Сказка для двоих - Барбара Воллес

Отец Гидеона удивил ее. Обычно такой обаятельный и разговорчивый, он безмолвно сидел напротив сына, наблюдая, но не принимая никакого участия. Его пассивность можно было бы списать на волнение – возможно, он был одним из тех, кто перед лицом беды замыкается в себе. Эмма заметила, что он за весь день едва ли сказал сыну и пару слов. Создавалось ощущение, что между этими двумя мужчинами проведена незримая граница, которую никто из них не хочет переходить.

Примерно через полчаса появилась доктор Крен-шоу и направилась прямо к Гидеону:

– У вашей бабушки был небольшой сердечный приступ. Не пугайтесь, на данный момент это не опасно, но это явно предупреждающий сигнал – ей нужно срочно менять образ жизни. Источником боли в груди, на которую она жаловалась, оказалось сломанное ребро, вероятно, при падении она ударилась об угол кровати.

– С ней все будет в порядке? – спросил Джонатан.

Доктор кивнула, и Эмма услышала три облегченных мужских вздоха.

– Не волнуйтесь, скоро она уже будет на ногах, командуя всеми вокруг, как и всегда. Она уже читает лекции медсестрам о правильном обращении с пациентами.

– Боже, храни эту больницу, – с улыбкой пробормотал Гидеон.

– Можно ее увидеть? – спросил Эндрю.

– Подождите немного, ей нужно отдохнуть. Но с вами она хочет поговорить сейчас. – Женщина обернулась к Гидеону. – Сделайте мне одолжение, не говорите с ней о бизнесе хотя бы ближайшие двадцать четыре часа.

– Как будто это возможно, – пожал плечами Гидеон, исчезая в палате миссис Кент.

Эмма поежилась: без него коридор стал пустым и неуютным, Эндрю и Джонатан, отвернувшись от нее, шепотом обсуждали какие-то дела. Кажется, они уже забыли, что она все еще здесь. А действительно, зачем она до сих пор здесь? Ради Гидеона? Но он в ней не нуждается, у него есть его семья, а она всего лишь секретарь.

Резко встав, она бросила пустой стаканчик от кофе в мусор и направилась к выходу.

– Ты нас сегодня сильно испугала, – улыбнулся Гидеон, входя в палату бабушки.

– А уж как я напугала саму себя! – ответила Мария. На больничной кровати она выглядела такой маленькой и хрупкой. – Ненавижу чувствовать себя беспомощной.

– Неужели? Никогда бы не подумал, – рассмеялся Гидеон, пододвигая стул к постели. – С этого дня тебе придется больше заботиться о своем здоровье, Мария.

– Обращение «бабушка» мне больше понравилось, – сказала она, положив ладонь на его плечо. Ему оно тоже было по душе. И ощущение тепла ее маленькой руки наполнило душу Гидеона нежностью. – Спасибо тебе.

– Лучше поблагодари свои мыльные оперы, если бы ты не была такой рабой привычек, мы бы и не догадались, что что-то случилось.

– Я напишу благодарственное письмо продюсеру. Но сейчас я говорю про другое: спасибо, что вернулся домой, Гидеон, я скучала.

– Я по тебе тоже, – сказал он, чувствуя, как его переполняют эмоции. Чтобы скрыть их, он собрался уходить. – Я лучше пойду, доктор запретила нам утомлять тебя.

– Но завтра возвращайся.

– Обязательно.

В дверях он встретил отца и дядю, которые тоже хотели проведать бабушку. Проходя мимо, отец поднял на него взгляд и кивнул, причем это выглядело так, будто он рад, что Гидеон сейчас здесь с ними. Это чувство было приятным, но недолгим. Когда основная опасность миновала, его самоконтроль ослаб, и Гидеон почувствовал пустоту в груди и одиночество. Сейчас ему, как никогда, хотелось, чтобы кто-то поддержал его, хотелось почувствовать человеческое тепло.

Эмма. Ему нужна была Эмма. С того момента, как они нашли Марию, Эмма была рядом, спокойная и уверенная в его силах. В момент сильнейшего напряжения, когда доктора Креншоу не было уже слишком долго, а дядя Эндрю начал заводиться и кричать на медсестер, одного взгляда на девушку Гидеону хватило, чтобы восстановить свои силы и взять ситуацию под контроль.

Сейчас ему вновь было необходимо ее спокойствие. Он обыскал взглядом коридор, но стул, где сидела девушка, был пуст.

– Эмма, открой, это я.

Девушка приникла к дверному глазку, пытаясь выяснить, кем является этот неизвестный «я». Вроде бы голос принадлежал Гидеону Кенту, но что ему делать здесь, у ее двери. Он сейчас в больнице с семьей, кроме того, он ведь даже не знает, где она живет.

Но это и правда был Гидеон. Секундная радость сменилась испугом: если Гидеон нашел ее адрес и приехал к ней домой, значит, случилось что-то ужасное. Эмма поспешно открыла дверь.

– Прости, что разбудил тебя, – сказал Гидеон, скользнув взглядом по одежде девушки. Вернувшись домой, Эмма почувствовала себя такой усталой, что сразу же переоделась в розовую футболку и фланелевые пижамные штаны.

– Я просто смотрела телевизор. Что-то не так с миссис Кент?

– Ну, если не считать ярости по поводу того, что ее заставляют оставаться в постели, и попыток поставить под свой бдительный контроль деятельность больничного персонала, все хорошо.

– Слава богу, – облегченно вздохнула девушка.

Значит, дело в чем-то другом, потому что без причины Гидеон Кент бы к ней не приехал. Его лицо было бледным и напряженным, на нем все еще был тот же костюм, что и утром, только теперь без галстука, который он снял еще в больнице. Расстегнутые верхние пуговицы рубашки обнажали смуглую кожу. Удивительно, даже уставший и измотанный, он оставался потрясающе сексуальным. А на ней, как всегда, какие-то ужасные тряпки.

– Вы хотите чай или кофе?

Гидеон покачал головой в ответ.

– Спасибо, уже переполнен кофеином, еще немного, и он польется через край. Но если у тебя есть что-нибудь покрепче…

– Виски нет, но, может, сойдет пиво?

– Сойдет все, что содержит алкоголь, – ответил мужчина, следуя за Эммой на кухню и наблюдая, как она шарит по холодильнику.

Девушка в свою очередь краем глаза наблюдала за Гидеоном, который в бедной обстановке ее квартиры выглядел как произведение искусства, выставленное на продажу на местной фермерской ярмарке. Но почему же он здесь?

– Ты уехала из больницы, даже не попрощавшись.

Эмма изумленно посмотрела на Гидеона: так он заметил?

– Просто я не хотела мешать вам и вашей семье. А вам что-то нужно?

Он ответил ей долгим пронзительным взглядом:

– Да.

– Но вы сказали, что с миссис Кент все хорошо, да? – спросила девушка, подавая Гидеону бутылку.

– Сказал. Хотя доктор Креншоу решила оставить ее на пару дней в больнице.

– Полагаю, она в бешенстве.

– Все не так страшно. Похоже, Мария покорилась судьбе – сегодняшние события достаточно сильно напугали ее. – Гидеон сделал долгий глоток, разом ополовинив бутылку. Что-то определенно его волновало.