Пари на счастье - Оксана Головина

— Кто? — раздался у уха неизвестный мужской голос.

— Кто?.. — замерла Наталья, теперь соображая, что держала в руке вовсе не свой телефон.

Какой ужас! И что теперь? Она искренне надеялась, что не получит по первое число от Михаила.

— Почему вы говорите с телефона моего отца?

— Здравствуйте, Алексей Михалыч… — Наталья зажмурилась, желая подальше забросить телефон и сбежать.

Ну почему сын Михаила решил позвонить именно сейчас?!

— Здравствуйте…

Молодой человек явно ожидал, что ненормальная, ответившая ему, додумается представиться. Именно так и представила его себе девушка. Важный прыщ, нога за ногу, и с папиной кредиткой в каждом кармане…

— Наталья Петровна… — на выдохе проговорила она.

— Так куда же, Наталья Петровна, подевался мой отец? Откроете вы мне эту страшную тайну?

Казалось, хрипловатый голос, звучавший из динамика, потешался над нею. Эх, чему быть, того не миновать! Девушка устроилась удобнее на скамейке, подтянула огромные штаны, которые удумали сползать и ложиться мягкими складками вокруг сапожек, и вздохнула:

— Папа за-а-а… за покупками побежал. В магазин…

Она и сама не понимала, почему говорила с Громовым младшим, словно с малым ребенком. Явно захотелось подразнить, раз забавлялся её неловкостью.

— Папа… значит… побежал в магазин? — в проклятом голосе уже слышалась улыбка, и Наталья поняла, что проиграла и не начав.

— Угу! — кинула она сердито в ответ.

— Угу, — задумчиво вздохнул Алексей, — а вы, если не секрет?

— А я его жду… под ёлкой… — Натали закусила губу, и оглянулась в поисках Громова, надеясь закончить этот разговор.

— Хм… И так, отец «побежал» за покупками в магазин, а вы сидите под ёлкой и ждёте его?

— Так и есть! — проворчала девушка и кряхтя наклонилась, пытаясь поднять упавшую с колен шапку.

— Подумать только, — усмехнулся Громов младший, — и не холодно ли вам там, под ёлкой?

Издевался? Решил, что она в лесу его дожидалась?!

— Тепло мне…

— Вот и умница, — коротко ответил Алексей.

Так просто, но на душе отчего-то хорошо сделалось, словно кто по голове погладил, да успокоил.

— И что он там прикупить решил? — по голосу было слышно, что её собеседник устраивался поудобнее, и чем сам занимался неизвестно где?

— Без понятия, — отозвалась Наталья, постукивая носками сапог друг о дружку.

— Как же так? — Алексей подпихнул под голову небольшую подушку, и закинул длинные ноги на подлокотник дивана.

Что за женщина? Или девушка? Сколько ей лет? Кто она такая?

— Чем ты там занимаешься, отец?.. — тихо проговорил молодой человек и поглядел в окно, на медленно кружащий снег.

— Что? — переспросил испуганный голос.

Алексей одними губами чертыхнулся, и поднялся с дивана, понимая, что забылся.

— Я спрашиваю, как же так вышло, что вас под ёлкой забыли, да ещё и не поделились своими планами, Наталья Петровна?

— Не в тех мы с вашим папой отношениях, Алексей Михалыч, чтоб он меня в свои планы подробно посвящал! — задрала подбородок девушка, словно её сейчас мог видеть младший из рода Громовых.

Не в тех отношениях, говоришь? Алексей подошёл ближе к окну и потянулся, глядя вниз. Крупные белоснежные хлопья мягко кружились и опускались на карниз. Москва, словно готовясь к предстоящему празднику, укрывалась морозным покрывалом, и сверкала сотнями разноцветных огней. Как всегда по городу сновали задумчивые, немного «подержанные» Деды Морозы, то там, то здесь можно было слышать наивные рождественские мелодии, хоть до самого Рождества ещё столько времени и пахло мандаринами. Да. Это святое…

Громов оглянулся, кидая взгляд на большой бумажный пакет, доверху наполненный оранжевыми фруктами. Ну, всё что нужно для встречи Нового года у него было… Вот уже третий год, не говоря отцу и слова, он приезжал в Москву. Не говорил, знал, что Михаил будет сердит. Пусть отец в этот день и считал, что одинок, как сын, он делал, что мог. Просто молча был рядом. Пусть и так, за несколькими каменными стенами, за несколькими кварталами, но был рядом. Но в этот раз всё вышло из под контроля. Отец не остался в Москве. Решил уехать в посёлок. Это было большим успехом для Михаила, и Алексей был искренне рад за него Смог, справился, молодец. Давно пора. Но эта девушка… точно! Девушка!

— Вы ещё живы там, Алексей Михалыч? — раздался у уха встревоженный голос.

Громов усмехнулся и удобнее взял мобильник.

— Жив. Простите, задумался.

Не в тех отношениях? Так она сказала? У неё в руке мобильник отца, подумалось Алексею, это будет посерьёзнее кольца на пальце. Что же там происходит?!

— Ёлку нарядили? — молодой человек вернулся к столу, зажал телефон плечом и потянулся к пакету, доставая самый, по его мнению, спелый мандарин.

— Нет, — вздохнула девушка, — сказал, что это лишнее…

— Каков негодяй… — Алексей закусил губу, сдерживая смех и принялся усердно чистить фрукт, затем закидывая одну дольку в рот, — неужели не удалось уговорить его?

Наталья нахмурилась. Жуёт уже что-то… она прижала ладонь к животу, теперь понимая, что и сама голодна. Михаил задерживался, и её стала мучить совесть. Может, стоило поискать его и помочь с покупками? Но и мешать не хотелось. Терзаясь сомнениями, она вернулась к своему невидимому собеседнику:

— Уговоришь его. Ваш папа брови как нахмурит, серьёзный, такой, ва-а-ажный…

— Угу, про ответственность уже говорил? — Алексей прислонился боком к столу и продолжил уминать уже второй мандарин.

— Говорил, — удивилась девушка, — а вы откуда знаете?

— Что натворили?

— Да так, — Наталья покрутила на пальцах свою шапку, — совершенно ничего интересного…

— У неё макушка надломлена, — неожиданно предупредил Громов младший, — когда устанавливать будете, то осторожнее там.

— У кого? — не поняла Наталья.

— У ёлки. Отец так и не заменил её. Закрепить нужно. Напомните ему, — пояснил Алексей.

— Почему бы вам не сделать это самому? — возмутилась девушка, — или не нарядить её вместе со своим папой?

— А меня никто не приглашал, между прочим, — потянул Громов.

— Вот уж! К отцу ещё и приглашение нужно?

— Угу. К моему — нужно, — проворчал молодой человек, — ладно, не буду мучить вас и дальше. С Наступающим, Наталья Петровна.

— С Наступающим, Алексей Михалыч.

— Не давайте ему скучать.

— Это уж как получится.

— Я ведь и отчёт потребую, — заявил Алексей.