Лучшая неделя Мэй - Роушин Мини

Но и этого было достаточно. Бойфренд получил отлуп еще до наступления выходных, а через две недели его место в постели Кармел занял Пол Райан.

Кто сейчас скажет, кто из них сделал первый шаг? Они оба что-то почувствовали друг к другу, вот и все. А все остальное случилось быстро. У Кармел с этим никогда не было проблем.

Она отошла от двери и начала приводить в порядок хаос, царивший в классе. Дни тянулись очень медленно. У нее уже не хватало терпения дожидаться четверга.

Франческа

– Мама!

Лючия выдернула свою руку из ладони Мариетты и побежала вниз по мокрой улице, капюшон начал понемногу сползать с ее головы.

– Подожди, Лючия. – Мариетта с трудом поспевала за девочкой.

Франческа как раз выходила из кафе, на ходу открывая зонтик. Она остановилась и повернулась, потом чуть присела и вытянула свободную руку, чтобы схватить Лючию, когда малышка до нее добежала.

– Чао, детка. Ты промокла? – Она натянула на голову Лючии капюшон и затем раскрыла зонтик. – Когда идет дождь, нужно надевать капюшон. Хорошо?

Помощница подбежала к ним как раз в тот момент, когда в голосе Франчески прозвучали нотки раздражения.

– Капюшон был надет, но он сполз, когда она бежала.

Франческа держала открытый зонтик над Лючией и над собой и смотрела на дорогу, даже не взглянув на Мариетту.

– Я поняла.

Франческа подняла руку, и появившееся на дороге такси немедленно подъехало к ним и, преодолев небольшую лужу, остановилось.

Франческа подвела Лючию к машине.

– Залезай, детка, – затем повернулась к Мариетте и с улыбкой взглянула на ее промокшие волосы. – Будь так добра, забери, пожалуйста, одежду из химчистки. Ты помнишь, где она находится? Идешь до конца этой улицы, а потом поворачиваешь налево. – Она отдала Мариетте все еще открытый зонт. – Вот, это не даст тебе промокнуть, – потом порылась в сумочке и достала зеленую квитанцию и купюру в двадцать евро. – Этого должно хватить.

Когда такси отъехало, она повернулась к Лючии.

– А теперь, cara, расскажи мне, как прошел твой день.

И ни Франческа, ни Лючия даже не взглянули на Мариетту, насквозь промокшую, идущую по направлению к химчистке, держащую в одной руке зонт, а другой дрожащей от холода рукой сжимающую деньги и квитанцию.

Мэй

Она раздраженно шлепала по лужам и не обращала внимания на то, что ее джинсы намокли уже до колен. И естественно, сегодня ей взбрело в голову выйти с распущенными волосами, хотя всем остальным было понятно, что снова пойдет дождь. Ну и пусть, пусть ее волосы свисают, как крысиные хвостики, это, в конце концов, ее личное дело. А дома ей еще придется целый час потратить на то, чтобы их высушить, придется позвонить Ребекке и все отменить.

Прекрасно. Великолепное завершение дерьмового дня.

И конечно, ей не хватило краски, чтобы закончить красить стену, не хватило совсем чуть-чуть. А это значит, что до пятницы придется зайти в хозяйственный магазин и купить целую банку краски этого ужасного цвета, чтобы закрасить оставшуюся часть стены.

За ужином отец снова жаловался на Пэм.

– Я уже говорил ей про лук, тысячу раз. Она это специально делает.

Мэй еле сдержалась, чтобы не взять тарелку с сосисками и не швырнуть прямо в него. А лучше не так, лучше разбить ее об его голову, а он пусть потом сам себя чистит.

Ее рука непроизвольно потянулась к шее, а там ничего не было. Глаза наполнились слезами. Как это глупо. Это была всего лишь подвеска, и Мэй даже не знала, кто ее прислал. Она со злостью вытерла слезы.

Джуд, неприветливая, как обычно, была уже дома. Нет, ее мама сегодня работает допоздна. Нет, она ничего не говорила о подвеске. Да, она ее спросит, когда та вернется. Розовая ракушка на золотой цепочке, все ясно. Их разговор на пороге дома длился около минуты, Джуд все это время что-то жевала, а ее взгляд остановился где-то на уровне подбородка Мэй. Джуд закрыла дверь раньше, чем Мэй успела развернуться. Какая невежа.

В доме, где Мэй мыла окна, никого не оказалось, а снаружи не было никаких следов подвески.

Мэй потянула Джоджо за поводок, поскольку пес застрял сзади, увлеченно обнюхивая что-то.

– Давай поднажми.

Как могло так случиться, что Терри забеременела? Это было несправедливо. Это Мэй должна покупать крошечные вещи, выбирать имя, зачеркивать дни на календаре. «На ее месте должна быть я». Еще больше слез полилось из глаз, она даже не пыталась их вытирать, они просто текли по ее лицу вперемешку с каплями дождя. «Он любил меня, я это точно знаю. Если бы только она оставила нас в покое…»

Она сердито топнула ногой по другой луже и вдруг из ниоткуда раздался мужской голос:

– Эй, аккуратнее.

Мэй подняла глаза, и голос превратился в черные ботинки, выцветшие джинсы, кожаную куртку с поднятым воротничком и мокрые светлые волосы, почти такие же мокрые, как волосы Мэй. В форме он выглядел иначе. На его ресницах блестели капельки воды. Поравнявшись с Мэй, он улыбнулся.

– Я уже и так достаточно промок, а тут еще вы меня окатили.

– Прощу прощения. – Она обнаружила, что улыбается в ответ, настроение у нее стремительно улучшалось. – Я не думала, что кого-то встречу.

Пожалуйста, пусть он не заметит слезы. Пусть он подумает, что это дождь.

– Я знаю, нам обоим не мешало проверить наши головы. – Джоджо обнюхивал его ноги, а он наклонился и погладил мокрую голову пса. – Эй, приятель, думаю, тебе пора отвести домой эту юную леди. Мы же не хотим, чтобы она подхватила воспаление легких, правда?

Капли свисали с кончиков его волос. Мэй почувствовала запах кожи.

Он выпрямился, а затем поднял руку.

– Берегите себя, Мэй.

И он ушел, быстро пройдя мимо нее и исчезнув за углом, пока она тянула Джоджо за поводок в противоположном направлении.

Впервые он назвал ее Мэй. А она понятия не имела, как зовут его. Ее кожа покрылась мурашками. Господи, она, наверное, выглядела как мокрая крыса. Каждый раз, когда они встречаются, она похожа на дохлую мышь.

«Мы же не хотим, чтобы она подхватила воспаление легких».

Ночь только начиналась. Если она поторопится домой, то у нее есть шанс успеть к Ребекке.

Кармел

Она положила в корзинку бутылку бургундского и сверилась со списком. Шоколад в учительскую – ее очередь, утиный паштет и крекеры – а вот это уже было не для учительской. И, конечно, вино. И сыр, ей нужно купить бри, Пол его упомянул в прошлый раз.

И, возможно, немного темного шоколада, но это на потом.

Кармел так нравились перекрашенные стены на кухне, она была так рада, что послушала свой внутренний голос и выбрала этот оттенок охры вместо карамельного оттенка, который советовала Пэм. Жаль, что еще не все было завершено, но все равно Мэй отлично поработала, сделав все красиво и аккуратно.