С риском для сердца - Донна Олвард

Девушка поняла, что Томас пересчитывает скот.

— Я так и думал, — наконец сказал Томас. — Ты уверена, что не пропустила ни одну голову?

«Прекрасно, — подумала София. — Неужели я опять что-то не так сделала?»

— Проверь в той части пастбища, а я проверю здесь. Если найдешь пропавшую корову, зови меня, — приказал он.

София поскакала прочь.

«Почему я все делаю не так?» — вертелось у нее в голове.

Она уже отчаялась получить его одобрение. Почему для нее это так важно? Ответ прост. Потому что Томас — единственный, кто верил в то, что она может преодолеть все испытания. Он не настраивал Софию на неудачи. Напротив, он поддерживал ее. Она училась отстаивать свою точку зрения. И, черт возьми, она училась уважать Томаса.

Он позвал ее. София развернула Неву и направилась к Томасу, который осматривал пропавшую корову.

— Она ранена. — Он указал на голень животного чуть ниже колена. — Я не взял с собой сумку с медикаментами.

София удивленно посмотрела на него:

— Ты не обработаешь ранку?

— Не сейчас. Придется поехать обратно, а потом я вернусь сюда со всем необходимым. Ничего страшного нет — лишь небольшой риск инфицирования.

Когда они вернулись на ранчо, София спросила:

— Тебе нужна помощь? Я могу поехать с тобой.

— Нет, спасибо. Отпусти Неву попастись на травке.

София помогла ему снять седло и уздечку с лошади и отвела ее на ближнее пастбище. Кстати сказать, это задание пару дней назад показалось бы ей невыполнимым.

— Иди поплавай в бассейне, — предложил Томас. Он помедлил и слегка сжал руку Софии. — Я не знаю, сколько мне придется проторчать там, так что отдыхай. Жаль, что я не смогу искупаться вместе с тобой.

София никак не ожидала, что ей придется провести день одной. Но этот случай напомнил ей, что в обязанности Томаса входит не только развлечение гостей, но и уход за животными. А на этой неделе ему пришлось работать за четверых — за хозяина, повара, ремонтника и скотовода. Он был измотан.

Томас бросил на прощание:

— Увидимся!

Вода в бассейне была прохладная, и, поплавав полчаса, София вылезла погреться на солнышке. Было около полудня. Она не знала, когда вернется Томас. Даже несмотря на то что он, скорее всего, приедет усталый и раздраженный, Софии не хватало его. До приезда Карлоса и Марии ему нужно закончить кое-какие дела. От этой мысли София чуть не подскочила. Томас думает, что она будет весь день отдыхать. Но она решила сделать кое-что полезное, и, предвкушая его удивление, вдохновенно принялась за работу.

Солнце уже спускалось к горизонту, когда девушка докрасила сарай и поставила банку с краской на землю. Затем она потянулась, чтобы размять мышцы. Чуть позже София заметила точку на горизонте, и ее сердце заколотилось. Вскоре можно было разобрать, что это мужчина на лошади. Он скакал через поле, и София, тотчас забыв про усталые мышцы, бросилась к воротам ранчо и открыла их. Она поймала удивленный взгляд Томаса, и это определенно стоило потраченных усилий. София заперла ворота и пошла следом за ним к конюшне.

Томас спрыгнул с лошади, привязал ее и снял седло. София стояла поодаль, наблюдая за ним. Закончив возиться с лошадью, Томас повернулся и оглядел Софию с ног до головы:

— Чем ты занималась? Что-то ты не похожа на отдыхающую в купальнике.

Только теперь девушка сообразила, что не успела снять заляпанный комбинезон. Потом она вспомнила, что нужно навести порядок у сарая. Банка с краской и кисть все еще стоят около двери.

— У меня для тебя сюрприз, — сообщила она, едва сдерживая волнение.

София привела Томаса к сараю и показала свежевыкрашенные стены.

— Это ты покрасила?

Она кивнула:

— Я знала, что ты захочешь доделать сарай до приезда Марии и Карлоса. — Обнаружив, что Томас перестал улыбаться, София заволновалась. — Получилось некрасиво?

— Тебе не нужно было ничего делать, — отрезал он. — Я же сказал, что ты сегодня отдыхаешь у бассейна.

От этих слов у Софии упало настроение. Она мечтала сделать ему сюрприз! Грусть внезапно сменилась злостью. Она сердилась на Томаса за то, что он бросил ее одну, и на себя — за то, что она позволила ему это сделать.

София схватила банку с краской и стремительно двинулась вперед, но Томас преградил ей путь. Краска расплескалась и запачкала ее комбинезон.

София гордо отодвинула его руку.

— Я иду плавать, — заявила она. — Ты душка! Теперь я чувствую себя совершенно бесполезной. Я хотела закончить работу, которую мы начали на днях. Ведь у тебя не было на это времени. И что я получаю взамен? Ты даже не сказал мне спасибо!

Томас снял шляпу, провел рукой по кудрявым волосам. София заметила на его щеке грязь. Она сделала глубокий вдох, с трудом сдерживая эмоции.

«Это совсем не сексуально, совсем не сексуально», — убеждала она себя.

Она вошла в сарай, собираясь помыть кисть и поставить банку с краской на место.

О, как она рада, что Родригесы вернутся сегодня. Наконец-то она сможет поговорить с людьми более адекватными и спокойными.

— София! — Томас подошел к ней. Но она не стала оборачиваться, оскорбленная его несправедливостью. — София, подожди!

Она остановилась на долю секунды, потом, опомнившись, зашагала прочь.

Томас не собирался за ней бегать.

— Ты бешеная! — прокричал он ей вслед.

Эти слова заставили ее повернуться.

— На себя посмотри!

Томас уже жалел, что сорвался и наговорил лишнего. Если бы вчера им ничто не помешало, они бы точно занялись любовью. Одна лишь мысль об этом угнетала его. Хорошо, что ничего не случилось — это было бы огромной ошибкой.

Правда, сегодня София воспринимает в штыки любое его слово. Интересно, она злится на него из-за вчерашнего или по какому-то другому поводу? «Лучше повеситься, чем спрашивать ее об этом», — вздохнул Томас.

— Пойми, ты гостья, — тем не менее не отступал он. — Тебе совсем не обязательно было это делать.

— А разве это не рабочее ранчо? Разве не ты говорил мне, что главной особенностью здешнего отдыха является совместный труд?

— Да, но…

— Я не справилась с работой?

— Справилась, но…

— Но что?

Его терпению приходил конец. День был довольно утомительным и жарким. Томас пытался не думать о Софии, но, как ни старался, ничего не получилось.

— Слушай, я не ожидал, что ты покрасишь сарай второй раз. Кстати, это не твоя работа, а моя.

— Могу я расценивать твои слова как благодарность?