Одержимые страстью - Конни Кокс

Не знай она Джейсона лучше, поверила бы: обнимая, он способен защитить ее от всех неприятностей.

– Я могу сама решать свои проблемы. Я Монтклер, Джейсон, и твердо стою на ногах.

– А кто-то совсем недавно упал в обморок… – Он выгнул бровь.

Уголки ее губ непроизвольно дрогнули.

– Я сказала образно, чего не следовало делать. Не нужно понимать меня буквально.

Никто, кроме Джейсона, не дразнил ее прежде. С самого начала их знакомства он догадался: под внешней сдержанностью Стефани скрывала тонкое чувство юмора, которое никто из их коллег не понимал. А саму Стефани больше всего привлекало в Джейсоне одно качество: он помог ей стать немного беспечнее и спокойнее.

В порыве чувств Стефани прижалась к нему крепче и только потом поняла, что сделала. А потом, желая сохранить деловитый тон, заговорила резче, чем следовало бы:

– Ты мог бы передать мне телефон, когда она позвонила, Джейсон.

Он ответил, щекоча ее шею кончиками своих волос:

– Значит, ты не возражаешь? В госпитале узнают, что мы вместе…

– Мы не вместе! – Не испытывая никакого желания высвобождаться из его крепких объятий, она только сейчас сообразила: ее заявление прозвучало довольно глупо.

Джейсон слегка отстранился от нее, чтобы посмотреть в глаза:

– Стефани, ты вынашиваешь моего ребенка. Мы с тобой связаны навсегда. Мы действительно должны прекратить скрывать наши отношения и отнестись к ним по-взрослому.

– Отношения… Новое слово в твоем лексиконе?

Он улыбнулся:

– Да. Новое.

Однако улыбка не коснулась его глаз. Наоборот, Джейсон обеспокоенно наморщил лоб и зажал руку Стефани между ладонями:

– Стефани… Хочу спросить тебя кое о чем. Когда ты узнала о ребенке, что ты почувствовала?..

Словно ожидая этого вопроса, она ответила без запинки:

– Сначала я запаниковала. Мысль о материнстве совершенно сбила меня с толку. Предполагалось, будто мои отношения с тобой будут непродолжительными. Таких несерьезных романов у меня прежде не было. – У нее покраснели щеки после этого признания. Но она хотела быть с Джейсоном честной до конца. – Ты стал для меня наградой за мои достижения в карьере, в которой…

– В которой что, Стефани?..

– До встречи с тобой я была нацелена только на карьеру. И вот я решила: пора немного развлечься.

Стефани никогда не заводила долгих романов, но Джейсону не следовало об этом знать.

– Значит, я был для тебя всего лишь развлечением? Игрушкой?

– Нет! – Она опустила голову. «Будь искренней, Стефани!» – Да…

Джейсон намотал прядь ее волос на палец и улыбнулся:

– Я переживу. – Затем он опустил глаза и стал сжимать и разжимать пальцы. – Нет, не могу. В тот вечер в горах я должен был…

– Не надо, Джейсон. Мы оба должны были вести себя осторожнее. Мы оба несем ответственность за последствия. – Стефани накрыла ладонью его напряженную руку. – Я много размышляла об этом. Я достаточно разумная женщина, разве не так ты говорил?

Он криво усмехнулся:

– Более чем просто разумная.

– Мне известны все способы предотвращения беременности. Я должна была принять противозачаточные таблетки, но решила этого не делать. Я действовала бессознательно.

– Что ты говоришь, Стефани?..

– Ребенок не входил в мои планы. Но теперь они изменились. Мне придется растить и любить малыша. – Она инстинктивно закрыла живот рукой. – Я уже не могу представить свою жизнь без моего ребенка.

– Нашего ребенка, Стефани. Нашего! – Он упрямо выпятил подбородок. – Мы оба станем родителями и будем нести равную ответственность за него. Я знаю, тебе не нужны мои деньги, но я решительно настроен воспитывать нашего малыша.

– Ребенку нужны не только деньги. За деньги можно нанять лучшую няню, но этого недостаточно. Ребенку нужны родители, на которых он всегда может рассчитывать.

– Как ты собираешься это сделать? Откажешься от карьеры и будешь круглосуточно сидеть у детской кроватки? Что будет, когда поступит срочный вызов из госпиталя?

Стефани думала на эту тему с тех пор, как увидела положительный результат на полоске теста на беременность. Да, ей следует найти какое-то решение.

– Все должно измениться. Мой ребенок всегда будет для меня самым важным в жизни. И я не собираюсь бежать из дому каждый раз, когда зазвонит телефон.

– По-твоему, так буду делать я?

– Твои прежние поступки тому доказательство, Джейсон. – Она почувствовала, как в душе просыпается давно укоренившийся гнев. – Сколько раз я заканчивала ужин в одиночестве после того, как ты ловил такси и уезжал из ресторана? Сколько фильмов ты посмотрел вместе со мной до конца? Я даже не предлагала тебе сходить в театр или на концерт. И знаешь почему? Чтобы не видеть, как ты во время представления пробираешься между рядами зрителей к выходу. Даже оставляя вместо себя надежный персонал в госпитале, ты возвращался туда сразу же, как только поступал вызов.

Она надеялась, что он ее понял, и теперь ждала реакцию Джейсона. Однако выражение его лица оставалось каменным. Как умный человек, Стефани понимала: таким образом он маскирует свою уязвимость. Но поймет ли Джейсона ребенок? Или малыш решит, что его отцу действительно на него наплевать?

– Ты была не права насчет телефонных звонков, – сказал он, и его глаза с вызовом сверкнули. – Что бы ты сделала, если бы твой пациент находился на грани жизни и смерти?

У нее оставалось еще пять с половиной месяцев, чтобы понять и принять точку зрения Джейсона, но сейчас она не знала, как ему ответить.

Прежде чем Стефани успела придумать подходящий ответ, Джейсон взял ее за запястье.

– Джейсон…

– Тсс! – Он принялся считать ее пульс. – У тебя поднимается кровяное давление. Сменим тему.

– Иначе ты уйдешь?

– Сегодня не уйду. – Он встал, взял пульт от телевизора и стал переключать каналы до тех пор, пока не нашел документальный фильм о рафтинге. Сделав вид, будто они и не спорили, Джейсон тихо спросил:

– Ты не против, если я посмотрю телевизор?

Как ему удается так ловко контролировать свои эмоции и прятать чувствительность за маской безразличия? А может быть, она в самом деле ошиблась? Возможно, он действительно не испытывает к ней ничего, кроме сексуального желания?

Стефани могла заставить его уйти. Если она будет настаивать, ему придется смириться с ее требованием. Не будь она такой уставшей, прогнала бы его прочь.

«Разве прогнала бы?» – спросила она саму себя.

По правде говоря, обморок обеспокоил Стефани. Похоже, ей придется смириться со скачками кровяного давления во время беременности.