Долго без тебя - Александра Ревенок

В пятнадцать лет Патрик выиграл свой первый конкурс по математике в масштабе провинции Лестер. Он так хотел поделиться этим с родителями, показать свой сертификат. Родители приехали на День всех святых. Патрик показал им свой сертификат… Тогда он решил, что на Рождество загадает, чтобы мама и папа больше никогда не уезжали… Вот только до письма дело не дошло: Донован и Кэйтрин О’Браен погибли в авиакатастрофе. Они вылетели из Дублина после четырехдневных выходных. Места назначения самолет не достиг. У Патрика осталась только Мэри. Только он остался у Мэри. Она стала для него мамой, второй мамой, которая была всегда рядом, а он для нее сыном, которого у нее никогда не было. «Сейчас потерять Мюренн…» Пат гнал от себя дурные мысли и старался каждую свободную минуту проводить с Мюренн и Мэри.

Темное зимнее утро только начало светлеть… Патрик сидел в гостиной, в которой он вчера был вместе с двумя самыми дорогими ему людьми, где когда-то он радостно махал перед отцом сертификатом. В горле встал комок. Он смотрел на мигающие огоньки, не отрываясь.

— Доброе утро… — Он не испугался, когда услышал шорох позади, только мурашки по спине поползли, так всегда было, когда входила Мюренн. Внутри все согрелось и запело, когда он услышал этот шепот. На лице появилась улыбка.

— Доброе.

— Сколько дней до Рождества?

— Три дня.

— А наши письма дойдут?

— Обязательно. Мэри их уже отправила.

— Отправила?!

— Шшшш… Иди сюда. — Девушка села рядом на диван. Они вместе вслушивались в ветер за окном. Они держались за руки. — Когда я был маленький, Мэри говорила, что это волшебный час.

— Волшебный час?

Патрик кивнул:

— Когда солнце еще не встало, а на улице становится светло… В такой час я нашел тебя на берегу.

— А как это было? Что ты делал так рано на берегу?

Он пожал плечами:

— Когда я заканчиваю проект… Мммм… Ну, это как ты вылечиваешь человека, завершаешь работу… Так и я завершил свой проект. Весь вечер и всю ночь пока я работал, бушевал шторм… — Мужчина ненадолго задумался, вспоминая то утро. — Так вот, после завершения проекта, я люблю гулять внизу по берегу. Я часто наблюдаю этот волшебный час. И вот, когда солнце показало свои первые лучи, на песке разгорелся огонь.

— Огонь?

— Огонь. Твои рыжие волосы горели, как огонь в камине. Теперь я не понаслышке знаю, что этот час в самом деле волшебный.

— А сейчас ты тоже закончил проект?

Он покачал головой:

— Нет. Теперь я просто наслаждаюсь волшебством, наслаждаюсь счастьем. А сейчас, когда держу тебя за руку — счастье вдвое больше.

Повисла тишина. Было так тихо, неслышно было даже дыхания…

— Я тоже очень счастлива. — Мюренн положила голову на плечо Патрику, он обнял ее. Так в тишине они и сидели, пока не поднялось солнце…

В этот день завтрак проходил на кухне. Совсем как раньше…

— Детвора! За стол! — Тридцатилетний ребенок был возмущен, а вот Мюренн рассмеялась. — Не спорить со мной! У нас сегодня еще масса дел!

— Дел? Каких еще дел, Мэри?

— Патрик, мы еще не украсили дом! Кроме гостиной ни одна комната в доме не готова к Рождеству! А еще мы не купили подарки.

— Мэри! Прости! Я совсем не подумал! — Он бросился к ней, подхватил на руки и стал целовать ее в щеки, как это делал в детстве, когда напакостил или умасливал ее… — Мюренн, после завтрака мы всей семьей выезжаем в город. Даю всем полчаса — потом вывезу, в чем вы есть!

Патрик и Мюренн не заметили, а вот Мэри заметила… Это согрело ей душу. Она была почти счастлива, почти…

После похода по магазинам все трое вернулись каждый со своим пакетом, который старательно берегли друг от друга. Любовь и тепло… В доме были любовь и тепло.

Патрик хитро поглядывал на женщин, а те в свою очередь также хитро переглядывались, словно у них была общая тайна.

Мужчина пристроил свой пакет у стены и стал снимать куртку.

— Мэри! Что у нас на обед?

Она подальше от глаз Патрика спрятала свой пакет и вернулась в холл:

— Какой шустрый! Я его еще не приготовила.

— Мы готовы тебе помочь. Я в первую очередь!

— Ты в первую очередь мне будешь только мешать!

— Мюренн, ты слышала?! Вот так вот всегда! Именно поэтому я и не умею готовить! — Мужчина развешивал верхнюю одежду своих спутниц по вешалкам.

— Все ты умеешь! Просто твоя логика мне непонятна! — Мэри расстегивала зимние сапоги. — Она очень отличается от моей, а вот Мюренн перемещается по кухне как надо! Ты же делаешь все задом наперед! Как так можно?! — Женщина покачала головой. — Но вот если ты нас с Мюренн будешь развлекать…

— Я за! Патрик, ты столько всего знаешь!

Мэри довольно улыбнулась:

— Не зря же я его заставляла делать уроки! Мыть руки, и бегом все на кухню!

— Мэри, а что мы сегодня будем готовить?

— Рыбу.

— Рыбу? А какую?

— Мэри, а можно что-нибудь другое?

— Если будешь мешать — на гарнир приготовлю витлуф. [10] Форель.

— Ох, нет! Я молчу!

— Витлуф? А что это?

Патрик поморщился:

— Это такая редкостная гадость, которую как ни готовь — все равно не вкусно.

— Прекрати! — Женщина с улыбкой обернулась: — Не слушай его Мюренн. Очень даже вкусно. Просто витлуф он не любит с детства. На самом деле все очень даже вкусно.

— И кто теперь говорит глупости?!

Мэри приподняла одну бровь:

— Ты все-таки хочешь, чтобы я тебе напомнила вкус этого прекрасного блюда?

— Вот, Мюренн, она так всегда с самого детства! Тебя в детстве заставляли есть то, что ты не хотела?

Девушка улыбнулась:

— Очень даже. Винни любила варенное сало, а у меня оно в горле застревало. Оно было таким жирным и так странно пахло, какие бы она не добавляла травы… Поэтому, когда нам кто-нибудь приносил кусок сала, я старалась уйти за травами или еще куда-нибудь…

— Ты очень рано занялась травами…

Мюренн кивнула:

— А когда мне было шестнадцать лет, Винни хотела меня подготовить к замужеству, даже договорилась с кем-то из соседней деревни. Но я тогда отказалась, решив заняться целительством.

— Мэри, а во сколько я решил…

— Ох, я даже и не знаю! Математику ты любил с самого начала. К языкам ты был равнодушен. Зато на математику ходил с удовольствием!

— А когда дети идут в школу?