Краткий курс Золушки - Елена Нестерина

Первая обернулась. В безграничном удивлении замерла и вся её свита. А Настя – борец за счастье, спокойным голосом спросила у Насти Распрекрасной, зачем она так поступила и пересказала учительнице чужой разговор. И к тому же столь мощно его переврала. Конечно, красиво и чётко выражать свои мысли Настя Ладыжковская ещё не умела, говорила она, перескакивая с пятого на десятое. Но всё-таки говорила. И смотрела в красивое лицо Насти Первой очень уверенно.

Так что Настя снова удивилась. А свита её удивилась ещё больше – ведь все были уверены, что эти две Насти разговаривают первый раз в жизни.

Ого…

Настя Первая умела держать паузу. Или, как у всех гармоничных людей, у неё это получилось само собой. Но своим молчанием она заставила Настю седьмую покрыться испариной и покраснеть от волнения.

Но любая пауза в конце концов заканчивается.

– Ну да, я как-то слышала, что вы с Шаповаловым о чём-то болтали, – заговорила Настя Первая, – удивилась, конечно. Да ты и так знаешь, что смогла меня удивить. Но чтобы училке рассказывать… Это не в моём характере, я до такого не опускаюсь.

– Правда? – обрадовалась Настя. И вскрикнула как-то уж совсем пискляво – как первоклашка. Даже застыдилась этого. Тьфу…

– Правда. Не знаю, может, ты сплетница, а мне ни к чему. А нравится Алекс – владей. Мне даже интересно – надолго это у вас? Вот и посмотрю… За тобой, оказывается, оч-ч-чень наблюдать интересно. Просто цирк. Ну, действуй.

Настя не верила своим ушам. Она уже поняла, что невзначай перебежала дорожку самой красивой девушке класса. И вот теперь эта самая девушка отказывается от борьбы с ней – хотя могла бы по щелчку пальцев собрать такую армию, которая за считаные секунды смела бы Настю с дороги.

Все вокруг были благородными! Надо верить в добро – и оно непременно восторжествует!

Настя смотрела на красивую стройную спину другой Насти и чуть не плакала от счастья. Как хорошо иметь дело с такими людьми! Да и со всеми остальными. Вот их сколько вокруг! И если раньше ей хотелось, чтобы никто из одноклассников не видел её и не слышал, то теперь Настя была готова всех обнять, всем что-нибудь сделать приятное, помочь как-то. И вообще…

Все те, кому она собиралась немедленно помочь, с сожалением стали расходиться – удивительный концерт закончился. В своей эйфории Настя не слышала, как хихикали и с удивлением обсуждали это событие её одноклассники. Она была вся в мыслях о добре и зле. О том, что у людей много сложностей и трудностей и им на самом деле не очень-то и легко живётся. Даже красивым. Даже самым красивым. Ведь у Насти Первой, кроме разбитого сердца, имелась большая проблема. Фамилия у этой Насти была – Свинорылова.

А по поводу своего сердца Настя Ладыжковская была спокойна. Новая партия книг, которой снабдила Настю библиотекарь Светлана, была про любовь. Настя сама попросила. И хоть за эти дни одолеть она успела совсем немного, девочке, которая с большим интересом следила за взаимоотношениями персонажей, стало понятно: любовь может развиться из дружбы и постоянного интереса. А раз всё это у них с Шаповаловым Алексеем есть… Дальше загадывать Настя боялась. Как получится.

Тем более что сейчас было не до любви.

Едва закончился урок, классная руководительница примчалась откуда-то из недр школы, зависла возле двери кабинета физики и, равнодушно пропуская мимо себя остальных, отфильтровала в толпе Настю и вцепилась в неё.

– Ты помнишь: чтобы завтра же с матерью в школу! К первому же уроку! Поняла?

Настя-то поняла – но вот поймёт ли мама?.. Как ей об этом сказать – и сможет ли она отпроситься на работе? Там, знала Настя, такое не приветствовалось. А у мамы построение карьеры и деньги, которые, кроме неё, никто им с Настей не заработает…

Одноклассники проскакивали мимо Насти седьмой, которая замерла у раздевалки, не решаясь забрать куртку и отправиться домой.

– Ну, седьмая, это серьёзная заявка на популярность! – проходя мимо неё, протянула Анжела.

Шедшая следом на ней акробатка Марина ничего не сказала, только посмотрела на Настю с интересом – а ведь раньше тоже глядела как сквозь стекло, не замечала. Прокатились шумным колобком несерьёзные, вечно хихикающие мальчишки.

– Седьмая, колись, чего ты там отмочила?

– Ну-у, седьмая! С матерью в школу – это круто!

– С матерью в школу – да ты претендуешь на лидера нашего хит-парада!

– Ты прямо какая-то жёсткая неформалка, оказывается! А, седьмая?

– Мы тебя боимся!

– Ой, боимся!..

А вот Настя-то сейчас никаких мальчишек не боялась. Она даже отмахиваться от них не стала, мальчишки выступили и укатились своей громогласной оравой к вешалкам. Ужас перед маминой реакцией накрыл её мощной волной. После слов учительницы она подумала о предстоящем разговоре с мамой как-то вскользь. А сейчас…

И конечно, благородный и внимательный Алексей пришёл на помощь! Настя хоть и не поджидала Алексея специально, но немножечко – просто самую малость, надеялась на его появление.

Что он сделал? Отыскал Настину куртку, поскорее вывел девочку на улицу и уже там, по дороге к Настиному дому, расспросил обо всём.

И всё придумал – смелый, решительный и деятельный, настоящий романтический герой, Алексей успокоил Настю и всё-всё придумал. Придумал, как поступить завтра – и сделать так, чтобы, никого не обманывая, не зля Настину работящую маму, и в то же время достойно выстоять в завтрашней битве с учителями.

Для этого нужен был только добрый и понятливый взрослый – ведь для гармонии и справедливости обязательно должны быть такие взрослые, которые не ругаются, а заступаются за детей. Иначе детям просто не выжить. Как нарочно, суровая, но справедливая сестра Алексея и её муж в эти дни уехали из Москвы. Но ничего, был ещё один хороший человек – Светлана. К которой Настя с Алексеем и отправились – предварительно позвонив ей: можно?

Оказалось, можно!

И ранним утром, без многих минут восемь, Настя и Светлана поджидали классную руководительницу, завуча и всех, кто придёт обличать Настю, возле учительской. Алексей маячил в отдалении – его должны были вызвать, если понадобится поддержка.

Не понадобилась. Классная руководительница суетливым, но гневным комаром подлетела к этой парочке, цыкнула на Настю, посмотрела на скромную невысокую Светлану и возмущённо выпалила:

– Вы кто? Вы не мать!

Она имела в виду, конечно, что Светлана не мать Насти (что являлось несомненной правдой). Но с русским языком у учительницы было не очень – вдруг отметила про себя Настя. Поэтому фраза получилась такой комичной. Тогда как Светлана говорила чётко, ясно и красиво.

– Ошибаетесь, – улыбнулась Светлана, – я как раз мать. Правда, другого ребёнка. А этому – то есть Насте, я наставник. Присматриваю за ней, и она мне помогает. Настя – очень хорошая, добрая девочка, и потому мне хотелось бы выяснить, в чём же вы пытаетесь её обвинить. И знаете ли вы о презумпции невиновности?