Смуглая ведьма - Нора Робертс

— Поразительно! — «Невероятно, — подумала Айона. — И как будто из другого времени». — Правда, это поразительно? — не унимались туристы.

— Мы с Отто и на завтра записались, — продолжала немка. — Жду не дождусь, честное слово.

— Получите большое удовольствие. Мне тоже надо попробовать. Это мой двоюродный брат, — добавила она, беззастенчиво хвастаясь. — Сокольничий.

— Очень симпатичный. У вас брат — сокольничий, а вы еще ни разу не ходили в этот маршрут?

— Я только вчера приехала. — Она улыбнулась, видя, как Коннор поднял руку и подмигнул ей — а может, Мире или им обеим.

— Это пустынный канюк, — пояснила Мира. — Поскольку вы забронировали прогулку уже на завтра, вам надо непременно успеть посетить школу. Готова спорить, прогулка станет для вас одним из ярчайших впечатлений, но оно будет неполным, если вы не увидите других хищных птиц и хоть немного о них не узнаете.

Ястреб взмахнул крылом и вспорхнул на ветку. Группы дали друг другу пройти.

— Удачного дня, Коннор, — на ходу бросила Мира.

— И тебе. Катаешься, сестренка?

— Я на работе.

— Прекрасно! Значит, с тебя причитается.

— Договорились.

«Ну вот, — подумала Айона, — и пинта с двоюродным братом после работы — это ли не чудо?»

— Прошу прощения. Я не очень хорошо говорю по-английски…

— У вас прекрасный английский, — возразила Айона, повернувшись к немке.

— Это ваш двоюродный брат. Но вы же не ирландка?

— Американка, но ирландского происхождения. Я только что сюда переехала жить. Буквально вчера.

— Вы приехали только вчера? И раньше никогда не были здесь?

— Нет, раньше я здесь никогда не была. Я на несколько дней остановилась в замке.

— А, так вы приехали погостить.

— Нет, теперь я живу здесь. Вчера приехала, сегодня получила вот эту работу, а на той неделе перееду жить к брату с сестрой. Все это как в сказке.

— Вы только что приехали из Америки и будете здесь жить? Мне кажется, вы очень смелая.

— Скорее везучая. Здесь такая красота, не находите?

— Да, здесь очень красиво. Мы живем в Берлине, там же и работаем. Это очень оживленный город. А здесь так тихо… и спокойно. Отличный отдых!

— Да. — «И еще лучший дом, — подумала Айона. — Мой родной дом».

К тому времени как Айона растерла и почистила Спада, убрала на место упряжь, познакомилась с другими работниками, дежурившими в тот день (Мик встретил ее широченной улыбкой, причем оказалось, что вчерашняя официантка — его дочь), помогла накормить и напоить лошадей, было уже слишком поздно, чтобы идти в Конг или в школу ловчих птиц.

Она подошла к Мире.

— Я не совсем уяснила свое рабочее время.

— Ну да. — Мира сделала глоток из бутылки фанты. — Догадываюсь, ты не планировала работать целый день, как фактически получилось. Ты в силах выйти завтра?

— Конечно. Без проблем.

— Ну, тогда приходи в восемь, но на всякий случай уточни у Бойла, может быть, он уже как-то сбил график. Думаю, тебе сейчас можно идти, здесь Мик с Пэтти разберутся, а у меня еще урок на большой конюшне.

— Хорошо, я найду Бойла и спрошу. Спасибо за все, Мира.

Преисполненная радости от удачного дня, она крепко обняла Миру.

— Пожалуйста, конечно, но только я ничего такого не делала — скорее даже меньше обычного, ведь ты за меня почти всю грязную работу сделала.

— Мне в охотку. Мне вообще здесь нравится. До завтра?

— Хорошего вечера, и привет Брэнне с Коннором, когда увидишься.

Айона заглянула в манеж, затем в комнату, именуемую кабинетом Бойла, вернулась, еще раз все обошла и обнаружила его на выгоне, где он с Аластаром играл в гляделки.

— Он считает, вы его недолюбливаете.

Бойл оглянулся.

— Значит, у этого негодяя развита интуиция.

— Но вам же он нравится. — Она подтянулась и села на ограду. — Вам по душе его экстерьер и его нрав, вы только не знаете, как укротить его, чтоб не через колено.

Бойл шагнул к ней. Айона улыбнулась.

— Вы же лошадник. Всякий лошадник, взглянув на это роскошное животное, скажет вам то же, что и я. Вы друг друга раздражаете, но это оттого, что вы оба такие большие, красивые и волевые.

Покачиваясь с носка на пятку, Бойл заложил большие пальцы в нагрудные карманы.

— И таков твой вывод после столь скоротечного знакомства, да?

— Да. — Таким счастливым выдался этот день, что она продолжала купаться в нем, как в солнечных лучах. Ей казалось, она может сидеть тут часами, в этом холодном сыром воздухе, с этим человеком и этим конем. — Вы друг с другом соревнуетесь — значит, есть взаимоуважение, — и обе стороны прикидывают, какую избрать стратегию, чтобы в конце концов одержать верх.

— Поскольку скакать на нем буду я, а не он на мне — вопрос можно считать решенным.

— Не совсем так. — Она со вздохом посмотрела на Аластара. — В детстве я мечтала иметь такого коня — большого, смелого скакуна, и чтобы он принадлежал мне, и только я чтобы могла на нем ездить. Думаю, все девочки проходят эту стадию. А потом вырастают. Но я, похоже, так и не выросла.

— Ты хорошо ездишь.

— Спасибо. — Она посмотрела на него. Их взгляды встретились. Слава богу, что она сидит на заборе, иначе не удержалась бы и обняла его, как только что Миру. — Благодаря этому и получила работу.

— Точно.

Он ничего не сказал, когда Аластар сделал несколько с виду небрежных шагов и, совершенно игнорируя Бойла, подошел к Айоне и встал с ней почти нос к носу. «Этот конь, — подумал Бойл, — смотрит на эту женщину так, словно у нее на все есть ответ».

— Славный у нас выдался денек, что скажешь? — Она провела рукой по гладкой щеке коня, затем по могучей шее. — Здесь хорошее место. Только надо привыкнуть.

И конь, не далее как этим утром оставивший на плече многоопытного конюха рубец величиной с мужской кулак, тоже словно вздохнул. И шагнул вперед, почти положив голову Айоне на плечо, чтобы она могла обхватить его руками за длинную шею.

«Я не дам тебя в обиду, — сказала она ему. — А ты не давай в обиду меня».

— Ты точно одна из них, — пробурчал Бойл. — О’Дуайер до мозга костей.

Увлеченная конем, Айона рассеянно бросила:

— Это моя бабушка. С маминой стороны.

— Важно не то, кто с чьей стороны. Важно, какая кровь и косточка. Можно было сразу догадаться — по тому, как ты с этим типом разобралась.

Он облокотился на изгородь и стал долгим пристальным взглядом изучать Айону.