Между нами тайна - Элла Савицкая

Говорят: «Мужчине не важно с кем заниматься сексом. Есть девушка, готовая раздвинуть ноги, – отлично». Херня это всё. Может, конечно, для зеленой пацанвы и не важно с кем уединяться, но для тех, кто в жизни повидал многое, находящаяся рядом женщина играет огромную роль.

Денис всегда выбирал себе тех, кто не был пустышками. Ему важно было, чтобы женщина, с которой он проводит пусть и короткое время, была не из разряда «сменных подстилок». А еще он умел контролировать свое желание, умел долго играть с девушкой перед тем, как полноценно трахнуть ее. Любил заводить их и при этом полностью держал себя в руках.

Сейчас же все шло не по привычному плану. Если еще пару минут назад, заметив в Юле дрожь, стоило к ней прикоснуться, Дэн предположил, что нашел лазейку к ответам на свои вопросы, то сейчас эта лазейка застилается его совершенно неконтролируемым возбуждением. Он думал, сейчас поддразнит Юлю, заставит признаться себе в том, что она на самом деле испытывает, а сам не понял, когда излюбленная игра сменила правила.

Романова – вся напряженная стояла к нему спиной, хрупкая, податливая, язвительная. Ее острый язык хотелось откусить за то, что постоянно огрызается, но при этом Дениса тянуло к ней. Как и во все прошлые разы. Маниакально, неизбежно. Член болезненно налился и теперь упирался в стройную поясницу прямо над упругими ягодицами.

Денис наблюдал за тем, как собственная рука держит тонкие запястья, а у самого фантазия пошла в разгул. Да и то, что Юля не брыкалась, не пыталась вырваться, а кажется, наоборот, подставляла спину под касания его пальцев, которыми он вел вниз вдоль позвоночника, накаляло еще сильнее. Все в нем буквально орало о том, что ее нужно взять. Взять так, чтобы светло-карие глаза навсегда сохранили в себе его отражение. Чтобы эта стерва стонала и извивалась под Денисом, выкинув свою манеру общения и прикусив свой дерзкий язык.

Шумно сглотнул, перемещая ладонь со спины на плоский подтянутый живот. Куда его несет? Где эта кнопка «Стоп», которой нужно воспользоваться, чтобы не вывести игру за рамки? Денис не знал. Он только чувствовал, как его жарит, как звенят нервные окончания и как возбуждение пронзает до самых костей.

Юля задрожала еще сильнее, когда его большой палец приподнял край обтягивающего топа и коснулся разгоряченной кожи. Дьявол! Снежная королева оказалась не такой уж и ледяной. От тела Юли исходил жар, и Денис, не сдержавшись, подтолкнул ее открытой ладонью к себе. Член дернулся, потеревшись о женские ягодицы. Блядь, это невыносимо. Ему не хватало воздуха. Губы горели от желания попробовать на вкус атласную кожу, находящуюся в каких-то паре сантиметров. Повинуясь порыву, склонил голову и таки мазнул губами по точеной шее. Думал, Юля возмутится, выплюнет какую-то колкость, а она только шею выгнула сильнее и рвано выдохнула.

Разве это не молчаливое разрешение продолжать? У Дэна в мозгах закоротило, хоть он и понимал, что скорее всего не сможет позволить себе зайти далеко. Черт его знает, что в голове этой стервы. Да и он все-таки на задании. Но оторваться не мог. Повел носом по взбугрившейся от мурашек коже, а пальцами свободной руки добрался до ребер.

Тишина вокруг казалась какой-то особенной. Затаившейся. Будто даже молекулы в воздухе перестали двигаться.

А потом вдруг в один момент резко разлетелись в стороны от звука входящего звонка. Юля вздрогнула, а Дэн поняв, что телефон находится в кармане Романовой, отстранился и выудил его, потянув за уголок пальцами.

«Герман» ослепило с экрана.

Юля быстро обернулась, встречаясь глазами с Денисом. Подсветка от экрана осветила оба лица, одно из которых было нечитаемым, а второе растерянным.

– Муж звонит, – произнес Аветисов и протянул Юле телефон.

Она рывком выхватила его и зачем-то осмотрелась, будто испугавшись чего-то. Нервно откинула назад волосы, а потом приняла вызов.

– Да?

Денис безотрывно наблюдал за тем, как девушка сделала несколько шагов к лестнице, но остановилась, вернулась, сдернула с крючка сумку и только потом, не глядя на него больше, поднялась наверх.

Шумный выдох покинул напряженные легкие.

Изощренная пытка, которой сам себя и подверг, оказалась хуже, чем Дэн предполагал. Помимо острого желания, испытываемого сейчас, внутри зародилось ярое раздражение. Интересно, если бы Романов ей не позвонил, до куда бы она дошла? И почему? Ведь еще десять минут назад огрызалась, а теперь такая перемена.

Из кухни донеслось шипение сковороды, напоминая о том, что мясу нужен присмотр. Вот только есть уже не хотелось. А то, чего хотелось, Дэн точно не возьмет. Твою ж мать! Сейчас бы как нельзя кстати пришлись пятьдесят грамм алкоголя, но, во-первых, в доме не было ничего, кроме вина, а во-вторых, пить бы он в любом случае не стал.