Не учи меня любить - Виктория Лайт

— Может быть, ей было это не нужно…

Роберт замолчал.

— Я хочу сказать, раз она не взяла с собой ни драгоценности, ни меха, ни даже машину, значит, она вполне счастлива без твоих денег.

— Все женщины любят деньги. И Китти тоже, — возразил Роберт.

— Ты рассуждаешь, как Мэй Делано, — рассмеялся Алекс. — Все женщины разные. Откуда вы знаете, что нужно всем?

Роберт почмокал губами.

— Пожалуй, ты прав, — кивнул он. — Я поговорю с Китти. А насчет Мэй… Может быть, нанять детектива, пусть он выяснит, откуда взялась эта дамочка?

— Без детектива выясним, — улыбнулся Алекс. — Я съезжу на выходные в Нью-Йорк и поспрашиваю своих ребят. То, чего не знают в Нью-Йорк Трибун, не знают нигде.

На круглом лице Роберта появилось облегчение. Ясно было, что почтенному и уважаемому гражданину Гэлгема страх как не хотелось связываться с частным детективом.

Утром Алекс вылетел в Нью-Йорк. Несколько минут в самолете, и сонные поля Огайо остались позади. Вскоре город, который никогда не спит, распахнул для Броуди свои объятия. Алекс редко бывал в Нью-Йорке, и каждый раз он поражал его своими огромными размерами и суматохой. Ритм жизни там убыстрялся в несколько раз, и Алекс физически ощущал, как часы, минуты и секунды с ревом проносятся мимо. В Нью-Йорке сутки могли длиться неделю или год и пролетать, как один час, — в зависимости от того, сколько вы работаете и спите. Алекс Броуди предпочитал не задерживаться надолго в этом муравейнике. Он пересылал готовые материалы по почте, договаривался о новых по телефону и лишь несколько раз в году, в особо важных случаях, лично появлялся в редакции Нью-Йорк Трибун.

— О, Алекс, чертовски рад тебя видеть, — первым приветствовал его Тим Гэлэхер.

Это был жизнерадостный ирландец с неизменной сигарой в зубах. Тим был выпускающим редактором колонки новостей, и его всегда можно было застать на работе.

— Где ты успел так загореть? — спросил он, мельком взглянув на Броуди.

Тим жил в мире, настолько отличном от мира Алекса, что он не всегда помнил, что со времени их последней встречи могло пройти два-три месяца, а то и полгода.

— Камбоджа, — коротко ответил Алекс.

— Далековато, — присвистнул Тим и склонился над своим столом. Тратить много времени на бесполезные разговоры он не мог.

Больше нигде не останавливаясь и ни с кем не разговаривая, Алекс прошел в архив. Бенни Фиорентино, смотритель архива в Нью-Йорк Трибун, был полной противоположностью Тиму Гэлэхеру. Маленький кругленький итальянец, обреченный на прозябание среди массы газет, журналов, отчетов и каталогов, никогда не упускал возможности поворчать и пожаловаться на жизнь.

— О, Алекс Броуди собственной персоной, — сказал он, как только Алекс появился в дверях. — Опять что-то понадобилось от Бенни Фиорентино.

— Всего лишь немного информации, — рассмеялся Алекс.

Как и все в газете он знал, что старый ворчун обожает свою работу и ни за что не откажется от нее. Для Нью-Йорк Трибун Бенни был человеком незаменимым. Его феноменальная память помогала ему отыскивать необходимые материалы, не прибегая к картотеке. Он отлично помнил, где, что и когда происходило, и начинающие журналисты нередко собирались в комнатке Бенни послушать самые невероятные истории.

— Конечно, что еще может быть нужно от старого Бенни, — бормотал Фиорентино, ведя Алекса по длинному коридору к металлической двери архива. — Никогда никто не зайдет просто так, поболтать…

Алекс только усмехался. Манера Бенни была известна всем. Она была рассчитана исключительно на новичков, которые тут же проникались жалостью к позабытому всеми старому архивариусу.

— Что тебе нужно на этот раз, Броуди? — плаксиво спросил Бенни, когда они вошли в комнату, где хранилась картотека.

— Есть ли у нас что-нибудь о женщине, которая называет себя Мэй Делано? Она организовала центр психологической помощи и сейчас работает в Гэлгеме, штат Огайо. На вид — лет тридцать. Темноволосая, довольно симпатичная…

— Ее фотографии, разумеется, у тебя нет, — покачал головой Бенни.

— Нет, — развел руками Алекс. — Не подумал.

— Естественно. — Бенни скорбно улыбнулся. — Я же полицейское управление, гадалка и база данных в одном лице. Творю чудеса, разыскиваю пропавших людей с помощью хрустального шара…

— Мэй Делано не пропала, — вставил Алекс.

— Угадываю прошлое по имени, — продолжал брюзжать Бенни.

Алекс терпеливо ждал. Это случалось каждый раз, когда к Фиорентино обращались с нестандартными запросами. Но это была лишь видимость, на самом деле старик обожал именно такие дела. Какой интерес разыскивать статью, о которой тебе все известно — год, месяц и даже номер выпуска? Нет, Бенни Фиорентино любил пошевелить мозгами, порыться в старых подшивках, посидеть на работе дольше обычного.

Но поворчать он тоже любил, и не мог отказать себе в удовольствии возмутиться просьбой Алекса.

Бенни уселся за свой стол, взял большой лист бумаги, ручку и стал задавать Алексу вопросы, как заправский корреспондент. Броуди только диву давался. Он и не подозревал, что знает столько вещей о Мэй Делано. Через десять минут Бенни прекратил свой допрос.

— Пока ничего не могу сказать, — покачал он головой. — Придется искать. Приходи завтра.

Алекс хотел было что-то добавить, но Бенни уже не обращал на него никакого внимания. Он перечитал написанное, беззвучно шевеля губами, потом вскочил и с необычайной быстротой принялся открывать один ящичек за другим.

— Стоит проверить… и здесь тоже… пять лет… может быть… — бормотал он себе под нос.

Алекс понял, что он здесь лишний, и тихонечко вышел из архива. На Бенни Фиорентино можно было положиться. Из него вышел бы отличный частный детектив или журналист, что, в принципе, примерно одно и то же. Теперь Алексу оставалось только заглянуть к главному редактору и согласовать темы будущих статей. Как обычно, он не встретил никаких возражений. Алекс Броуди уже давно мог выбирать темы на свое усмотрение.

С делами было покончено, и до завтрашнего утра у Алекса было невероятно много времени. Чем заняться одинокому привлекательному мужчине в субботний вечер в Нью-Йорке? Только не ложиться спать — этот город не прощает пренебрежительного отношения и способен жестоко отомстить. Алекс быстро оценил в уме все варианты. Бродвейское шоу? Он уже сто лет не был в театре. Кино? Бар? Бильярд? Дискотека? Как давно он не имел доступа к цивилизованным развлечениям большого города… Или завалиться к кому-нибудь из старых приятелей, свалиться как снег на голову и закатить веселый мальчишник?

Мда, не факт, что он сумеет отыскать хотя бы одного. Его друзья-ньюйоркцы имели обыкновение часто менять адреса, и сообщать об этом Алексу Броуди никому не приходило в голову. Зачем, если в последний раз он был в Нью-Йорке полгода назад? Так долго могут помнить в Гэлгеме, где жизнь размеренна и нетороплива, в Нью-Йорке забывают о тебе, если ты пропадаешь на неделю.