Околдованная ловеласом - Кэтти Уильямс

– Здесь постоянно живут два работника, которые поддерживают порядок в доме. Изредка сюда приезжают отдохнуть некоторые из моих сотрудников. Это некий бонус за хорошую работу. Возможность провести здесь, на всем готовом, заранее оплаченный длинный, с пятницы по вторник, уикэнд порождает между ними здоровую конкуренцию. Да и дом полезно иногда проветривать.

– А как насчет членов семьи?

– О! Для их посещений дом закрыт. Мои родители обеспечили себе такое место в семейной иерархии, какое занимает черная овца в отаре, и их «щедрое» наследство досталось мне. У меня не очень близкие отношения с нашим многочисленным семейством. Правда, несколько родственников работают в моих дочерних компаниях, что дает мне возможность возместить хотя бы таким образом ущерб, нанесенный родителями с их чрезмерной жаждой развлечений, гедонистические поступки которых, судя по банковским счетам, губительно сказались на репутации обеих семей.

– Как жаль, что ты бываешь здесь не так часто, – сказала Чейз. Видя Алессандро таким, как сейчас, очаровательным и красноречивым, и слыша его голос, глубокий, густой, ей захотелось забыть обо всем. Снова оказаться в том прошлом, когда он еще не питал ненависти к ней. – У тебя временами не возникало потребности разделить с кем-нибудь здешнюю невероятную красоту?

– О! А разве это не то, что я делаю сейчас? – произнес Алессандро. – Правда, временно. Всего лишь несколько дней и с женщиной, которая вряд ли возвратится сюда когда-нибудь. – Протянув руку, он привлек Чейз к себе. – Я предоставлю на это время отпуск своим работникам. Пусть отдохнут, – негромко, почти шепотом сообщил ей Алессандро, касаясь губами ее волос. – Здесь очень жарко. По-моему, было бы неплохо пожить нам эти несколько дней как нудистам. К чему хлопоты с одеждой? Мой дом гарантирует стопроцентную уединенность, скрывая частную жизнь своих обитателей.

Сквозь распахнутые кованые ворота они подъехали к особняку по гравийной аллее, по обеим сторонам которой выстроились в безукоризненном порядке прекрасно ухоженные газоны и лужайки.

– Наверное, требуется немало людей, чтобы поддерживать парк в таком замечательном состоянии? – На Чейз произвело сильное впечатление все это великолепие.

– Да, маленькая армия, – суховато согласился Алессандро. – Я стараюсь, хоть и в одиночку, поддерживать уровень налаженного здесь хозяйства. Кстати, за домом находится скрытый от посторонних глаз бассейн. Я даже смутно помню совершенно дикие вечеринки, которые устраивали там мои родители.

– Я и понятия не имела, что дом принадлежал им. – Чейз повернулась к Алессандро. Их взгляды встретились, и отвести глаза друг от друга оказалось просто невозможным. Чейз тотчас же ощутила, как ее груди болезненно заныли в ожидании ласк Алессандро. Даже когда она просто лежала рядом с Алессандро, все ее тело буквально пылало, хотя любовью они не занимались. Незнакомые, пьянящие, непривычные ощущения. Вот и сейчас она испытывала нечто подобное только от желания, чтобы Алессандро коснулся ее. Она была уверена, что это и есть кульминация того, что началось между ними давно, да так и осталось незавершенным.

– Дом для родителей был источником гордости и удовольствий. Единственным из того, за что они оба крепко держались.

– И теперь ты заботишься о нем, вероятно, из сентиментальных побуждений?

– Нет. Я никогда не делаю ничего по таким причинам. Для меня это просто хорошая, ценная в перспективе недвижимость.

Чейз же эта недвижимость казалась сказкой.

Алессандро и его гостью радушно встретила почтенного возраста пара – домоправительница с мужем, которые специально остались в доме, чтобы их поприветствовать.

– Эти люди со мной рядом уже очень давно. Гораздо дольше, чем можно было ожидать. Я предложу им провести оплаченный мною заслуженный отпуск там, где они сами пожелают. Скорее всего, это будет Франция. Там живет и работает дантистом их старший сын. Однажды я предложил им Маврикий, но они не рискнули из-за двух слишком уж энергичных внуков.

Сердце Чейз дрогнуло. Сквозь его, казалось бы, безжалостно-холодную внешнюю оболочку бизнесмена нередко прорывались неподдельная заботливость и искреннее внимание к людям.

Она вступила в опасную игру, и по ее окончании ее ждет боль и полная потеря самоконтроля. Она связалась с человеком, имеющим власть над ней, но не нуждающимся в ней, желающим ее по незавидным причинам. Не настало ли время игру прекратить?

Она пошла на это с широко открытыми глазами, однако сейчас Чейз чувствовала себя так, словно сознательно идет прямиком в капкан, по глупости не предусмотрев опасности гибели в нем.

Секс – это нечто такое… Да, Чейз хотела Алессандро, страстно желала его, тосковала по нему, но она боялась этого самого секса. И он не коснулся ее, встав с кровати, когда почувствовал, что в его руках она превратилась в глыбу льда. В его неожиданно уважительном отношении к ее состоянию было что-то, заставившее защитные укрепления, воздвигнутые Чейз, понемногу обрушаться по краям, и то, что было когда-то крепостью, ограждавшей ее от испытаний, посылаемых судьбой, и служившей Чейз психологической поддержкой, стало напоминать лишь обнаженный остов старого замка.

Она ощущала свою беззащитность еще и из-за того, что в ее жизни до сих пор ничего подобного не случалось.

– Ты почему-то перестала использовать слова в превосходной степени, восторгаясь моим домом.

– Похоже, они у меня просто иссякли. – Чейз на минуту прикрыла глаза, в который раз отметив природную сексуальность этого мужчины. – Так где же тот знаменитый бассейн, которым ты хвастался? – Голос Чейз звучал как обычно, но с мозгами было явно что-то не в порядке.

– Я никогда ничем не хвастаюсь… – И снова та же улыбка, которая тотчас отбросила Чейз в прошлое. Алессандро взял ее за руку, и они направились за дом, откуда им открылся такой восхитительный вид на море, что у Чейз захватило дух. – Кроме вот этого.

Он сделал широкий жест рукой в сторону открывшегося вида, словно был единоличным хозяином всего этого, и обернулся к Чейз в ожидании ее реакции. Эта картина была воплощенной мечтой Чейз.

– А ты уверен, что здесь совершенно безлюдно? – Щуря глаза от яркого солнца, она взглянула на Алессандро.

– Как в городе-призраке, покинутом жителями. А почему возник такой вопрос?

– Здесь так жарко. Мне кажется, есть смысл раздеться да и нырнуть в этот твой бассейн. – Рука Чейз провоцирующе взметнулась к маленькой верхней пуговичке на платье.

Алессандро тут же почувствовал, как его брюки взбугрились в паху.

Он переплел свои пальцы с пальцами Чейз и повел ее по лужайке в ту сторону, где вокруг бассейна вовсю буйствовала всевозможная растительность, росли лимонные деревья, а низкорослый, ярко цветущий кустарник и гортензии загораживали его от любопытных глаз. Воздух благоухал цветочными ароматами.

– Впечатление такое, будто я шагнула на страницы брошюры бюро путешествий.

Алессандро нахмурился. Его голову сверлила назойливая мысль. А что, если он, увидев все эти картинки на стенах дома Чейз, неосознанно принял решение привезти ее сюда, чтобы осуществились мечты этой женщины о солнце, море, песке… которые, вне всякого сомнения, до сих пор оставались мечтами? А что, если в его приглашении таилась какая-то странная, подспудная мотивация?