Трепетный трепач - Екатерина Вильмонт

— Ладно. Но ты не очень поздно, да? Тете Ниночке привет!

— Что ж ты не поевши домой поедешь? Они там поедят. А ты?

— Ну и я поем дома. Та к уже охота душ принять, смыть с себя всю эту пакость…

— Машину закажи.

— Да я поймаю!

— Не вздумай! Это опасно! Вон сколько про это говорят и пишут… Я сама тебе закажу. Алло, будьте добры машину на ближайшее время…

…На другой день вечером ко мне на кухню явилась Катерина.

— Мам, скажи, что вчера произошло? Ты виделась с… Лощилиным?

— Боже, откуда ты знаешь?

— Из Интернета, откуда!

— А что там такое? — всполошилась я.

— Пойдем, полюбуешься!

К счастью в Интернет кто-то выложил только стычку Никиты с Димой. Эта короткая сценка была снабжена следующим текстом: «Знаменитый писатель и еще не очень знаменитый актер схлестнулись в студийном кафе. Кажется, из-за дамы. Перевес был явно на стороне актера».

— Та к ему и надо! — сказала я с облегчением. К счастью, мою перепалку с бывшим мужем никто не заснял. Я просто была там на заднем плане.

— А что там было, мам?

— Да ну, ерунда. Просто твой папаша был в своем репертуаре. Ни за что ни про что обхамил Александрова, а тот не стерпел.

— Не верю, как говорил Станиславский! — выдала моя образованная дочь. — Он наверняка обхамил тебя. С какой радости ему хамить незнакомому мужчине, который к тому же настолько выше него? Просто он не в состоянии понять, что мужчина может вступиться за даму, только и всего. Ведь так?

— А ты как набрела на этот ролик? Ищешь в сети все связанное с твоим папашей? Зачем, Катюха?

— Я не могу ответить тебе на этот вопрос достаточно вразумительно.

— Катька, солнце мое, ты меня уморишь! — засмеялась я.

Но тут явился Гришка.

— А вообще-то вам пора спать!

— Гришке пора, а мне еще нет!

— Да у тебя глаза слипаются! И у меня тоже. Я лично ложусь, а ты как хочешь.

— Та к еще только десять!

— Я устала. Григорий, что стоишь? Бегом мыться и спать!

— А бабушка… У нее тоже надо будет рано спать идти?

— Думаю, да. Но у бабушки вам в школу ходить не надо, так что может и будут какие-то послабления.

— Ох, скорей бы… Хочу в Марокко! Эта школа проклятая надоела мне жутко, там тоска на занятиях, переменка — минутка! — продекламировал вдруг Гришка.

— Это что еще за вирши?

— Мои! — с гордостью произнес он. — Сам сочинил! Вам нравится?

Мы с Катюхой переглянулись.

— Почти гениально! — выдала она.

— Почему почти?

— Потому что не гениально.

Он нахмурился.

— Ты это сейчас придумал или раньше? — спросила я.

— Сегодня в школе.

— Ну и молодец! Жутко и минутка — очень недурная рифма. Продолжай в том же духе! — подбодрила я мальчишку.

— Дорогая мама Лера, не грусти без кавалера!

Я чуть не свалилась с дивана от хохота.

— Гришка, ты меня уморишь! Спать иди!

— Чтобы не расстроить мать, я пойду, конечно, спать! Спокойной ночи!

И он, страшно довольный, удалился.

— Мам, что это с ним?

— Не знаю, приступ поэтического вдохновения. Бывает!

В результате я легла спать в прекрасном настроении и мне приснился Игнат, первый раз за это время. Как хорошо, что он не обещал звонить или писать. Я бы, конечно, предпочла, чтобы он нарушил свое обещание, но… по крайней мере я не мучаюсь — почему да отчего нет вестей. Изредка встречаю его маму и по ее лицу понимаю, что, видимо, у него все в порядке. Трепетный трепач! Хорошо придумано.

Игнат сам себе удивлялся. Неужто я и впрямь влюбился? Какое странное забытое чувство… Скоротечные киношные романы не оставляли в душе никакого следа, да он и не стремился ни к чему большему. А тут эта женщина… Она какая-то настоящая… светлая… и очень независимая. Она вызывает уважение. А это так важно для меня. И так непривычно. Но вообще-то она могла бы нарушить нашу договоренность и хоть разок позвонить. Нет, она гордая, сама не позвонит. А может, плюнуть на все и позвонить? Услышать голос и что-то для себя понять? А вдруг я попаду в неподходящий момент, когда ей неудобно будет говорить? Вдруг она не задохнется от радости, как задохнулся бы я? Нет, к черту эти сомнения. Договоренность есть договоренность. Впрочем, времени на такие размышления у него было катастрофически мало, но она ему снилась и эти сны тревожили его. Всякий раз во сне она от него убегала. И однажды он решился спросить у пожилой актрисы, снимавшейся в роли приемной матери героя:

— Людмила Сергеевна, вы умеете сны толковать?

— Боже, Игнаша, я не отгадчик снов, как говорил, кажется, Чацкий. Знаю только, что сны следует толковать наоборот. Видишь человека нарядным, это к беде. А если в лохмотьях, это к чему-то хорошему. А что там тебе снилось?

— Да чепуха, — смутился вдруг Игнат.

— И все же?

— Ну, мне часто снится, что одна девушка… от меня убегает.

Пожилая женщина глянула на него с материнской нежностью, ей страшно нравился этот парень.

— Это любовь, Игнаша?

— Не знаю пока.

— Ну, если убегает, значит ждет не дождется.

— Спасибо вам, — прочувствованно сказал Игнат и вдруг покраснел.

С ума сойти, подумала Людмила Сергеевна, такой роскошный мужик и какой-то трепетный оказался, вот уж никогда бы не подумала. Счастливая та девушка… Впрочем, сможет ли она оценить свое счастье? Нынешним девушкам что-то другое требуется.

…Вита Адамовна собиралась гулять с собакой. И вдруг в дверь позвонили. На пороге стояла девушка лет двадцати трех, хорошенькая, как картинка, прелестно одетая. И смущенно улыбалась.

— Здравствуйте, — пролепетала девушка. — Вы Вита Адамовна?

— Да. А вы, простите, кто?

— А я Милада.

— Милада? Какое красивое имя! Что вас привело ко мне, Милада?

— Мне очень-очень нужно с вами поговорить.

— Сейчас я должна вывести собаку, видите, он уже рвется… Пойдемте со мной на скверик, я его спущу, мы сядем на лавочку и поговорим.

— Ну, хорошо… — согласилась девушка, хотя ей не очень нравилась такая перспектива. В сквере, где бегают собаки и дети сложно сосредоточиться, особенно пожилой женщине.

Ну вот, наконец, они уселись на лавочке, погода была уже по-весеннему теплой и ласковой.

— Та к я вас слушаю, деточка.