Любовь не выбирает - Эми Эндрюс

— Да… Поступок настоящего мужчины.

— Хочешь узнать самое худшее? У меня только что случился выкидыш, когда он сказал мне, что уходит. Я лежала в больнице под капельницей.

— Что? — Макс уронил ручку и сел.

— Я была беременна. Восемь недель. Я узнала об этом всего за две недели до этого.

Макс не знал, что сказать. Бессердечность ее бывшего была чудовищной. Через какой ад прошла Алейша!

— Значит, ты говоришь, что… узнала о своей беременности спустя неделю после того, как умер Натаниэль Каллен, и через неделю после этого у тебя случился выкидыш, а затем твой возлюбленный тебя бросил?

Али плотно зажмурила глаза. Катастрофа, пережитая ею год назад, не сделалась легче от его бархатного голоса.

— Так все и было, — сказала она.

— Тебе тяжело пришлось, — прошептал Макс.

— Annus horribilis,[4]— подтвердила она, не открывая глаз.

— Думаю, у тебя не было времени, чтобы горевать.

Али медленно открыла глаза:

— Будет достаточно времени, когда все это закончится.

Макс уставился на мокрое от дождя окно.

— Я правильно понимаю — твой бывший не был расстроен тем, что у тебя случился выкидыш?

— Том с самого начала был против ребенка. Он хотел, чтобы я сделала аборт.

— Значит, беременность не планировалась?

— Нет, — с усмешкой ответила Али. — Это было полной неожиданностью для нас обоих. Мы говорили о детях в будущем, после того, как поженимся, после того, как я стану консультантом.

— И что произошло?

— Мы просто были неосторожны, очень заняты, он работал целыми днями, а я из-за сменной работы дежурила ночами — мы чаще переговаривались по голосовой почте, чем наяву. Наша интимная жизнь была обрывочной, но мы прожили вместе пять лет. Жили в сумасшедшем темпе, а секс… секс не всегда вписывался в этот безумный распорядок.

— Такое случается, — сказал Макс. Уж он-то это знал — они с Тори вели похожее ненормальное существование.

— Я не могла принимать таблетки из-за опасности тромбоза — это у нас семейная болезнь, — и время от времени мы… рисковали. Очевидно, просчитались.

— А как же сексуальное здоровье? Разве ты не сделала мне внушение на прошлой неделе по этому поводу?

— Да, да, знаю. Я врач, и мне следовало понимать, что я делаю. Но вот что я тебе скажу. Я была беременной всего несколько недель, но успела почувствовать, что со мной произошло нечто удивительно прекрасное.

Теплые нотки, прозвучавшие в ее голосе, больно резанули его по сердцу, ведь его собственное желание иметь ребенка рухнуло.

— Значит, ты была рада?

Али вздохнула:

— Это случилось в неподходящий момент. Мы не были женаты, мне предстояло еще учиться и сдавать экзамены. Но… да, я полюбила своего ребенка с той самой секунды, когда увидела розовый плюсик в тесте на беременность.

— Но Том не разделял твоей радости? Вероятно, это стало причиной трений между вами?

— Можно сказать и так. Думаю, он давно решил уйти. Он, очевидно, встречался с другой… другой женщиной уже полгода, и это стало основной причиной. Мы много спорили по поводу ребенка, а выкидыш… Это развязало ему руки.

— И с тобой все это случилось до той ночи, когда умер Натаниэль Каллен?

Али на секунду замолкла.

— Это не повлияло на мою работу.

— Разумеется, повлияло, — сказал он, делая пометки в ее документах.

— Нет.

Макс вздохнул:

— Пусть не явно, но повлияло.

— На мои действия это не повлияло.

— Для дела это может быть важным фактом, — не согласился Макс.

— Нет. — Али резко подалась вперед. — Я не хочу, чтобы обсуждалась моя личная жизнь. Хватит с меня унижений.

— Сколько людей знают об этом?

— Может, человек пять.

Макс заколебался. Говорить ей или нет? Но ей лучше все знать.

— Нам следует быть готовыми к тому, что противная сторона поднимет эту тему.

— Что? — Али повалилась на подушку. — Каким образом?

— Они наверняка раскопают все подробности о тебе.

— Что? — Али подскочила на кровати.

— На их месте я бы это сделал.

— Разве это законно?

— Да. Но, Алейша, возможно, этого не произойдет. Во всяком случае, мы будем готовы.

Али потерла виски — головная боль возобновилась. Он прав.

— Почему я не парикмахерша? — пробормотала она. — Готова поклясться, не так уж много парикмахерш судят за смертельные случаи.

Макс усмехнулся:

— Вероятно, не много. — И поторопился ее успокоить: — Алейша, с тобой все будет хорошо. Мы выиграем это дело, и ты вернешься в свою профессию.

— Нет, не вернусь. Мы покончили на сегодня с вопросами?

Макс слышал, как напряженно звучит ее голос. Может, к черту этику? Поехать к ней и ободрить?

— Думаю, на сегодня хватит. — Он завинтил колпачок ручки. — Спокойной ночи, Алейша.

— Нет, подожди. — Она выложила ему все про себя, и теперь ей было интересно узнать про его бывшую жену. Про женщину, которая была замужем за секс-символом, но ушла от него. — А что случилось с тобой?

— Со мной? — Макс нахмурился.

— Да, с тобой. Откровенность за откровенность.

Макс засмеялся:

— О нет.

— Давай-давай, выкладывай.

— Для дела это не важно.

— Важно.

— Почему?

— Для меня важно, — вздохнула она.

— Ничего подобного.

— Я доверила тебе самые интимные сведения, Макс. Ты не считаешь, что должно последовать ответное признание?

Он фыркнул:

— Нет. Я не обсуждаю свою личную жизнь с клиентами.

— Мы спали вместе, — рассердилась Али. — Первая женщина, с которой ты спал после развода, — это я. Я — твоя личная жизнь.

Макс не мог не признать правомерности ее слов. Тем не менее…

Почувствовав, что он колеблется, Али решила не отступать:

— Пожалуйста. В доме тишина, и как только я отключу телефон, меня снова одолеют мысли, а я от них устала. К тому же у нас с тобой похожие ситуации.

— Да?

— Да. Моя личная жизнь кончилась. И твоя тоже. Так что приятно услышать для разнообразия о чьих-то еще несчастьях.