Влюбленный лэрд - Сабрина Йорк

Судьба не просто так свела ее с герцогом. Особенно если учесть те необычные сновидения. Не зря же он так часто являлся ей во сне? К тому же она была знакома с его матерью. И самое главное, в душе он был не таким, каким хотел выставить себя перед ними.

За всем этим скрывалось что-то большее. Но что именно, Лана пока не могла разгадать.

Может быть, Лилиас, его мать, поможет ей разобраться…

Лана решила позавтракать на валу замка – это было ее самое любимое место, отсюда открывался прекрасный вид на море. Свежий ветер, кружащиеся над морской гладью чайки и полное одиночество – идеальные условия для размышлений, лучше не придумаешь.

Поведение герцога сбивало с толку. Лилиас не хотела ей помогать. Каждый раз, когда Лана спрашивала ее о сыне, о его прошлом или нынешних намерениях, дух Лилиас таял и исчезал. Призраки порой бывали очень капризными.

Но такой упорный отказ служил вполне ясным сигналом, говорившим, что в этом деле Лане придется разбираться самой, без чьей бы то ни было помощи. Ей было о чем подумать. Вопросов, не дававших ей покоя, накопилось немало.

Вдруг ее что-то потревожило. Ход мыслей прервало ощущение смутной опасности.

Лана почувствовала его присутствие прежде, чем увидела.

Насторожившись, она медленно обернулась. К ней приближался высокий мужчина в английском наряде и с неприятным, надменным лицом. Сразу было понятно, что он приехал вместе с герцогом, никто в замке не одевался так, как он. Мужчина внимательно смотрел на нее, но Лана намеренно не поворачивала голову в его сторону.

– Что ты тут поделываешь, красотка?

Лана поморщилась, словно от ложки с уксусом. Кошмар, его голос был под стать его лицу, плюс убийственный вульгарный акцент! Но наибольшее отвращение вызывала его вкрадчивость, и весь он был по-змеиному скользкий и гадкий. Лана нахмурилась:

– Вы кто?

– А ты кто? – Скабрезно ухмыльнувшись, он склонился над ней.

Черт, он был слишком близко! Он не просто смотрел, он дышал ей прямо в лицо. Лана подавила желание вскочить и как можно быстрее уйти. Она не заробела, напротив, гордо вскинув голову, бросила на него презрительный взгляд.

Однако у незнакомца наглости было хоть отбавляй. Противно улыбаясь, он зажал пальцами ее длинный локон и как ни в чем ни бывало принялся им играть. Да как он посмел?! Лана вырвала локон из его руки, на что незнакомец похотливо рассмеялся.

– Какая симпатичная мордашка! Сколько огня! Ты горничная из замка?

Ей хорошо был знаком такой тип людей, обладающих властью и думающих, что им все позволено, что им доступна любая женщина, стоящая ниже их по положению. Она отодвинулась в сторону, бросив на него надменный взгляд.

– Я Лана Даунрей, дочь барона Магнуса Даунрея и сестра баронессы Даннет.

Но ни ее тон, ни знатность происхождения, похоже, не произвели на чужака никакого впечатления.

– Лана Даунрей, – презрительно хмыкнув, произнес он, – дочь барона Магнуса Даурнея и сестра баронессы Даннет, что вы тут делаете в полном одиночестве?

Не говоря ни слова, она выразительно посмотрела на свою тарелку.

– Жаль, очень жаль, такая малышка, и почему-то одна. – Он наклонился к ней. Слащавый голос звучал омерзительно, но его обладатель был еще омерзительнее.

Намерения незнакомца не вызывали никаких сомнений, и его поползновениям пора было положить конец. Лана встала, собираясь идти вниз во двор замка.

Но он грубо схватил ее за руку.

– Не торопись, красотка.

Он что, всерьез думает, что может указывать ей, что делать? С силой вырвав руку, она устремилась к ведущей вниз галерее. Он не отставал.

Вот повезло! Как быть? Может, ударить его вилкой? Насилие – это был не ее стиль действий, но если он не отцепится, то другой защиты у нее просто нет.

Прежде чем Лана ступила на лестницу, грубиян опять схватил ее за руку и резким движением развернул к себе. Тарелка вылетела у нее из рук, но вилку Лана крепко держала в кулаке. Она хладнокровно ударила его вилкой в грудь. Ее нападение нисколько не напугало незнакомца, он весело посмотрел на ее импровизированное оружие и рассмеялся:

– Настоящая дикарка.

Вот тут Лане стало страшно, и она закричала:

– Отпустите меня!

– Ни за что, моя прелесть.

Его голос, не говоря уже о намерениях, вызывал у нее одно лишь отвращение. Но головы Лана не потеряла, она искала выход. Грубо ее толкнув, мужчина прижал ее к каменной стене, а затем навалился на нее всем своим громадным телом. Сколь бы ужасными ни были его низкие намерения, еще ужаснее и омерзительнее было выражение его лица. Маска упала, и теперь со всей жуткой отчетливостью стала видна его подлая, коварная натура.

Ее тошнило от него, а он еще лез целоваться. Незнакомец сжимал ее так сильно, что Лана опасалась, как бы у нее не остались синяки.

– Я научу тебя быть вежливой, – рычал он, стараясь своим слюнявым ртом поймать ее губы. – Я важное лицо, запомни.

– Отпусти меня! – Нет, она не молила, она требовала.

Он похотливо рассмеялся:

– С чего бы, моя прелесть? Хочешь еще разок ударить меня вилкой?

И Лана ударила. Это его удивило и разозлило одновременно. Он еще крепче прижал ее к себе.

– Мир меняется, малышка, а ты ничего не замечаешь. Ни твой отец, ни твой зять, никто тебя не защитит. Лучше смирись. Я не бросаю слов на ветер.

Никогда и ни за что на свете!

Насильник явно вознамерился снова ее поцеловать. Ну и негодяй! Похоже, он надолго отобьет у нее желание целоваться с кем бы то ни было. Пытаясь вырваться, Лана рванулась, что было сил.

– Дугал! – раздался вдруг чей-то резкий повелительный окрик.

Негодяй тут же оглянулся. Лана перевела дыхание и взглянула в ту же сторону. К ее радости, к ним шел сам герцог, мрачный и грозный, как туча.

За серьезным и строгим выражением его лица как будто угадывалось нечто большее. Словно сквозь шелуху условностей английского высшего света проступили смутные очертания настоящего воина-шотландца, или ей это показалось? Нет, нет, гневное лицо, огонь в глазах, жесткая суровая складка в углах губ – все в точности соответствовало образу героя, который являлся перед ней во сне. Лану охватила дрожь.

Герцог уперся руками в бока, чуть наклонился вперед и буквально пригвоздил незнакомца к стене пронзительным взглядом.

– Черт, что ты себе позволяешь?

Дугал растерялся, и Лана, воспользовавшись удобным моментом, тут же выскользнула из его ослабевших объятий.

Дугал нахально улыбнулся:

– Пытался сорвать поцелуй. Ничего особенного.

Однако напряженная поза девушки, как и вилка, зажатая в ее руке, изобличали негодяя лучше всяких слов. Все заметивший и все понявший, Лахлан недовольно дернул щекой.