Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна! - Юлия Шилова

Вам всем и так уже давно известно, что делами в последнеевремя управляла я. Фома безоговорочно выполнял все мои приказания. Он уже давносмирился со своей участью и являлся моей правой рукой. Почти два года я быламозговым центром банды. Я и впредь буду разрабатывать планы вооруженныхналетов, если в них возникнет необходимость, хотя мы постоянно стараемсяизбегать открытого применения грубой силы. «Кадровые вопросы» я также будурешать самостоятельно.

– Чупа, мы единогласно признаем тебя, и нас совершенно несмущает, что ты женщина, – сказал Гарик. – Менты уверены в том, что бандувозглавляет профессионал, а в других группировках думают, что нами руководитбывший или действующий опер. Никто не может предположить, что главарь –женщина, никогда не переступавшая порога тюремной камеры.

– Спасибо за доверие, – улыбнулась я. – Для посторонних глазя просто удачливая предпринимательница, которой досталось неплохое наследствоот покойного супруга. Не нужно иметь уголовный опыт, чтобы вами управлять, достаточноиметь хорошие мозги. С сегодняшнего дня я устанавливаю железную дисциплину. Выничем не должны отличаться от добропорядочных горожан, и уж тем более вамнельзя привлекать к себе внимание милиции. Запрещается хранить и употреблятьнаркотики, использовать оружие без надобности и сорить деньгами напоказ. Занарушение моих требований я буду увольнять из группировки, безжалостноштрафовать, а неисправимые героинщики могут получить пулю.

Когда ребята разъехались, я осталась наедине с Гариком.Гарик посмотрел на меня взглядом, полным обожания, и тихо сказал:

– Молодец! Сегодня ты была просто на высоте. В наши дни,когда в Петербурге царит беспредел похлеще, чем в двадцатые годы, женщины всечаще становятся во главе организованных преступных сообществ. В «черномбизнесе», как и в бандитской среде, всегда больше ценились не крепкие кулаки, абыстрый ум. А в этом дамы всегда превосходят сильный пол. – Он искреннеулыбнулся.

– Ладно, достаточно комплиментов. Ты лучше скажи, какиенаболевшие вопросы у нас сегодня стоят на повестке дня.

– Назрел тут один каверзный вопросик. Есть у нас подкрышнаяфирма «Ариста». Так вот, когда-то коммерсу, который ее возглавляет, давалиденьги на раскрутку.

Этот коммерс занимался в свое время пивом, влез в долги,короче: у него возникли проблемы с другой крышей, его чуть не замочили, и онобратился за помощью к нам.

Мы его у той крыши отмазали, все с пацанами уладили,выплатили, сколько он должен плюс проценты, и забрали его под крышу к себе.Фома выделил ему денег на раскрутку. Он раскрутился, деньги вернул и каждыймесяц исправно платил нам определенную сумму. Теперь же он чересчур окрутел,имеет целую сеть магазинов на Литейном. Ездит на «шестисотом» и имеетпятикомнатную квартиру на Невском. В общем, в последнее время он стал ныть, чтоему тяжело отстегивать такую сумму, что он в убытке, товар, мол, плохо берут, истал просить снижения ежемесячных выплат. А сам жиреет на глазах, прикинь. Ужеза руль «Мерседеса» с трудом садится, живот мешает. Это я, конечно, так, образно,не такой уж он здоровый, просто денег у него, как у курицы зерна. Мы ему крышуобеспечиваем, другие группировки его не трогают, а он нам платить отказывается.Так теперь он вообще оборзел. Сотовый отключил и нанял целую кучу охраны.

Нас к себе на пушечный выстрел не подпускает, решил вообщебез крыши, самостоятельно работать. Я вот и хочу посоветоваться, что с нимделать? Забылся просто парень, взлетел слишком высоко. Надо бы ему напомнить,кем он был и кто ему давал денег. Ликвидировать?

– Ликвидировать мы всегда успеем, это несложно. Давай-капопробуем с ним побеседовать и денежки забрать. Может, он просто с виду такойнесговорчивый.

– Ты предлагаешь его похитить с целью выкупа?

– Нет, пока я ничего не предлагаю. Я просто хочу, чтобы онприехал ко мне на разговор.

– Чупа, но он сам не поедет. Он даже сотовый отключил.

– Тогда привези насильно и закрой в подвале.

– А если стрелять придется?! Его же так просто голыми рукамине возьмешь. Рядом с ним человек десять охраны ходит…

– Стрелять не надо. Охрана же с ним дома ночью не спит.Нужно проникнуть в его квартиру и ждать там.

– В принципе ты права, у него как раз жена с сыном в отпускулетели. Он сейчас один живет. Самый подходящий момент для того, чтобы с нимпоговорить.

– Конечно, возьми серьезного домушника, Влада, например. Онработает профессионально, может любой сейф открыть. Пусть он пробьет квартиру,и приступайте к своей работе. Запомни: стрелять в крайнем случае. Как толькоего возьмете – сразу ко мне в подвал. Я с ним побеседую. Мы ему ставку неуменьшим, а значительно повысим. Если откажется платить, тогда ликвидируем.Будем искать на его место более сговорчивого.

Как только Гарик ушел, я вышла из дома и поискала глазамиБульдога. Он сидел рядом с беседкой и читал газету. Я подошла и положила нагазету свою ладонь. Он поднял глаза и посмотрел на меня безразличным взглядом.

– Еще скажи, что ты меня не хочешь!

Бульдог покраснел и что-то пробурчал себе под нос.

– Так ты меня не хочешь? – повторила я.

– Я на работе, – произнес он.

– Я думала, что после нашего разговора в машине тебе вголову не полезет бульварная пресса, но, наверное, ошиблась. Ты читаешь с большимвоодушевлением.

– Потому что в машине ты сморозила такую глупость, что мнедаже не хочется про нее вспоминать. Я просто хочу, чтобы ты меня уволила.

– Ты что, подыскал себе новое тело, которое бы тебе хотелосьохранять?

Бульдог не ответил на мой вопрос и опять уставился в газету.Я выхватила ее и разорвала пополам. Затем взяла его за подбородок и почти грубоспросила:

– Ты что, меня не услышал?! Я не люблю повторять дважды.Нельзя игнорировать то, что я говорю.

– Что ты хочешь, Чупа? – Бульдог убрал мою руку. – Что тыбесишься? Я тебе не дешевый жиголо, поэтому не надо на меня наезжать.

Я наклонилась к нему так близко, что его лицо уткнулось мнев грудь. Услышав его тяжелое дыхание, я тихонько прошептала:

– Жду тебя сегодня в час ночи. Дверь моей спальни будетоткрыта.

Бульдог ничего не ответил, но зато покраснел до самых ушей.

– Все будет нормально, не переживай, – подмигнула я и,плавно покачивая бедрами, направилась к дому.