Влюбись в меня за час - Майя Блейк

— Еще одна безделушка? — спросила Мэдди. — Зачем ты так со мной?

— Это принадлежало моей бабушке. Она надевала это в день своей свадьбы.

Она отмахнулась от его ответа:

— Я говорю не о том, что лежит в этом футляре. Почему ты женишься на мне, если тебе это так неприятно?

Он напрягся.

— Мне надо озвучить мои причины еще раз?

— Я знаю, ты делаешь это ради своих людей, но неужели ты совсем не хочешь на мне жениться?

— По-твоему, я этого не хочу?

— Мне так кажется, — огрызнулась она. — Я уверена, ты бы отдал все на свете, чтобы на моем месте была другая женщина. Скажи, что я не права.

Реми побледнел и заскрежетал зубами.

— Ты зря тратишь время на рассуждения. Прошлого не изменить.

Мэдди встала и повернулась к нему лицом, хотя по-прежнему была намного ниже его ростом.

— И все же ты позволяешь прошлому влиять на твое будущее. Если ты не закончил скорбеть, то тебе следует подождать. Я познакомилась с твоими подданными. Они поймут, если ты захочешь найти другую невесту…

Бросив бархатный футляр на стул, с которого встала Мэдди, он крепко сжал ее плечи руками.

— Мы с тобой подписали договор, — сказал он. — Не старайся от меня избавиться.

Она вздохнула.

— О ней все шепчутся. Они боятся тебя расстроить, произнося ее имя вслух.

Он прищурился.

— Что-что?

— Ты слышал меня.

Его глаза угрожающе сверкнули.

— Ты суешь нос не в свои дела.

Она горько рассмеялась:

— Ну да. Мы же заключили деловое соглашение.

— Именно так, — отрезал он.

У Мэдди заныло сердце. Она потерла кулаком свою грудь.

— Я не бесчувственный робот, — сказала она. — Я вряд ли долго смогу играть свою роль.

— Это скрытая угроза?

Она вздохнула.

— Нет, обычное предположение. Ты подведешь своих людей, если наш брак не удастся, как они ожидают.

Он раздул ноздри.

— Ты осмеливаешься указывать мне, как я должен заботиться о благосостоянии моего народа?

Мэдди старалась не замечать его пальцы, сжимающие ее плечи.

— Я хочу, чтобы ты взглянул на ситуацию другими глазами. Тебе следовало прислушаться к предостережению своей матери. Вероятно, однажды ты захочешь жениться на одной из потенциальных невест, которых она для тебя выбрала.

— Ты считаешь, что ты мне не нравишься?

У нее сдавило грудь.

— Мне правда надо отвечать?

Он смотрел на нее несколько секунд, затаив дыхание, а потом резко прижал к себе и жадно поцеловал в губы.

После их необузданного поцелуя в Лондоне прошло пять долгих недель. С тех пор Реми прикасался к Мэдди только на общественных мероприятиях. И, как бы она ни старалась это отрицать, желание отдаться ему ее доконало. Обхватив одной рукой его торс, она запустила пальцы другой руки в его волосы, пылко целуя его в ответ. Реми скользнул языком ей в рот, и следующие несколько минут они буквально пожирали друг друга.

Оба тяжело дышали, когда Реми в конце концов отстранился от Мэдди, пристально глядя ей в глаза.

— Пусть я не люблю тебя, — прохрипел он, — но такого неудержимого желания я не испытывал ни к одной другой женщине. Ты это понимаешь?

— Это просто сексуальное влечение, — неуверенно ответила она.

— Но оно сильнее, чем у большинства людей.

— А что будет, когда оно пройдет?

Он поджал губы.

— Тогда мы научимся цивилизованно сосуществовать вместе.

— Ты уверен, что тебе этого будет достаточно? — возразила она.

Он опустил руки, тяжелые, словно свинцовые гири, по швам и сжал кулаки. Мэдди с отвращением наблюдала за тем, как он восстанавливает абсолютный самоконтроль.

— Ради моего королевства я сделаю все, что угодно. А тебе лучше не отказываться от нашего договора.

Она вздохнула, но, прежде чем успела что-то сказать, Реми взглянул на медицинский отчет.

— Твой отец делает успехи?

Она кивнула:

— Да.

— Пусть его здоровье станет твоей основной целью, — сказал он.

«А как же я? Как насчет того, чего хочу я?»

Слова застряли у нее в горле. Реми кивнул на бархатный футляр.

— Увидимся завтра у алтаря, Мэдлен. Надень это ожерелье, чтобы порадовать меня.

Он вышел из ее апартаментов, а она, опустившись на стул, уставилась на бархатный футляр. Она должна притвориться влюбленной невестой и беспечно сыграть свою роль на предстоящей свадьбе.

Следующим утром Мэдди была комком нервов, когда пришли помощники, чтобы приготовить ее к свадьбе. И с трудом перевела дыхание, когда ей надели свадебное платье. Она сразу выбрала его из огромного числа нарядов, которые три главных кутюрье Монтеговы прислали ей через пять дней после объявления о помолвке.

Платье с длинными рукавами было сшито из шелка и кружева, с декольте в виде сердечка и элегантным шлейфом, расшитым бриллиантами, и глубоким вырезом на спине.

Она заставила себя улыбнуться, как только ей протянули футляр со свадебным ожерельем бабушки Реми. В комнате заохали, когда двухъярусное бриллиантовое ожерелье с благоговением надели на шею Мэдди.

Она моргнула, глядя на свое отражение в зеркале. Сегодня утром она проснулась в слезах, чувствуя себя бесконечно одинокой. Это ощущение только усилилось за долгие часы подготовки к свадьбе и в конце концов превратилось в тупую боль в груди. Поэтому, получив письмо от отца, Мэдди чуть не расплакалась.

Подойдя к тумбочке, она взяла письмо и снова его прочла.