Полуночная прогулка - Кейт Харди

— Привет, Джордж. Приятно с тобой познакомиться, хотя мы встретились не при самых лучших обстоятельствах, — вежливо произнесла Джейн.

— И мне приятно. — Он улыбнулся и посмотрел на Эда. — Джейн. Отлично! Теперь я буду называть тебя Тарзаном.

Джейн рассмеялась:

— Ты можешь попробовать, но он будет хмуриться.

Джордж улыбнулся:

— Она хорошо тебя изучила.

— Да-да. — Эд радовался тому, что Джордж мог его дразнить — значит, дела не так уж плохи. — Как ты себя чувствуешь?

— Немного пьяным, — признался Джордж. — От такого количества наркоза, какое мне дали, сдохла бы лошадь.

Эд очень старался сохранять спокойствие, но страх за брата оказался сильнее.

— Какого черта ты вытворял?! Нырял со скалы, что ли?!

— Нет, меня снесло порывом ветра.

— Ветер? Чем ты, черт побери, занимался?!

— Летал на параплане.

Это было что-то новенькое. С тех пор как отец запретил ему гонять на автомобилях, Джордж неустанно искал другие способы разрядки.

— Как это случилось?

Джордж поморщился:

— Я сам виноват. Отвлекся.

«Мечтал о какой-нибудь девушке, вне сомнения», — подумал Эд и произнес:

— Ты мог погибнуть, Джордж.

— Но я жив, — мягко ответил он.

— Ты сломал бедренную кость, оба запястья и несколько пальцев. — Эд вздохнул. — Я хочу почитать твою историю болезни.

— Да. Ты можешь перевести для меня, что там написано?

— Завтра я тебе обо всем расскажу, когда ты немного очухаешься, — пообещал Эд. — А прямо сейчас ты вряд ли что-нибудь поймешь. Ты еще не отошел от наркоза. — Возможно, в этот раз брат прислушается к его словам.

Эд взял медицинскую карту Джорджа.

— Итак, перелом обоих запястий, перелом бедренной кости и…

Джордж довольно сильно ударился о скалу. Он машинально закрыл лицо руками, поэтому сломал запястья и несколько пальцев. Кроме того, повредил ногу. И еще он довольно сильно травмировал яичко, и возникли опасения по поводу его способности обзавестись детьми в будущем.

Возможно, он не сможет иметь детей. Это означало, что в какой-то момент Эду придется оставить свою любимую работу и исполнить долг перед семьей. Хотя сейчас это волновало Эда меньше всего. Самое главное — брат едва не расстался с жизнью, врезавшись в скалу.

— Ты идиот. Ты же мог погибнуть.

Джордж пожал плечами:

— Я жив. Могло быть и хуже. Я же не сломал себе шею.

— Нет, только ногу и запястье. Знаю, ты жаждешь приключений, и понимаю, что любишь рисковать. Но, боже правый, неужели ты не можешь придумать для себя более безопасное занятие? — жалобно спросил Эд.

— Начал меня пилить. — Джордж наморщил нос. — Бесполезно.

Бывали времена, когда Эду очень сильно хотелось как следует врезать брату. Но сейчас не самое подходящее время, учитывая сотрясение мозга.

— Боже, дай мне силы! — воскликнул Эд.

— Летать на мотопараплане неопасно.

— И это говорит человек, которому установили в кость металлический стержень и наложили гипс на оба запястья.

— Что такое полет на мотопараплане? — спросила Джейн.

— Это фантастика, — ответил Джордж и улыбнулся. — Ты взлетаешь и паришь в мягком потоке воздуха. Я потом покажу фотографии.

— Я полагаю, для полетов на мотопараплане необходимо проходить обучение? — спросил Эд.

— Да. У меня есть сертификат.

Джейн улыбнулась:

— Судя по выражению лица Эда, он готов признать тебя невменяемым.

Джордж рассмеялся.

— Возможно. — Затем он серьезно прибавил: — Мне придется проторчать здесь целую неделю.

«Учитывая то, что Джордж едва может усидеть на месте пять минут, пребывание в больнице станет для него настоящей мукой», — подумал Эд и сказал:

— И тебе еще повезло. Мог бы лежать тут намного дольше.

— Что я буду делать целую неделю? — жалобно простонал Джордж.

— Тебя будут навещать девочки, я, папа и Фрэнсис.

— Ты работаешь. У Шарли и Би экзамены. Элис меня постоянно пилит. Фрэнсис волнуется. — Джордж вздохнул. — Отец в ярости.

Эд не удивился, услышав эту новость.

— Разве я нарочно? — Джордж поморщился. — Эх, целая неделя…

— Здесь есть телевизор, — вставила Джейн.

— Я не смогу даже переключать каналы. — Он посмотрел на запястья. — Эту штукатурку с меня снимут только через шесть недель. — Пациент снова поморщился. — Не могу дождаться, чтобы вернуться домой.

Домой? Он всерьез полагает, что поднимется с больничной койки и вернется домой? Ах, помилуйте!

— Будь благоразумным, Джордж. Ты проведешь здесь по меньшей мере неделю. После выхода из больницы тебе понадобится физиотерапевт, — предупредил Эд. — Кстати, как ты собираешься справляться с делами?

Джордж пожал плечами:

— Мой ноутбук управляется голосом. Мне не придется печатать.

— Я не имею в виду работу. — Эд уже знал, что брат не может спокойно сидеть за письменным столом. Он всегда расхаживал по кабинету и пользовался голосовым управлением. — Я имею в виду простые мелочи, вроде стирки, еды… посещения туалета.

— Эд! — Джордж закатил глаза. — С нами дама!

— Я врач. — Джейн улыбнулась. — Меня не смутишь вопросами функционирования организма. И Эд прав. Тебе будет трудно решать вопросы личной гигиены с загипсованными запястьями. И я не совсем понимаю, кстати, как ты будешь ходить с костылем.

— Существует только одно приемлемое решение, — заключил Эд. — Ты будешь жить у меня, пока полностью не восстановишься.

— У тебя мало места.

— Места достаточно. Я буду спать на диване, а ты в моей кровати.

— Спасибо, брат. — Джордж покачал головой. — Но лучше не надо. Мы сведем друг друга с ума. Ты такой ворчливый. А я упрямый. — Выражение его лица смягчилось. — Я люблю тебя, брат.

Да, об этом Эд знал. Джордж всегда ему помогал. Всегда. Он читал ему на ночь сказки, когда мать бросила их, заботился о нем. А теперь они поменялись местами.

— Я тоже тебя люблю, — ответил Эд хрипловатым от эмоций голосом. — Но ты прибавляешь мне седых волос. Я всегда считал, что старший ребенок в семье должен быть благоразумным.

Джордж улыбнулся:

— Я благоразумный. Иногда.

Ага. Эд знал, что такое случается крайне редко.

— Мне просто нравится…

— Рисковать, — сухо закончил за него Эд. — Я знаю.