Нашла себе блондина! - Екатерина Вильмонт

– Танечка, маленькая моя, проснись, пожалуйста,проснись и прости меня, старого дурака…

Я решила сыграть в эту игру. Открыла глаза, как будто ничегоне понимая, где я, что со мной.

– Что? Я спала?

– Да, маленькая моя, ты устала, проголодалась, нервничала,а потом поела и уснула. А теперь пора вставать, сейчас будет совершеннофантастический гусь! Ты ела когда-нибудь гуся, фаршированного говядиной? Этосказка! Вставай, соня!

Ишь как он все хитро повернул! Я, видите ли, заснула, а он,благородный рыцарь, просто охранял мой сон…

Изворотливый товарищ! Мне было так противно, что я его почтивозненавидела. Старый обманщик! К тому же он был здорово пьян.:

Мы вернулись за стол. Грязные тарелки были убраны, и посредистола на блюде лежал громадный золотистый гусь, украшенный маринованнымияблоками и сливами, окруженный крупной румяной картошкой. У меня потеклислюнки. Хозяин дома, муж великолепной Марет, виртуозно орудуя ножом, быстронарезал птицу, и в самом деле начиненную мясным фаршем. Запах стоял обалденный.Я попробовала это чудо и ахнула. Фантастика, вот бы научиться такое готовить!Хотя поди еще в Москве достань все для такого пиршества… А сколько денег на этонадо! Меня сразу затошнило. Я даже ощутила ненависть, классовую, наверное. Нотут Никита Алексеевич спросил:

– Ну как, нравится? ;

Я посмотрела на него и поняла: гусь и классовая ненавистьтут ни при чем. Это его я ненавижу! Ненавижу так, что в глазах темно! Сволочь!Я что ему, кукла?

– Нет, не нравится! – отчеканила я. – Еслихотите знать, мне вообще все тут не нравится! А больше всего – вы!

Он опешил.

– Таня!

– Зачем вы меня сюда приперли? Зачем вызвали из Москвы?Я думала, это будет самый лучший в жизни Новый год… Но такого поганого у меняеще не было!

Кто так празднует? С тоски помереть можно! Я вам что?

Кукла тряпичная? – Я уже не могла остановиться, а тут,как назло, за столом стало тихо и мои слова слышали все. – Лучше б я уРайки встречала, тая хоть весело, поют, смеются, танцуют, а тут… Только пьют,жрут да о политике трындят! Стоило из-за этого из Москвы лететь! И вообще, яхочу уехать! Как отсюда выбраться?

– Браво, Таня! – захлопал вдруг в ладоши ВиталийВитальевич. – Молодец, девочка, умеет за себя постоять!

В самом деле, Никита, это черт знает что! Привез девушку, асам…

– По-моему, это касается только нас! – ледянымтоном произнес Никита Алексеевич. Он схватил меня за руку. – Идем,поговорим!

– Это кто тут такой темпераментный? – раздалсявдруг чей-то веселый голос. – Никита Алексеевич, не уводите девушку, онатакая красивая и совершенно справедливо заметила, что в Новый год надотанцевать!

Позвольте вас пригласить!

Все повскакали с мест.

– Матвей!

– Мотя приехал! – раздались радостные возгласы.

На пороге стоял молодой парень, среднего роста, с пышнымирыжими волосами и обаятельной физиономией, усеянной веснушками.

– Нет-нет, все приветствия и дифирамбы оставим напотом, сейчас будем танцевать! Марет, музыку!

Он подскочил ко мне.

– Сбацаем?

– Запростяк!

Марет включила музыку. Матвей взял меня за руку.

– Ну!

Музыка была веселенькая.

– Как тебя звать, красавица, и откуда ты взялась?

– Звать меня дурочка, а взялась с переулочка!

– Самокритично! – тряхнул волосами Матвей. –Задолбало старичье?

– Именно!

– Ничего, я тебе скучать не дам!

– Да уж я поняла. Слушай, а как отсюда слинять?

– Куда?

– Ну, вообще-то в Москву, а пока в гостиницу.

– Так, переулочек, оказывается, в Москве, а дурочка вгостинице живет? В какой?

– Черт ее знает, я забыла, как называется, высотнаятакая.

– Высотных у нас две. «Олимпия» и «Виру».

– О, «Виру», точно, «Виру»! Как туда добраться?

– Отсюда? Сейчас никак, если только такси ловить, да ито безнадега.

– А ты как добрался?

– У меня мотоцикл.

– Слушай, будь другом, отвези меня туда, а? Тут жевроде недалеко. Мы быстро доехали.

– А потом ты в Москву уедешь? У тебя билет есть?

– Нет, билета нету… Я только недавно приехала…

– К Нику? Любишь его?

– Ненавижу!

– Ага, значит, любишь… А все же, как тебя звать?

– Таня.

– Слушай, Таня, я бы, конечно, тебя отвез… Но не могу…

– Почему?

– Принцип у меня такой – не лезть в чужие любовныедела. Я один раз сделал такую глупость, а в результате схлопотал по морде,причем от обоих, и от женщины, и от мужчины. Так что, извини… Вон Ник на меняуже волком смотрит.

– Ну и хрен с ним! Видеть его не хочу!

Но тут музыка кончилась. Матвей подвел меня к моему месту застолом, и я увидела, что Никита Алексеевич допивает свою водку, причем изстакана.

– Таня, пойдем поговорим, пожалуйста!

Он встал, взял меня за руку и почти силой повел куда-то.Оказалось, в прихожую. Интересно, что он мне скажет?

Он сорвал с вешалки мое пальто.

– Обуйся!

– Зачем?

– Надо!

Я обулась, застегнула сапоги, а он стоял с моим пальто вруках.

– Мы уходим? Туфли брать?

Он вырвал туфли у меня из рук и швырнул под вешалку, подалпальто и вывел меня на крыльцо. Сам он был в одном свитере. И вдруг сбежал скрыльца, сгреб двумя руками снег и принялся растирать лицо.

– Ах, хорошо! – Он снова и снова хватал чистыйснег и тер себе лицо. Потом вдруг вскинул руки:

– Таня, иди сюда, смотри, какая ночь! А воздух какой,чуешь? Ну иди сюда, не бойся!

Я подошла к нему.

– Вы простудитесь!

– Нет! А если простужусь, ты будешь за мной ухаживать?

– И не подумаю!

– Умница! Мужики не для того, чтобы за ними ухаживать!А совсем для другого, да? Ты зачем приехала?

– Ни за чем. Много вы понимаете! А приехала, потому чтодура! Самая последняя дура!

– Дура, говоришь? Это хорошо, что, дура.. Я давно хотелнайти себе дуру… Умные бабы меня достали уже, я по горло сыт! А ты маленькая,невозможно красивая дурочка, и я тебя люблю!