Коктейль неутоленных желаний - Барбара Данлоп

– Я подумала и пришла к выводу, что мне все-таки придется тебе довериться.

– Придется? – Это не было похоже на согласие.

– Поставь себя на мое место, Броуди. Я ничего не знаю ни о тебе, ни о твоих отношениях с Квентином, ни о причине, по которой ты шпионишь за Бертом и Эрни.

– Но тебе что-то нужно от меня. – Это было очевидно.

Она потрогала свою длинную сережку.

– Мне нужно кое в чем тебе признаться. Я обманщица.

Броуди насторожился:

– Ты совершила что-то противозаконное?

– Нет. – Она указала ему на свою прическу, макияж и платье. – Обычно я так не выгляжу. Я не такая, как Франси. Я не люблю вечеринки и громкую музыку. Я не курю травку и почти не употребляю алкоголь.

– Ты действительно сестра Франси?

– Разумеется.

– Что ты можешь сказать о марихуане в домике у ворот?

– Ты вошел через несколько секунд после того, как я ее нашла. Я просто клала ее на место.

– Хорошо.

Она расправила плечи:

– Ты мне веришь?

– Да.

Он действительно ей верил. Она не походила на человека, употребляющего наркотики.

– Я учительница начальных классов.

– Неужели? – Он не угадал бы ее профессию даже с сотого раза.

– Я говорю правду и могу это доказать. Я подстриглась и покрасилась перед прошлой вечеринкой. До сих пор я никогда не красилась в яркие неестественные цвета. В обычной жизни я не злоупотребляю макияжем и не ношу откровенную одежду. Дома в Сиэтле у меня полно скромных платьев и блейзеров.

Броуди обнаружил, что улыбается.

– В таком случае весь этот маскарад, наверное, часть какого-то хитроумного плана?

– Я хотела понравиться Квентину. Хотела смешаться с его окружением, чтобы убедиться, что об Аннабель заботятся надлежащим образом.

Теперь, когда все части головоломки сложились в единое целое, он не мог не восхититься ее изобретательностью.

– Ты справилась со своей задачей и умудрилась при этом выглядеть красиво.

– Я выглядела вульгарно.

– Зато очень сексуально.

– Перестань.

– Невозможно не желать тебя, когда ты сидишь прямо передо мной в таком виде.

– Хватит шутить, Броуди.

Официант принес их напитки и удалился.

– Я абсолютно серьезен, – ответил Броуди. – В твоем обмане нет ничего предосудительного. Ты все сделала правильно.

Она помешала газировку пластиковой трубочкой.

– Это еще не все.

Броуди насторожился.

– Мне нужно, чтобы кто-нибудь из близкого окружения Квентина помог мне.

Он чуть было не сказал ей, что не входит в круг доверенных лиц Роу, но вовремя удержался от этого. Если бы он ей признался, она бы перестала делиться с ним информацией.

– Я подозреваю, что он распространяет запрещенные наркотики, – сказала она. – Возможно, мне удастся найти доказательства этого.

– Не думаю, что это хорошая идея, Кейт. Это может быть опасно для тебя.

– Того, что мне известно, может оказаться недостаточно.

– Недостаточно для чего?

– Для того, чтобы доказать, что он плохой отец. Я читала литературу по семейному праву и поняла, что для того, чтобы забрать у Квентина Аннабель, необходимы веские основания.

Броуди тоже считал, что такой человек, как Квентин, совершенно не годится на роль отца.

– Мы с Франси сами росли не в лучших условиях. Наша мать была самовлюбленной истеричкой, которая считала детей обузой и обвиняла нас с Франси в том, что из-за нас она не встретила мужчину своей мечты.

– Звучит ужасно.

– Наша жизнь была ужасной. Франси, наверное, было даже хуже, чем мне. Мы с ней по-разному реагировали на истерики нашей матери. Она бунтовала, а я уходила в себя. Главное то, что я смогла стать нормальным человеком. Я прекрасно устроилась в Сиэтле. У меня есть любимая работа, хорошие друзья, половина квартиры. Я приложила много усилий, чтобы добиться всего того, что у меня есть, и твердо стою на ногах. Я в состоянии позаботиться о своей племяннице. Аннабель нельзя оставлять с Квентином. Нельзя допустить, чтобы она повторила судьбу своей матери. Она заслуживает лучшего.

Броуди был с ней абсолютно согласен. Милая голубоглазая малышка действительно заслуживает лучшего, нежели расти в доме, похожем на притон. Кейт определенно сможет дать ей больше, нежели Квентин, несмотря на все его деньги.

Броуди понял, что хочет помочь Кейт. Он отдавал себе отчет в том, что для того, чтобы она смогла полностью ему доверять, ему придется сказать ей всю правду о себе. После своих откровений она определенно это заслужила.

– Может, поднимемся в мой номер? – предложил он. – Понимаю, как это прозвучало, но все же…

– И как, по-твоему, это прозвучало?

– Так, будто я собираюсь тебя соблазнить.

– Но ты не собираешься этого делать?

– Нет. Я хочу кое о чем с тобой поговорить, но не могу сделать это здесь.

Было видно, что Кейт с трудом сдерживает улыбку.

– Пойдем ко мне в номер, детка, и я открою тебе свой секрет, – поддразнила его она.

– Если бы я действительно собирался тебя соблазнить, я бы действовал более утонченно.

– Я не сужу тебя.

– Ты надо мной смеешься.

– Я просто испытываю облегчение оттого, что теперь ты знаешь всю правду обо мне.

Броуди подался вперед и взял обе ее руки в свои.

– То, что ты делаешь, достойно восхищения. Если ты готова мне довериться, я поделюсь с тобой одной идеей.

– Я тебе доверяю. Ты единственный мужчина из окружения Квентина, который меня не пугает.

– У тебя хорошо развита интуиция. Ты можешь полагаться на свои инстинкты.

Подойдя к стеклянным дверям, ведущим на балкон в номере Броуди, Кейт залюбовалась живописной панорамой звездного неба и океана, с бледной дорожкой лунного света.

– Открыть двери? – спросил Броуди.

– Да, было бы здорово.

Было уже три часа ночи, и Кейт чувствовала, как энергия покидает ее, но, когда ее кожи коснулся прохладный бриз, она взбодрилась.

– Не хочешь присесть? – спросил он, указывая ей на диван.

– Ты заставляешь меня нервничать.

– Для этого нет причин.

Если бы все было так просто. Она была напряжена, потому что не имела ни малейшего понятия о том, что такого важного он собирался сказать ей наедине. Она надеялась, что это касается Аннабель.