Времена года - Дарья Волкова

– Попробуй, очень вкусно, – бодро провозгласила Май и бухнула в тарелку Ильи кусок буженины.

Кстати, ее разрезать было легко даже тупым ножом.

– Решил сделать подарок Майе, – ответил Илья. – В честь окончания сессии. Знаете, после сдачи экзаменов надо обязательно витаминов. Там в сумке апельсинов не было?

Хозяйка дома растерянно произнесла:

– Не помню… Может быть, мне показалось…

– Майя, там апельсины есть? – поинтересовался Илья у девушки и сделал глоток крепленого вина с таким видом, будто это было итальянское Бароло (1).

– Есть, – ответила она тихо. И уже не так весело.

– Витамин С очень полезен зимой, да и просто для восстановления сил, – так же тихо проговорил он.

– А чем вы еще интересуетесь, Илья… кроме свистулек? – папа все еще надеялся развить тему музыки и увлечений.

– Вас интересует профессия? Хобби? Личная жизнь? – получилось слишком официально и холодно, но от недорогого вина начинала болеть голова. Или не от вина, а от усталости?

– Ну, личная жизнь – она на то и личная, чтобы не обсуждать ее. А хобби и работа – если позволите… было бы интересно, – Михаил Львович умиротворенно сложил руки на животе, приготовившись стать благодарным слушателем.

– Я работаю в строительном бизнесе. Строю дома, гостиницы, торговые центры. И работа занимает, пожалуй, большую часть жизни, поэтому говорить о каком-то серьезном хобби… не получается. Люблю кино. Наверное, горы зимой, море летом и хорошую книгу. Но на книгу, увы, в последнее время времени нет. Прошу прощения за каламбур.

Родители Майи некоторое время сидели безмолвно. Илья почувствовал, что они хотят что-то ответить, что-то хорошее и соответствующее, но не знают – что. Слишком разные и непересекающиеся орбиты.

– Удивительно, – наконец медленно произнес папа, – как при таком ритме жизни вы еще находите время на… освоение народных инструментов.

И подлил вина. Себе и гостю. После чего задумчиво посмотрел на дочь.

– Зато Ию… Илья очень тонкий слушатель музыки, – решила поддержать беседу Май.

Тут все встрепенулись.

– Какую музыку вы любите? – вопрос не заставил себя ждать.

– Разную, в зависимости от настроения, – он отвечал, думая о том, что телефон остался в кармане пальто, и там наверняка прошло много звонков, ведь завтра утром он улетает. Еще не все вопросы решены, в офисе сидит целое подразделение, работая над проектом. – А можно задать встречный вопрос? Для вас существует только классическая музыка? Или эстрада, рок и рок-н-рол имеют место быть?

– Я работаю в оркестре киностудии "Мосфильм", – Илья видел, как руки музыканта важно расправили галстук, – какую только музыку мы не записывали, знаете ли. И рок, и эстраду, и джаз.

Вот последняя работа… – и тут Михаил Львович принялся пространно рассказывать о любимом деле.

Женщины поднялись со своих мест, стали убирать со стола – готовиться к вечернему чаепитию.

Пару раз, возвращаясь в комнату за очередной салатницей, Май несмело искала взгляд Ильи, пыталась примирительно дотронуться. Она почувствовала его недовольство. Один раз Илья все же поднял глаза, но Май тут же отвела свои – она не выдержала взгляда.

Воспользовавшись отсутствием дам, Михаил Львович прервал свой монолог и замолчал, а потом вдруг заговорил уже другим, более тихим и неуверенным голосом:

– Я понимаю… догадываюсь, что, кажется, наша встреча стала для вас неожиданностью, Илья. Да и мы с супругой, что скрывать, тоже несколько… удивлены… выбором Маечки. Но вы же взрослый человек и должны понимать, что я не могу не задать вопрос, – он стал крутить в руках ножку бокала, – о ваших намерениях относительно нашей дочери.

Илья молчал. И тоже начал крутить фужер. Он отлично понимал этого очень немолодого человека. Его чувства, его растерянность. Майя не подготовила родителей к такому спутнику. Наверняка, они ожидали увидеть кого-то, похожего на контрабаса Севу. И еще Илье нравились родители Май. Даже при условии, что орбиты были непересекающимися совершенно.

– У вас один ребенок? – наконец спросил он.

– Единственный и горячо любимый. Это как-то влияет на ваш ответ?

– Нет, не влияет. Наверное, я не должен был спрашивать, но, может, стал лучше что-то понимать.

Илья, наконец, оставил бокал в покое и решил, что вино допивать не будет. Хотя в головной боли, наверное, все же было виновато не оно.

– Мы знакомы с Майей два месяца. И я только… начинаю ее узнавать… Для намерений это слишком мало, как мне кажется. И слишком рано.

Собеседник согласно кивнул головой.

– Серьезный ответ серьезного человека. Что же… я вас понял. Видимо, я должен задавать вопросы не вам. А Майе.

Илья промолчал. Ему нечего было ответить. Он бы хотел что-то пообещать этому человеку, но… где-то там, в его телефоне – куча непринятых вызовов от людей, которые до сих пор сидят на работе, ему завтра в пять утра ехать в аэропорт, Май поступила совершенно безответственно… и Илья молчал.

– А вот и чай! – в дверях появилась мама с подносом, на котором возвышался чайник, рядом стояли тарелка с домашней выпечкой и вазочка с вареньем. – Илюша, вы любите клубничное?

– Люблю.

– Вот и замечательно.

Она говорила все то время, что пили чай, рассказывала про гастроли баса, радовалась, что Маечка так блестяще сдала сессию, и закончила свою речь словами:

– Честно говоря, Илюша, вы нас очень удивили. Мы ожидали увидеть музыканта. Маечка ведь из музыкальной среды и как-то никогда не было сомнений…

– Вы и насчет пианино не сомневались… – пробурчала сидевшая рядом Майя, начав грызть печенье. Она совсем сникла.

А Илья вдруг почувствовал, как помимо воли дрогнули в полуулыбке губы:

– Ее призвание скрипка. Пианино с собой носить невозможно, а со скрипкой получится устроить концерт в любом месте.

Губы Май приподнялись в ответной полуулыбке.

После чая в тесном коридоре прощались шумно и неловко.

Михаил Львович тряс правую руку гостя, всовывая в левую бумажку с номером телефона «на всякий случай, мало ли что».

Мама желала «Илюше» спокойной ночи и предлагала заглядывать на чай. Илья ответил благодарностью и комплиментом за очень вкусный ужин.

Молчаливая Май стояла немного в стороне. Смотрела глазами виноватого олененка. Он посмотрел в ответ. Внимательно. А потом сказал:

– До свидания, Майя.

– До встречи, Илья, – тихо донеслось в ответ.

Он вышел на лестничную клетку, закрыв за собой дверь.

***

Дверь хлопнула.

– Майя, я хочу с тобой поговорить, – твердо проговорил отец.