Письмо императрицы - Ольга Свириденкова

Метнув на него взгляд, полный бессильной ярости, Фридрих-Вильгельм двинулся в направлении спальни. Павел и Наташа проследовали за ним. Связать короля с помощью шелковых шарфов, найденных в шкафу, оказалось делом двух минут. Затем Павел разрезал льняную простыню, соединил полоски воедино и привязал монарха к спинке кресла. Для пущей надежности Павел обмотал шарфом и рот короля.

– Поверьте, ваше величество, мне очень, очень жаль, что приходится подвергать вас таким неудобствам, – приговаривал Павел, заботливо подкладывая под голову монарха диванную подушку. – Но, согласитесь, вы сами вынудили меня.

Потом Павел погасил свечи и плотно задернул шторы.

– Приятных сновидений, ваше величество, – почтительно произнес он, увлекая Наташу к дверям.

– Много ли здесь охраны? – с беспокойством спросила она, когда они вышли в коридор.

– К счастью, нет, – ответил Павел. – Очевидно, король не ожидал, что я сумею разыскать этот дом. Похоже, он считает меня не только презренным трусом, но еще и круглым дураком, раз надеялся направить по ложному следу.

– Так вы слышали, как он назвал вас презренным трусом? – удивилась Наташа. – Но, значит, вы уже давно находились в доме. Почему сразу не вышли, а ждали, пока король начнет меня домогаться?!

– Мне надо было обойти весь этаж, убедиться, что здесь нет ни слуг, ни охраны, – пояснил Павел, ведя Наташу к узкой чердачной лестнице в конце коридора. – И потом, честно говоря, мне хотелось, чтобы вы получили хороший урок и впредь не стремились нарушать мои указания.

– Да как вы смеете?! – возмущенно начала Наташа, но Павел жестом велел ей замолчать.

– Тихо, дорогая моя, мы еще не в безопасности, – предупредил он. – И давайте поторопимся, если не хотите угодить в новую переделку.

Напоминание об опасности сразу охладило воинственный пыл Наташи. Быстро поднявшись по лестнице, она подбежала к круглому чердачному окошку. И тут же в ужасе отпрянула назад. Расстояние от окна до земли показалось ей огромным.

– Не бойтесь, здесь вовсе не так высоко, как кажется на первый взгляд, – сказал Павел. – К тому же у меня есть веревка. Правда, я не уверен в ее прочности, поэтому постарайтесь не оступаться.

– О боже! – простонала Наташа.

– Вы будете спускаться первой, а я за вами, – пояснял Павел, торопливо обвязывая Наташу веревкой, которую он загодя прикрепил к оконной раме. – Я буду подсказывать вам, куда встать. Главное – не теряйте присутствия духа, и у вас все получится.

– А вы не могли отыскать открытого окна где-нибудь пониже? – проворчала Наташа.

– Увы! – ответил Павел, подсаживая ее на подоконник. – Это единственное окно без решетки, которое не расположено на первом этаже. А там слуги и охрана, мимо которых невозможно проскользнуть незаметно… Ну, а теперь с Богом! – решительно скомандовал он. – Держитесь за мои руки и начинайте спускаться. Скользите ногами по стене, пока не нащупаете выступ карниза… Нашли? Прекрасно. А теперь несколько шагов вправо. Видите балкон внизу? Спускайтесь на него, держась за веревку, и ждите меня там…

Когда кошмарный спуск, наконец, закончился, Наташа находилась в полуобморочном состоянии. Но как только до нее донесся взрыв смеха из караульного помещения, она мгновенно пришла в чувство. От страха, что их могли заметить и сейчас поднимут тревогу, Наташа неслась по тропинке быстрее самого Павла. К счастью, мода предписывала женщинам носить туфли на низком каблуке, и риск подвернуть ногу в ночной темноте был невелик.

Не прошло и десяти минут, как они достигли места, где была привязана лошадь Павла. Не мешкая, Павел посадил Наташу в седло, затем запрыгнул сзади и пустил лошадь в галоп. На рассвете они въехали на постоялый двор, где дожидался Степан, и без промедления помчались в сторону Магдебурга.

Глава 9

Из-за Фридриха-Вильгельма Наташа и Павел потеряли много времени. Так как здесь отчасти была ее вина, Наташа не рассчитывала на поблажки в оставшуюся часть пути. Каково же было ее удивление, когда Павел решил задержаться в Магдебурге. После таких бурных приключений они могут позволить себе денек отдыха, сказал он. Тем более что погода, наконец, разгулялась, а Магдебург такой красивый город…

И вот, солнечным майским утром Наташа стояла перед окном в своем номере, любуясь шумной торговой площадью и ожидая Павла. Он пошел справиться у хозяев насчет местных красот. Молодые люди собирались до вечера гулять по городу. А завтра – снова в путь, и теперь уже без остановок до самого Парижа.

Отойдя от окна, Наташа еще раз придирчиво осмотрела себя в зеркало. Сегодня на ней было новое платье, купленное в Берлине: из тонкого шелкового газа цвета промытой дождем зелени, с короткими рукавами и глубоким вырезом в виде широкого треугольника. Перчатки цвета слоновой кости и широкополая шляпа такого же цвета, украшенная букетиком лесных фиалок, лежали на комоде. Этот прелестный, освежающий наряд очень шел Наташе. Так же, как и распущенные волосы, завитые горячими щипцами в крупные локоны.

Наташа и сама не знала, зачем изменила свою привычную прическу. Но сегодня она проснулась в таком хорошем настроении, что ей захотелось выглядеть необычно. Горничная отеля оказалась сообразительной и сразу поняла, что надо клиентке. В общем, получилось довольно мило, но Наташа чувствовала себя несколько неуютно без привычной ракушки. Все-таки, она уже не девчонка, а солидная знатная дама…

Скрипнула дверь, и Наташа поспешно отпрянула от зеркала. Не хватало еще, чтобы Ковров решил, будто она вырядилась ради него. Пожалуй, при его самомнении он вполне способен так подумать. А ведь это неправда, он здесь совершенно ни при чем!

Постаравшись принять непринужденный вид, Наташа повернулась к Павлу. И тут же с удивлением почувствовала, как ее сердце гулко забилось. Ее компаньон выглядел сегодня настоящим красавцем. Элегантный фрак светло-зеленого цвета удивительно шел к его изумрудным глазам, белоснежные панталоны, заправленные в короткие сапожки, красиво облегали длинные, стройные ноги. К тому же, Павел успел побывать у парикмахера, и теперь его густые темно-русые волосы приобрели необычайно изящную форму. И еще эта теплая, открытая улыбка, излучавшая неодолимое обаяние…

«Если бы я не знала его раньше, то, пожалуй, могла бы в него влюбиться, – подумала Наташа, мысленно усмехаясь. – Но теперь это невозможно. И слава Богу! Павел Ковров не из тех, кто может дать женщине счастье, потому что он не способен любить. Он умеет лишь одерживать победы над женскими сердцами, а затем безжалостно разбивать их. Он хороший и надежный товарищ – это бесспорно, но не приведи Господь иметь такого мужа!»

– А, я вижу, вы уже оделись, – сказал Павел, проходя в комнату и с улыбкой оглядывая Наташу. – В таком случае мы можем прямо сейчас… Что такое, Натали? – внезапно насторожился он. – Почему у вас такой воинственный вид? Вы опять собираетесь со мной поругаться?

– Да ничего подобного, с чего вы взяли! – смущенно рассмеялась она. – Вовсе и не собираюсь! Просто… – она на мгновение замялась, подыскивая подходящее объяснение, – просто я только что вспоминала Фридриха-Вильгельма, вот, наверное, мои чувства и отразились на лице.