Спаси меня - Катрин Корр

Горькая усмешка коснулась ее полных губ, заставив мужчину задумчиво и виновато опустить взгляд. Выдохнув, он стянул очки, положил их на стол и с надеждой взглянул на нее:

– Ваш дядя говорил, что в ту ночь, один из преступников пару раз как будто чесал лицо. Или поправлял что-то… Сейчас он уже не помнит такие детали. На видео, покидая дом, один из преступников сделал нечто подобное.

«Надень маску».

«У меня вся морда чешется из-за нее! Мойсовы все равно сидят в другой комнате!»

– Что вы скажете по этому поводу, Белла? Помните, как кто-нибудь из преступников делал нечто подобное? – спросил следователь, перемотав запись как раз на тот момент, когда грабитель повернулся в сторону дома и просунул руку под маску. – Может, вы припоминаете что-то?

Белла с трудом сглотнула, глядя на экран. Внутренняя сторона щеки горела от сильных укусов. Похоже, уже пора было запасаться ромашкой.

– Маски другие, – тихо ответила она, взглянув на мужчину. – А больше я ничего не помню. Извините, но я ничем не смогу вам помочь.

* * *

Перед съемками Белла встретилась с подругой в недавно открывшейся кофейне «По чашечке» возле центрального городского парка. Катя специально выбрала это место, ведь оттуда было рукой подать до огромного бизнес-квартала с большим количеством стеклянных высоток, где с сегодняшнего дня она приступала к своей новой работе в качестве секретаря.

Зал кофейни оказался небольшим, но очень уютным. Яркий солнечный свет проникал в большие витражные окна, освещал темный кафельный пол с блестящей золотой крошкой, открывая вид на проезжающие наполированные до блеска машины.

– Ты просто представить себе не можешь, как там красиво! Хотя, нет, знаешь, так и просится какое-нибудь ругательное слово, но в хорошем смысле, – говорила Катя, как обычно, ярко жестикулируя.

На ней была белая блузка с круглым декольте, деликатно скрывающим пышную грудь, строгая юбка-карандаш темно-серого оттенка и черные матовые лодочки. Строгий внешний вид подруги приятно удивил Беллу, и она с досадой оглядела себя. В своих модных рваных на коленях джинсах, облегающей черной футболке и бесформенной светло-серой накидке крупной вязки она была похожа на первокурсницу, но никак не на двадцатичетырехлетнюю девушку. Ей нравилось, что ее работа не подразумевала жесткий дресс-код, но сейчас, сидя рядом с такой женственной подругой, Белла чувствовала себя неловко.

– Весь офис – что-то невероятное, а зарплата… – Катя демонстративно округлила глаза и открыла рот. – Короче, уже после получения первого аванса, я смогу снять для себя квартиру и съехать, наконец, с того дурдома, где я сейчас живу. И еще, я в шоке от того, что нет испытательного срока.

– Действительно, здорово! А дома все так плохо, да? – сочувственно спросила Белла.

– Две старенькие бабульки, которые живут под одной крышей и всячески пытаются взять пульт управления всей нашей семьей в свои руки, готовы поубивать друг друга, я серьезно. Ты же знаешь, у меня мама очень терпеливая и не может, стукнув по столу кулаком, сказать своей свекрови, чтобы та умерила свой пыл и перестала истерично кричать всякий раз, когда что-то идет не по ее плану. И поэтому, роль рефери всегда достается мне. Я должна накричать сначала на одну свою бабулю, чтобы та хоть чуть-чуть спустилась с небес на землю, а потом на вторую, чтобы та прекратила пререкаться в ответ. Даже сегодня, они чуть не подрались, пытаясь помочь мне с прической. Одна пыталась втюхать мне свои серебристые шпильки прошлого века, которые в моих темных волосах явно бы сверкали стариной, а вторая предлагала сделать «девичий хвостик», связав волосы атласной голубой лентой, представляешь? Древность какая-то!

– Ну… Миленько. А, что папа?

Катя усмехнулась и закатила глаза:

– В квартире наступает тишина и покой, только когда он возвращается с работы. Никто ни с кем не ругается, но это всего лишь показуха. Стоит ему выйти за дверь, как тут же начинается! То ваза стоит не там, где должна, то книги мои не в алфавитном порядке расставлены, то еще какая-нибудь хрень… Короче, получу аванс и первым же делом съеду. Мама только «за». Говорит, может, тогда я мужа себе найду!

– Я много раз предлагала тебе переехать ко мне.

– У меня не было работы, как бы я платила за жилье? К тому же у тебя студия и второй комнаты нет.

– Во всяком случае у меня тишина и покой, – улыбнулась Белла, – круглыми сутками.

– Теперь моя жизнь изменится, помяни мое слово! – подмигнула Катя, отхлебнув немного горячего кофе с воздушной белой пенкой. – Буду делать, что захочу, читать там, где мне удобно, спокойно есть чипсы и пить колу! Никто не будет твердить мне на ухо, что это вредно. И возможно, наконец, обзаведусь парнем! А как твои дела? А то я все о себе, да о себе, как обычно.

Пожав плечами, Белла проверила время на своих часах:

– Нормально, вроде бы.

– Все так скучно?

– Ну, у меня прежняя работа, мой кот, кажется, толстеет, а фисташковое мороженое я больше не ем, потому что на прошлой неделе отравилась им. Мне было очень плохо.

– Твоему коту я советую не есть после шести и активно заниматься спортом. Бери его с собой в зал на беговую дорожку. А фисташковое мороженое – полная дрянь, я тебе сто раз это говорила. – Катя сделала недовольную гримасу и провела пальцем по экрану сотового телефона. Взглянув на время, она с предвкушением улыбнулась: – У меня еще сорок минут свободных, а потом на работку!

– Ты такая забавная, – хихикнула Белла.

– Знаешь, как там все строго? Компании принадлежат пять последних этажей в высотке «Скай», а это огромная территория! Просто… Нереально огромная! Ты была там когда-нибудь?

– Нет. А какая сфера деятельности?

– Электроника, кажется, что-то с системами безопасности, я не поняла точно. Со мной проводила беседу на вид очень суровая женщина, она пиар-менеджер директора компании. Для нее было важно, чтобы я хорошо выглядела, имела опыт работы и… Пришлась по вкусу руководителю.

– Это как?

– Ну, пообщавшись со мной, она провела меня в кабинет директора. Сказала, что он должен «одобрить». Это выглядело, как если бы я была девственницей и меня привели к олигарху, выбирающему себе «нетронутый цветочек» для собственных утех.

– Боже мой, Катя! Ну и фантазия! – выпалила Белла, заливаясь краской.

– А что? Оно ведь так и было! – развела она руками, едва не задев проходящего мимо официанта. – Я просто зашла в огромный кабинет с полностью стеклянной стеной, встала в центре комнаты, в метрах десяти от стола, за которым сидел не менее суровый мужик, и едва я успела поздороваться с ним, как он просто кивнул своей пиарщице, и та, потянув меня за руку, вывела из кабинета. Я даже моргнуть не успела!

– Звучит пугающе, – насторожилась Белла, оглядев подругу. – Зарплата, говоришь, высокая? Еще и испытательного срока нет… А тебе удалось познакомиться с кем-нибудь из персонала, помимо этой женщины?