Рыбка в солнечной воде - Ирина Алпатова

– Нет!

Лера на цыпочках отошла от двери и закружила по комнате. Итак, миссис Хадсон оказалась на грани провала. Что она сделала не так? Подумать только, завалила Микино задание в первый же день, сыграла роль совершенно бездарно. А теперь вот бегает как лабораторная крыса по клетке. Нет, решила Лера, нужно стоять, то есть сидеть здесь до последнего, он же ничего не знает наверняка.

Она села было на диван, но тут же вскочила. Снова длинный звонок в дверь. Тупой идиот! Лера схватила пульт и включила телевизор. «Сейчас ты умрешь…» прогнусавил с экрана какой-то придурок и прицелился в Леру из пистолета. Сволочь, у нее и так нервы на пределе! По другому каналу почти раздетые девочки ритмично вращали бедрами, потряхивали бюстами и между делом пели… Лера заставила себя прислушаться не к звукам за дверью, а к словам песни – да, точно, бедняжки голосили про тоску и разлуку.

Лера сделала звук на полную мощность. В конце концов, у нее болит горло, а не уши.

Пусть незваный гость расшибет свою тупую башку о железную дверь, а она будет… танцевать! Да-да, она не станет метаться по квартире, а займется делом. Вообще-то Лера не очень верила в успешность этой затеи, но все равно зажмурила глаза, откинула голову и вслушалась в ритм музыки. И почти физически ощутила волну звука. Теперь нужно просто оседлать ее, как это делают серфингисты, и ты – летишь… Никакая она не инфузория, черт побери, она сильная и свободная, из ее лопаток прорезаются крылья, она может летать где захочет! Холодное море осталось где-то далеко внизу, под ней облака, а над головой синее небо…

Музыка смолкла, но Лера продолжала двигаться не открывая глаз и не желая возвращаться назад. Вот только следующая мелодия все не начиналась и не начиналась, и Лере все-таки пришлось наконец приземлиться.

Мужчина стоял, прислонившись к косяку двери и насмешливо разглядывал Леру. Нет, это было невозможно, потому что просто не могло быть. У Леры никогда раньше не случались галлюцинации или видения, поэтому она нерешительно махнула на фантома рукой – кыш отсюда!

Фантом и не подумал таять, а сделал непозволительную для их брата вещь – кашлянул и сказал:

– Здрасте! – и вроде как чуть поклонился.

– А… – даже единственный звук стоил Лере немалых усилий.

И фантом это, судя по всему, понял.

– Ключи, – он потряс в воздухе какой-то связкой, – у меня есть ключи, на крайний случай.

Мика ничего про ключи не говорила, все должно было закончиться телефонными переговорами. И никаких крайних случаев!

А непрошеный гость секунду помедлил, сделал шаг и даже не сел, а скользнул на диван – все-таки он очень пластично двигался для такого амбала. Вот только Лера будто примерзла к полу.

Урод устроился на диване поудобнее, подумал и закинул руку на спинку, он явно наслаждался ситуацией. Лера, огромным усилием воли стряхнув оцепенение, эту мизансцену оценила мгновенно: лопающийся от самодовольства покупатель прикидывает, хорош ли товар. Ей приходилось видеть похожие рожи, и она знала, как себя в таких случаях вести. Но только не сейчас. Здесь не было охраны, да вообще никого не было, только Лера и садист, бывший Микин муженек. Сволочь, которая любит причинять боль. Валерия Гришина один на один с сексуально озабоченным садюгой – вон как у него блестят глаза!

Теперь он сидел неподвижно, пока! Так хищники ведут себя в засаде, замерев перед прыжком. Нужно что-то немедленно предпринять, потом будет поздно, и Лера прикинула план военных действий.

Богемское стекло, штучная работа. Эту вазу Лера принесла Мике в подарок, «чтобы не переводились цветы от почитателей ее таланта». Теперь подарок очень кстати стоял на журнальном столике. Сейчас Лера пожалела, что не выбрала что-нибудь попроще и потяжелей – ваза была слишком легкой для метательного снаряда. По такой башке нужно бить чем-то более внушительным.

Урод, похоже, действительно обладал чутьем зверя, потому что вдруг надумал встать с дивана. И физиономия у него при этом была очень нехорошая.

– Не подходи, убью! – крикнула Лера и схватила вазу.

Скверно, Гришина, скверно. Так не грозят, так Нина разговаривает с расшалившимся Васькой. Больше экспрессии, Гришина! Лера поудобнее перехватила свой подарок, господи, вот Мика расстроится…

– Только пошевелись, снесу башку начисто!

– Ого, какой темперамент! Но это уже слишком, я что, каменный? – Микин бывший смотрел на Леру с исследовательским любопытством, и только. Впрочем, что-то еще было в его взгляде… смех, что ли. Лера растерянно моргнула.

– И что это вы за кувшин-то сразу хватаетесь? Еще разобьете. Убью, зашибу… у мня прямо мороз по коже. Может, сначала поговорим, объясните мне что да как… И сядьте, а то неудобно получается – я сижу, вы стоите.

Да, Лера чувствовала себя идиоткой, и, пожалуй, ей нужно было присесть, уж слишком тряслись колени. Но не рядом с этим! Она не очень уверенно пристроилась на подлокотнике кресла, стоявшего у противоположной стены, готовая в любую секунду вскочить. Вазу поставила на пол у ног.

– Ну а теперь объясните мне, что все это значит. – Гад спрашивал якобы миролюбивым тоном, приглашая к якобы беседе. Это совершенно не вписывалось в сценарий. Точнее, именно такого вот сценария вообще не было, а гад был.

– Мики нет дома, – сообщила Лера.

– Ну это я еще по телефону понял. Потому и решил разобраться, что к чему.

А вот это было наглой ложью. Что, Лера не в состоянии подделать Микин хрип? Легко, потому что все больные ангиной говорят почти одинаково.

Бывший – Лера наконец вспомнила имя – Алекс тут же прочел ее мысли, он вообще делал это с легкостью.

– Мика не знает слов «извини и пожалуйста» по определению, ну и еще кое-какие детали… – пояснил он.

Ах ты подлец, слова «извини-пожалуйста» ему подавай. Лера явно ощутила скрытую за этими сантиментами издевку. Надо быть очень осторожной.

– Мику неожиданно вызвали в Новгород, там гастроли, заболела одна актриса… Она не хотела вас обидеть, вот и все. – Убожжжество, жжжуткое убожжжество, но у нее просто не было времени подготовиться как следует.

– Понятно, Мика горит на работе, что да, то да. – Афалина вел себя покладисто, и это страшно Леру напрягало. – Ну а вы что, тут в качестве заместителя? – спокойный тон не обманул ее ни на минуту. Вопрос был очень опасный, опасный и двусмысленный. Тревога!!!

– Я? – Лера прижала руку к груди и постаралась выглядеть максимально спокойной и убедительной, – я ее коллега, мы вместе работаем.

– Мика пляшет в стриптизе? Не знал. – Широкая бровь изогнулась и взлетела к виску. «Лихо это у него получилось, надо будет так попробовать…» – И давно?

Да о чем это они?!

– Она не пляшет, я имею в виду наш театр. Я тоже актриса.

«И дура набитая, нашла время перенимать опыт».

– А позвольте узнать, – теперь он издевался открыто, – стриптиз это ваше хобби или второе призвание? А может, общественная нагрузка, в смысле культуру – в массы?