тебя знаю со старших классов. Ты ни черта не изменился.

— Да ну тебя. — Форд сделал вид, что занимается заказом. — И кстати, я предпринял шаги еще до того, как Логан появился. Форд почувствовал, как кто‑то похлопывает его по руке, и посмотрел на Люси.

— Не волнуйся, сладенький, — сказала она театральным шепотом, так что слышно, должно быть, было в Сиэтле. — Мы поможем тебе вернуть твою девочку.