Выбрать навсегда - Диана Рейдо

Была еще одна причина, по которой Робин отказалась от кофе. Она уже и без того чувствовала себя обязанной Майклу. Ужин в ресторане, приезды к ней, чтобы проведать… Не может же он постоянно работать ее бескорыстным спасателем? Она вполне переживет сегодняшний день без очередной порции латте с банановым сиропом. А билеты в кино стоят не так уж и дорого, чтобы чувствовать себя из-за них обязанной…

Они уселись в автомобиль Майкла. Молчание, которое возникло между ними, становилось все более напряженным.

«Она отказывается от кофе, — думал Майкл, — она прекрасно выглядит… Похоже, она уже нашла свое лекарство от стресса. Но поход в кино Робин не сочла нужным отменить — неужели ей недостает смелости сказать мне в глаза, что мое общество для нее уже не так интересно? Показная вежливость — это еще хуже, чем честный и открытый отказ».

«Кажется, он обиделся на мой отказ заглянуть в кофейню? — размышляла Робин. — Странно: он ведь должен быть мне благодарен. Майкл будет отвлечен от своей срочной работы только на время киносеанса. А в кофейне можно застрять надолго… И потом: хватит уже его благотворительности в мой адрес. Он помог один раз, второй, третий… Очевидно, что он щедрый и внимательный… то есть вежливый человек. Но соглашаться снова и снова значило бы злоупотреблять его вежливостью…»

В кинотеатре оказалось, что Майкл приобрел билеты на самый последний ряд.

Это был не просто последний ряд — там было всего пять диванчиков, и на каждом диванчике было по два места. Само собой, эти места не разделялись подлокотниками.

Робин вопросительно взглянула на Майкла:

— Интересный выбор.

— О чем ты?

— Я говорю: зал полупустой. Почему именно эти места?

Майкл секунду думал и выкрутился:

— Просто, понимаешь, здесь есть кнопка вызова официанта.

— Зачем тебе официант? — рассмеялась Робин.

— А если нам захочется холодной кока-колы?

— Мне не хочется.

— А я сегодня не обедал.

Робин почувствовала себя виноватой. Могла бы и не отказываться выпить кофе с сандвичем в кофейне… Но что сделано, то сделано.

Они неловко уселись на свои места. Неловкость возникла оттого, что диванчики оказались теснее, чем ожидал Майкл. Собственно говоря, они не были созданы для того, чтобы парочки сидели на них выпрямившись, строго и церемонно. Эти места просто располагали к объятиям…

Майкл нервничал всякий раз, когда случайно касался руки или плеча Робин. Он уже не получал никакого удовольствия от фильма, тем более что сюжет, на его взгляд, был не только предсказуем, но еще и затянут.

Он ругал себя за это приглашение в кино. Очевидно ведь, что Робин ни капельки это не нужно. Майкл не мог понять столь скоропостижных перемен в ней. Ему казалось, он что-то упустил, но вот что?..

Фильм закончился. Робин со вздохом поднялась со своего места, потянулась. Из-за тесного соседства с Майклом, из-за неудобной позы у нее затекло все тело.

Майкл принял этот вздох за вздох облегчения.

— Как тебе фильм? — поинтересовался он для порядка.

— Ничего особенного, — протянула Робин.

— Утешает только то, что выбирали мы его вместе.

— Да, наверное. Но я учту на будущее. В следующий раз лучше вновь пересмотрю что-нибудь с Одри Хепберн. «Завтрак у Тиффани», например… или хотя бы «Римские каникулы».

— Давай я отвезу тебя домой, — предложил Майкл.

Ему было немного обидно, что Робин даже не попыталась отметить в фильме что-нибудь хорошее. Майкл и сам не был рьяным поклонником мелодрам, но он учел, что идет в кино вместе с Робин…

— Не надо. — Она помотала головой. — Я дойду сама.

— Дойдешь?

— Конечно. Еще ведь не поздно. Хочется пройтись, прогуляться, размяться…

Майкл попросту не поверил ей.

В таком виде?

У Робин наверняка сейчас свидание с кем-то!

Иначе она согласилась бы на его предложение доставить ее домой. Какой интерес вышагивать на каблуках несколько кварталов? Глупость. Самая настоящая глупость.

И, кажется, он все-таки прав. И это действительно свидание.

Поэтому Робин и держалась на протяжении всей их сегодняшней встречи с таким официальным, неприступным видом.

Что ж… Видимо, пора положить конец всей этой ненужной комедии. Надобность в его помощи отпала — значит, и в нем самом тоже?..

Но задать хотя бы один из этих вопросов напрямую Майкл не решился.

Поэтому они распрощались возле входа в кинотеатр.

Майкл сел в автомобиль и отправился обратно в офис.

А Робин пошла домой, наслаждаясь теплым воздухом, движением и своим отражением в витринах. Ей действительно очень хотелось прогуляться. Казалось, будто она целую вечность сидела дома взаперти, а сейчас неожиданно вырвалась на свободу.

Наконец-то.

Свобода…

Робин вернулась из супермаркета.

Она решила, что, раз у нее пока нет приятной компании, пока она не знает, чем себя занять, можно хотя бы потратить немного денег. Разумеется, с пользой.

Раньше она не так уж и часто баловала себя.

Раньше Робин в первую очередь думала о тех, кто находится рядом с ней.

Теперь она выгружала из пакетов и расставляла на полках шкафчика коробки с самым разным чаем. Чай был ароматизирован шоколадом, мелиссой, лимонной цедрой, бергамотом…

Также Робин вывалила на столешницу коробку с пирожными и целую пачку журналов.

Нужно было чем-то себя занять.

Робин усиленно гнала от себя мысли, что скоро необходимость поиска новой работы подступит вплотную. Но пока еще были какие-то средства, было на что жить. Начать искать никогда не поздно. Но, чтобы поиски были успешными, неплохо бы сперва обрести внутреннее равновесие…

Робин заварила себе чай и устроилась с чашкой прямо на подоконнике. Рядом лежал журнал, пока еще даже не вскрытый, в шуршащей полиэтиленовой упаковке. Робин вонзила ложечку в ноздреватый крем на песочном тесте. Отправила первый кусок пирожного в рот. Запила душистым чаем. Смерзшийся комок льда внутри постепенно начал оттаивать. Но Робин знала, что журнал рано или поздно будет дочитан, а пирожное — съедено. Тогда придется искать новые источники… нет, не удовольствия. В приятных мелочах Робин искала поддержку для своего пошатнувшегося душевного равновесия.

Она не хотела метаться в поисках непонятно чего.

Она хотела раз и навсегда определиться с тем, что ей нужно для счастья.

Она хотела привести мысли и чувства в порядок.

Робин разорвала прозрачный целлофан обертки, раскрыла журнал. Ей на колени упал пробник. Это был бальзам для окрашенных волос. Он манил изображением сияющей девушки на упаковке, обещал преображение тусклых прядей в наполненные жизненной силой и блестящие…