Не благодари за любовь - Дженни Лукас

Она упивалась каждой минутой. По утрам, когда Нико будил ее, требуя свой завтрак, она просыпалась с улыбкой на лице и с наслаждением потягивалась в огромной кровати. Она сейчас постоянно не высыпалась, но, несмотря на усталость, чувствовала себя невероятно счастливой. Ее словно переполнял солнечный свет.

У нее были дом, семья, муж. Сбылись все ее мечты, кроме одной.

Вин так и не сказал, что любит ее.

Но скоро это случится. Очень скоро, с надеждой повторяла она себе. А тем временем, поскольку вилла оказалась больше, чем Скарлетт представляла свой дом, она скорректировала жилое пространство, обустроила его, сделала дом уютным и привлекательным для семьи и друзей.

Потом постепенно начала подбирать штат прислуги. Первой, кого она наняла – на должность экономки, – стала Вильгельмина Стоун. Скарлетт переманила ее из Швейцарии, удвоив ей жалованье.

– Тебе не обязательно платить мне так много, – возражала Вильгельмина. – Мы же практически родственники.

– Именно поэтому я настаиваю, – отвечала счастливая Скарлетт.

Потом к штату добавились две горничные и садовник, но Скарлетт решительно возражала против дворецкого и двух нянь на полный рабочий день. Вместо этого добрая и надежная экономка стала для Нико второй бабушкой.

Когда комнаты для гостей подготовили для жилья, настоящие дедушка и бабушка малыша приехали из Тосканы погостить и привезли с собой Марию и Луку. Все вместе весело провели выходные, во время которых якобы «малышу показывали Рим», будто месячный ребенок в колясочке, который еще не умел сидеть, мог понять, что такое Колизей, Пантеон и фонтан Треви.

– Разумеется, он оценил все по достоинству, – горячо настаивал Джузеппе. – Он же мой внук!

– Он еще даже не пробовал джелато, – несколько раздраженно, как показалось Скарлетт, сказал Вин.

Это была единственная диссонирующая нота в радостной мелодии ее новой жизни. Вин, казалось, испытывал странный дискомфорт в кругу своей семьи.

Во время экскурсии по городу он выдержал только полчаса и объявил, что ему срочно надо быть в его римском офисе.

Если не считать таких мимолетных огорчений, Скарлетт была счастлива и горда принять в собственном доме, обновленном и таком красивом, родных людей, которые были к ней очень добры. Кульминация наступила, когда Мария и Лука объявили, что определились с датой своей свадьбы, которую решено было праздновать в Риме на второй неделе января.

– Зимняя римская свадьба, – сияла Мария, держа за руку жениха. – Это будет так романтично.

– Ты моя романтичная принцесса! – пылко воскликнул Лука, целуя невесту.

Скарлетт взглянула на Вина, но он не стал встречаться с ней взглядом. После приезда родителей он почти все время проводил в офисе и держался с ними с непонятным отчуждением. Его компания пыталась разработать новое предложение, способное заинтересовать генерального директора «Средиземноморских авиалиний» Сальваторе Калабрезе. Пока этот человек категорически отказывался встречаться с Вином. Скарлетт это возмущало, но она верила, что муж найдет к нему подход.

Со времени рождения ребенка Вин в постели не прикасался к ней. Прошло уже два месяца с тех пор, как они в последний раз были близки. Сначала она восстанавливалась после родов и утомлялась от недосыпания, поэтому секс мало интересовал ее. Но теперь тело постепенно пришло в норму, хотя она еще не обрела прежнюю стройность, и грудь все еще была как налитая. Неужели Вин больше не находил ее привлекательной?

Скарлетт пыталась гнать от себя такие подозрения. Она вся сосредоточилась на ребенке. Она познакомилась с соседями и начала брать уроки итальянского у миссис Спинозы, милой пожилой вдовы, живущей на соседней улице. Но тем не менее сдержанность Вина угнетала.

Как-то раз, когда она уныло просматривала сайты в Интернете, ей вдруг пришло в голову, как снова им с Вином сблизиться.

Из того, что она прочитала, можно было сделать вывод, что потребности мужчины крайне просты – еда, дом, секс.

Ей требовалось только сделаться образцовой женой.

Номер один – еда. Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, это признавалось непреложной истиной. И Скарлетт научилась готовить.

Но Вин, разумеется, этого не замечал – он возвращался домой поздно, когда Скарлетт уже была в постели, и быстро съедал на кухне то, что ему оставляли на ужин, не отрываясь от своего компьютера.

Номер два – дом. Дом мужчины – его замок. Который надлежит сделать теплым и уютным, чтобы мужчине не захотелось его покидать. Она еще раз тщательно осмотрела заново отделанный дом и внесла кое-какие поправки.

Номер три – секс.

Для Скарлетт это представлялось самым трудным делом.

Но утром в рождественский сочельник она проснулась с мыслью – сегодня или никогда. Значит, это будет сегодня.

Уже несколько недель они с Вином почти не беседовали по душам. Перед тем как уйти на работу, он считал своей обязанностью несколько минут поиграть с ребенком, Скарлетт же выслушивала от него лишь строгие выговоры за то, что в очередной раз отказалась от сопровождения своего телохранителя Ларсона.

Это утро снова началось с упреков.

– Перестань так делать, – сурово отчитывал ее Вин. – Я специально поручаю Ларсону следить за твоей безопасностью.

– Ты всерьез опасаешься, что на меня могут напасть средь бела дня на улице Рима, когда я иду с коляской к дому миссис Спиноза? Но это глупо. И что у нас с ней будет за урок, если Ларсон станет неотрывно сверлить ее взглядом сквозь свои очки?

– Скарлетт, я говорю серьезно, – настаивал Вин. – Или делай, как я сказал, и позволь ему выполнять его работу, или…

– Или что?

Он стиснул челюсти.

– Я не смогу отвечать за последствия.

Не улыбнувшись, не поцеловав ее на прощание, он покинул виллу с портфелем в руке. И теперь Скарлетт отчаянно надеялась, что ее план все поправит. Или же она выставит себя полной дурой.

Едва Вин ушел, как Скарлетт принялась за работу сама. В холл внесли огромное дерево, а с ним коробки с красивыми украшениями. Она предоставила всему домашнему штату незапланированный отпуск и осталась на вилле с Нико одна, а телохранитель Ларсон сидел в привратницкой в конце вымощенной булыжником подъездной дорожки.

Посадив Нико себе на бедро и придерживая его одной рукой, Скарлетт сама нарядила ель, ласково разговаривая с ребенком и напевая ему рождественские песенки. Одну из них она уже знала на итальянском. Потом развела огонь в огромном камине и приготовила ужин, который должен был прийтись Вину по вкусу. Когда стало смеркаться, она поставила томиться соус на медленный огонь, накормила и искупала сонного Нико, переодела в пижамку веселой расцветки и уложила в кроватку в детской.

Когда ребенок заснул, она прошла в роскошную ванную и встала под душ. Скарлетт тщательно привела себя в порядок, словно невеста перед первой брачной ночью, которой у них с Вином на самом деле не было, потому что она родила в день свадьбы. Она расчесывала волосы щеткой до тех пор, пока они не заблестели.