Конкурс песочных фигур - Татьяна Краснова

ЗАВТРАК НА ТРАВЕ

В зеркале все выглядело изумительно: воздушный сарафанчик, сверкающие янтарики в ушах – как раз к глазам, тоже янтарным и тоже блестящим. А на природе при солнечном свете пляжный образ будет еще привлекательнее! Что же касается лица цвета бледной поганки, то, во-первых, после зимы все такие, а во-вторых, загореть можно за один день. А дней – целых три подряд, и все выходные! И главное, не придется проводить их, стуча зубами, у обогревателя! Карина, напевая, укладывала сарафан в дорожную сумку вместе с темными очками и пляжным полотенцем.

Ледяной апрель, сыпавший снегом до самого конца, наконец сменился даже не теплом, а жарой. И тетка вдруг потеплела – пригласила к себе на майские праздники. Значит, можно успеть и с Иринкой побыть, и с Аней увидеться, и с Володей – и не придется мотаться туда-сюда на электричке! Володя обещал показать какие-то красоты на озере. Купаться, конечно, рановато, но не позагорать просто грех! И, вытащив прошлогодний купальник, Карина продолжила примерку. Не вывалился ли за зиму живот? Вот номер, если окажется, что пора переходить на закрытый вариант!

По телевизору лопотало ток-шоу.

– Да что вы говорите! Неужели шестьдесят процентов?! – воскликнул ведущий, а участник передачи, то ли сексолог, то ли социолог, подтвердил, что да, в России шестьдесят процентов населения подходящего возраста живут вообще без секса и только пятьдесят пять процентов – самый низкий уровень в мире – довольны своей сексуальной жизнью.

– Наши люди боятся вступать в сексуальные отношения, часто предпочитая на время или на всю жизнь половую абстиненцию, – вещал эксперт. – Низкая культура интимной жизни, страх неудачи у тех, кто уже имеет печальный опыт, и у тех, у кого пока вообще ничего не было…

Карина прислушалась. Что ж, страхи – понятное дело, но если даже их отбросить, у нее-то ничего не изменится – с отъезда Плотникова приходится поститься. Не побежишь же на дискотеку. И потом, после десяти-, двенадцатичасового и так далее рабочего дня на постель смотришь как на вожделенное место для сна – желательно такого же долгого. Замужние дамы, вроде Ани, говорят то же самое – что супруг давно уже перестал бриться по вечерам и бреется только утром, перед работой.

Интересно, а как обстоят дела у Володи из Белогорска, который и работой не вымотан, и семейной скукой не обременен? Как-то он обмолвился насчет других женщин – поддразнивал, скорее всего, но почему бы им не быть? Если есть девушка для выхода в свет, вполне возможен вариант для пяти минут удовольствия, о чем еще его папаша вещал. Эта здравая мысль почему-то оказалась неприятной. Карина представила, как покидает дом-корабль – и тут же появляется «другая женщина» и надевает те же тапки! Садится в то же кресло у камина! Тоже гладит кота! Омерзительно просто!

Стоп, стоп. Опять разыгралась фантазия. Ей-то какая разница, что там происходит? Завидно, что ли? Ну, заведи себе любовника и не завидуй! Володя имеет все права подавать мерзавке тапочки! Карина затрясла головой, стараясь вытрясти свои выдумки. Она что, претендует на какое-то особенное место в его доме и в его жизни? Может, на кресло, где она сидит, красную ленточку натянуть, как в музее? А может, ее задевает, что стандартные знаки внимания не переходят в ухаживания? А кому-то из них это нужно? И потом, ее такая же стандартная привлекательность подходит, возможно, только для демонстрации окружающим, а на самом деле Володя без ума от маленьких толстых брюнеток с волосатыми ногами?

Карина фыркнула и немного подтянула лямочки бюстгальтера. Нормальный купальник, пойдет. Надо о втором, сменном позаботиться, если все-таки получится этим летом поплавать.

А ученый человек заявляет с экрана, что мужчины боятся импотенции больше, чем войны, и при этом у нас каждый третий после сорока лет – импотент. Тоже тема. Может, усатая-волосатая брюнетка вообще ни при чем?

Но тут вспомнился потоп в головинской даже не ванной, а прачечной – стиральная машина оказалась внизу, в подвале. Первого марта, когда они хотели отметить День котов и накормить Кошаню до отвала печенкой, Карина обнаружила входную дверь открытой, а снизу неслись вопли тети Зины. Машинка внезапно сломалась на полном ходу, Володя куда-то вышел, бедная тетушка металась, боясь и утонуть, и отлучиться к телефону, а вода прибывала. Карина, не раздеваясь и не разуваясь, сбросив на ходу шубу, кинулась на помощь. Нашла нужную трубу, нужный кран и остановила потоп.

Потом пришлось развесить одежду на просушку и надеть тетушкин халат. Они с тетей Зиной снимали стресс, поедая мягкие венские вафли, миникруассаны и зефир в шоколаде, когда вошел Володя и застыл в дверях. Ну да, сообразила Карина, кавалер привык постоянно видеть ее в зимней форме одежды, в свитерах и брюках. А тети Зинин халат, удобный, мягкий, персикового цвета, тетушке доходил до пяток, а ей – едва до колен, а на плечах вообще едва держался. Карину мужские взгляды обычно не смущали, ей всегда нравилось, когда на нее смотрят, но куда же это годится – еще и дар речи терять и совсем не реагировать на их бурный, в два голоса, рассказ об аварии! Ему надо было изображать любовника, а не мужчину, первый раз увидевшего не слишком одетую женщину! Как тетя Зина ни простодушна, но и она могла заподозрить неладное!

Тут же всплыла в памяти сцена падения, правда не состоявшегося, – это когда они еще приводили в порядок библиотеку. Карина решила добраться до верхних полок и пододвинула, недолго думая, стоящую в углу стремянку. И сразу ощутила, как опора под ногами опасно качнулась. Володя успел стремянку подхватить.

– Куда же ты полезла? Она сто лет как сломана! Центр тяжести, что ли, смещен. Все руки не доходят вынести, – оправдывался он и неожиданно улыбнулся: – А у тебя волосы летом пахнут – цветами, солнышком.

Карина вспомнила тогдашнее Володино лицо во всех подробностях – и отмела мысли и об импотенции, и о волосатых брюнетках. И тут же переключилась на сборы – зубная щетка, зубная паста, кроссовки, чтиво для электрички.

Старый причал содрогался от грохота. С обрыва хорошо было видно, как десятка два человечков меняют деревянный настил, монтируют стеклянные стены какого-то павильона, вколачивают тротуарные плитки. Бульдозеры расчищают площадки среди сосен, поднимая тучи пыли и песка. Подъехал грузовик, тоже с песком – только чистым, желтеньким.

– Оглохнуть можно! – Карина, зажав уши, оглядывала большую стройку. – А Аня говорила – тишина, красота, любимое место отдыха!

– Оно самое, – подтвердил Володя. – Еще любимее будет. Здесь же на лодках когда-то катались по озеру, молодежь гуляла по вечерам – пока не раздолбали все, не растащили и фонарные столбы не повыдергали. Скоро все как раньше будет! И еще лучше – вон Королев кафе строит, будем шашлыки и мороженое за столиками есть, не на бревнах. К Дню города должны успеть…

– Смотри, еще машина с песком!

– А это для конкурса песочных фигур. Триста тонн карьерного песка заказали, скульпторов пригласили с дипломами и просто умельцев. Видишь, вон там уже работают.

На дальней площадке громоздились деревянные ящики. Один из них разобрали, раскрыв песочный куб. А неподалеку красовалась почти готовая фигура вроде бы кошки, и вокруг нее копошились два человечка.