Запутанные отношения - Татьяна Алюшина

Ушлая, все знающая директриса купилась на эту побасенку как девочка!

И шепоток сплетен прекратился.

Серая мышь, затравленная Воронцова никаких иных ассоциаций, кроме как изложенных со слезой Тимофеем, у преподавателей и учеников не вызывала. На том и отстали от них.

А он автоматом получил «уважуху» от учителей и страх до пердежа от старших учеников, паре-тройке из которых навалял, не задумываясь, по сытым мордасам.

Ни черта не боялся и глубоко плевал, что ему всего тринадцать лет, а им по шестнадцать-семнадцать!

Тим учился как мог, старался, Катька помогала по мере своих сил и знаний и пристрастила его к чтению – по необходимости штудировала литературу, а он за компанию, и ему понравилось, но…

Мальчик оставался дворовой шпаной, хулиганом, беспризорником, предоставленным самому себе, с бандитскими знаниями жизни и людей. И как проводил время вне школы и их двухчасовых встреч, Катька узнала и поняла гораздо позже.

Тимофей стал ее миром – отцом, братом, другом, ангелом-защитником, поводырем.

Когда начались месячные, она перепугалась до слез, решив, что умирает! Никто не объяснял девочке, что это должно случиться, и это – нормально. Катька прибежала ранним утром в комнату еще спавшей бабушки вся в слезах. Ксения Петровна строго отчитала ее за истерику, велела взять и использовать вату, а в школе подойти к учительнице или однокласснице и все выяснить про «данный вопрос». Сама бабушка давно про это не помнила, а нынче какие-то новые средства для «этого» есть.

Какая учительница, какие одноклассницы?!

Продолжая плакать от испуга, она кинулась к Тимофею, который ждал ее на их месте за углом дома, чтобы идти в школу. Выслушав рыдающую девочку, тот вздохнул и за руку, как обычно, отвел в ближайшую аптеку, попросил женщину-аптекаршу объяснить все «сестренке», рассказать, чем и как пользоваться в такие дни, и купил целую кучу новомодных прокладок, совершенно никого и ничего не стесняясь.

Тимофей вообще ничего не смущался, и у него всегда имелись какие-то деньги.

Откуда?

А оттуда! Где мог взять деньги беспризорник-шантропа? Ну, вот там и брал! И не только деньги. Он воровал с уличных лотков, наводнивших Москву, особенно возле станций метро, фрукты, конфеты-печенья и приносил Катьке, и заставлял есть под его неусыпным присмотром, а то худая, как…

А еще книги!

Чтение Катерины Воронцовой настолько разнообразилось с появлением в ее жизни Тимофея. Однажды он принес стыренную книжку по быстрочтению. Девочка освоила эту практику моментально, научившись шустрому чтению в двенадцать лет, тайно от бабушки, само собой!

Ей сразу стало легче, и намного – уже не надо было так напрягаться, чтобы успевать штудировать «плановую» классическую литературу, пересказывая по вечерам Ксении Петровне содержание прочитанного, и выкраивать как-то минуты для чтения «недозволенной» литературы.

Чего только не прочла!

От детективов, мемуаров, фантастики до «Камасутры» и «Счастливого секса в супружестве». Освоив теорию, обратилась с вопросом к Тимофею, для чего это все надо-то на самом деле?

Он объяснил, как мог в свои пятнадцать лет, что-то о любви, и пошел дальше, и показал разницу между любовью и скотством, притащив ее в подвал соседнего дома, где находилось место дислокации самой отъявленной местной подростковой банды.

И держал железными пальцами за плечи, чтобы она смотрела, как на грязном матраце, на полу, пятнадцати-четырнадцатилетние девчонки-оторвы занимаются бесчувственным сексом с пацанами.

А выведя на свежий воздух, жестким, скрежещущим голосом растолковывал, чего хотят мужчины от женщин, а особенно от таких малолетних девчонок, как она, и про жизнь ее сверстниц в интернатах и на улицах рассказал подробнейшим образом.

– Зачем ты мне все это рассказываешь?! – кричала, сопротивляясь таким знаниям, Катька, которой казалось, что ее изваляли в мерзости.

– Да потому, что ты первая претендентка по этому адресу! – кричал в ответ возмущенно Тимофей. – Ты взаперти жила, к тебе козел какой подойдет, скажет: «Пошли девочка, так надо!» – и пойдешь! Тебя же слушаться учили, не задавая вопросов, и исполнять приказы старших! Хорошо, мы вовремя встретились, а то так и пропала бы! Они таких наивняков больше всего любят! И бабка твоя, сука, ни черта не объяснила про жизнь! Вообще! Тварь старая!

Зато сам объяснил популярно и доходчиво, взяв на себя эти обязанности. Учил ее разбираться в людях, в характерах, поведении, чего те боятся, о чем мечтают, о тайных запретных мотивах. Приводил ко входу в метро, они устраивались где-нибудь на скамейке или на парапете, и Тимофей начинал урок:

– Вот мужик, смотри, давай, расскажи, что ты о нем думаешь?

А ничего она не думала.

– Мужчина, – говорила, удивляясь. – Взрослый.

И все!

Он научил. Кто лох, кого можно обворовать, обмануть, обвести вокруг пальца, наговорив небылиц, кто тертый и хитрый, кто злой, кто жадный, кто ненормальный, кто заумный…

– Смотри в глаза, когда надо понять, что за человек, только не долго. Долго нельзя. Учись считывать человека быстро: как двигается, ходит, какие жесты, одежда…

И так далее, так далее, и все с начала… курс прикладной, самой грамотной психологии – для выживания!

Научил ее драться. По-дворовому.

Зло, беспощадно, нанося максимальный, какой возможно, урон противнику, при необходимости применяя любые подручные средства. Бить сразу, не раздумывая – почувствовала угрозу – бей! Не выясняй, показалось тебе или это реальная угроза. Учил мгновенно оценивать риски и пути отступления.

К чему ее готовил?

Катька как-то спросила. Он ответил.

– Я не всегда буду рядом, ты должна уметь защищаться и обезопасить себя. Останешься одна, меня заберут в армию на два года. Но не допущу, чтобы с тобой что-то случилось! Научу быть хитрой, смелой, уметь сразу же просчитывать людей и ситуации.

Это очень быстро наступило! Армия.

Ей исполнилось четырнадцать, Тимофею – семнадцать, и он окончил школу. Кстати, неплохо окончил, их общими стараниями, не на двойки-тройки, а со вполне приличным четырехбалльным аттестатом.

Как водится, Ксения Петровна отбыла на лето к подруге за город, предоставив Катьку самой себе, расписанию и проверкам Евгении Ивановны.

А Тим огласил новые задачи:

– Кошка, у нас начинается напряженный год. Я все узнал. Для того чтобы ты могла сразу после школы поступить в медицинский, надо два года стажа и очень много заниматься, особенно биологией, анатомией, химией. Ну, это-то ерунда, нужные книги достану. А вот самое главное – принимать участие во всяких там олимпиадах и побеждать. И надо придумать, как твою бабку затарахтеть, чтобы отпустила работать и разрешение письменное дала.