Волшебная встреча - Джанис Мейнард

Резко вдохнув в себя воздух, он опустил руки ей на плечи:

– Фиби…

– Что – Фиби?

Она играла с краем его рубашки, задирала ее, трогала пальцами его голое тело. Она дразнила его с нескрываемым наслаждением, словно это было любимым занятием в ее жизни. Заметив шевеление в его штанах, Фиби сделала шаг вперед. Теперь их тела прижались друг к другу вплотную, от груди до колен. Она положила голову ему на грудь, слыша его ровное, но учащенное сердцебиение.

Фиби чувствовала его эрекцию, такую полную и тяжелую. Она так долго жила без простых человеческих радостей, что теперь боялась снова оступиться. Но один урок она усвоила навсегда. Как бы сильно ты ни ошибся, как бы долго ни переживал последствия, жизнь продолжается.

И сейчас здесь с Лео она жила. Чувствовала. Хотела. С появлением Тедди ее чувства стали оттаивать. И закипели с новой силой, когда приехал Лео. Еще полгода назад она бы не осмелилась поддаться ни одному из своих желаний.

А сейчас пережитое горе как будто осталось на предыдущей странице, в прошлом. Ее сердце снова наполняла радость оттого, что Фиби Кемпер, которую она когда-то знала, все еще жива. Как извилист был этот путь. Она и подумать не могла, что превращение в себя прошлую может быть настолько приятным.

Сейчас она готова идти вперед. Вместе с Лео.

Но внезапно Лео сделал шаг в сторону:

– Давай уже повесим эту чертову гирлянду.

Лео едва владел собой, в его голове кружилась карусель из тысяч мыслей, а тело разрывали желания. На его счастье, Фиби была педантичной особой, и украшение елки для нее оказалось важнее, чем он думал. Прежде чем всучить ему гирлянды, она проверила их на наличие узлов, поправила каждую покосившуюся лампочку. Наконец он мог отвлечься на развешивание гирлянд по пушистым елочным веткам. Фиби стояла рядом на табуретке, украшая елку игрушками, отбраковывая разбитые и то и дело напевая песенки для Тедди. Одну из них Лео узнал. Это известный хит с ранних альбомов Мэрайи Кэри. Но только сейчас ему открылся смысл этих простых слов.

Есть подарки, которые ты будешь помнить всю жизнь. Для него таким подарком стала Фиби. Когда человек богат и может купить все что хочет, обмен подарками теряет изначальный посыл. Лео всегда щедро одаривал своих коллег и подчиненных. С Люком они хорошо понимали друг друга и знали, чем друг друга можно удивить. Подарок – это прежде всего проявление любви и заботы.

Вот о чем Лео успел позабыть. Во главе всех праздничных подарков стоит любовь.

Но развивать эту мысль почему-то не хотелось. Не может быть, чтобы человек его возраста, достатка и опыта поверил в любовь с первого взгляда. Инфаркт стал последней каплей – тогда он окончательно убедился, что в мире нет ничего постоянного, и ты не можешь знать, что будет с тобой завтра.

Но сейчас рядом с ним была Фиби. Накануне Рождества. И от желания обладать ею тряслись руки. А значит, философия подождет. Сейчас нужно действовать.

Уложив на ветку кончик последней гирлянды, он наконец присел на заставленную коробками кушетку. Здесь же лежала маленькая закрытая зеленая коробочка. Раньше Лео ее не видел. На ней была выгравирована лошадка, а под ней надпись: «С первым Рождеством, малыш». И дата. Несколько лет назад.

Сердце Лео сжалось в комок.

Он поднял глаза и увидел побледневшую Фиби. Она смотрела на коробочку в его руках. Проклиная себя, что не спрятал ее сразу, он вскочил с кушетки, не зная, что сказать. Десятки догадок пронеслись в голове. Самой логичной казалась одна.

Глаза Фиби потемнели от боли, слезы хлынули из них рекой. Казалось, она даже не понимает, что плачет. Она словно окаменела. Так бывает перед лицом опасности, когда замираешь и не знаешь, куда бежать.

Лео медленно подошел к ней, протянул руки, обнял:

– Фиби, дорогая, что случилось?

В ее глазах читалось непонимание. Ладонью правой руки она вытерла мокрые щеки.

– Покажи мне ее, – прошептала она, делая шаг к кушетке.

Лео преградил ей дорогу, зажал в руках ее заплаканное лицо.

– Нет. Нельзя. Ты вся дрожишь.

Он прижал ее к себе так крепко, как только мог. Своей силой он хотел остановить дрожь, сотрясающую ее тело.

Фиби не шевелилась, натянутая как струна. Она не прижималась к нему, не принимала его успокоений. Лео как будто обнимал холодную статую. Наконец он отпустил ее, сделал шаг и посмотрел ей в глаза:

– Я налью тебе выпить.

– Нет, – закачала головой Фиби.

Лео достал из кармана платок и протянул ей. Он не знал, станет ли ей легче, если она все расскажет сейчас. Напряженность момента усилилась, когда раздался детский крик.

Фиби не сразу поняла, что этот крик реален.

– О, Тедди, это ты… – проговорила она. – Прости, мы совсем про тебя забыли.

Она поднесла малыша к лицу, поцеловала и вновь залилась слезами.

– Тебе пора спать, да? Не волнуйся, малыш, тетя Фиби тебя уложит.

Лео хотел забрать у нее мальчика:

– Фиби, тебе лучше сесть.

Он был уверен, что у нее шок. Руки Фиби были ледяными, губы посинели.

Фиби прижала малыша к себе:

– Нет. Ты не любишь детей. Я справлюсь.

Лео был поражен, когда ее глаза вспыхнули злобой.

– Я такого не говорил, – кротко сказал он, словно успокаивая испуганное животное. – Позволь мне помочь.

Игнорируя его, Фиби вышла из комнаты. Лео пошел за ней по коридору до самой детской. Впервые дверь в детскую была открыта. Фиби всегда заходила туда через свою спальню.

Она положила мальчика на столик для переодеваний и встала рядом. Лео понимал: она не знает, что делать дальше.

Тогда он тихонько протянул руку к пижамке, висящей на вешалке у двери. Из желтой пластмассовой корзинки под столиком торчала пачка подгузников. Лео на цыпочках подошел к малышу и принялся снимать с него одежду. Ей, казалось, не было конца. Тедди кряхтел и доверчиво ему улыбался. Наконец малыш лежал перед ними голенький. Его кожа была такой мягкой, а ручки и ножки – пухлыми, но крепкими.

Смена подгузника требовала смекалки, но Лео быстро понял логику.

Фиби не шевелилась. Она вцепилась в узорчатый край деревянного столика. Вцепилась так сильно, что фаланги ее пальцев побелели.

Лео застегнул подгузник, проверил, прочно ли тот прилегает к телу малыша, и снял с плеча пижамку. Казалось, нет никакой разницы между пижамой и теми костюмами, что мальчик носил днем. Но разница, видимо, была.

Лишь с третьей попытки ему удалось облачить Тедди в этот ночной комбинезон. Фиби стояла рядом, словно не видя происходящего. Взяв малыша в одну руку, Лео вывел ее из комнаты.

– Помоги мне с бутылкой, – нежно сказал он, надеясь, что его слышат.