Фонтан с шоколадом - Елена Чалова

И вдруг я поняла, что думать нужно не о сексе. Секса я хочу, и в этом даже не грешно себе признаться: я молода и здорова, и меня порой возбуждает даже диктор из теленовостей – есть там один такой милый. Дело не в этом. Вот я себе разрешу этот секс… и как я потом стану смотреть на мужа? Он-то, понятное дело, ничего не узнает. Но я, я буду знать, что мне – можно. Что я себе разрешила, потому что… что? Мне не хватает моего мужчины? В принципе хватает, если не ссориться под вечер, то все неплохо. Потому что я должна себе доказать, что я желанна, и меня гложет обида за те его слова про привычность жены? Давай признаемся себе, подруга, что он говорил не о том. О доверии он говорил тогда. Спроси мнения человека, которому ты можешь доверять, потому что вы вместе не так просто, а по взаимному согласию. Выходит, он мне доверяет. И если я разрешу себе необременительный секс с коллегой, то перестану уважать его доверие, его выбор. Начнется другая история, в которой и к мужу я стану относиться иначе.

Может, не у всех так сложно с проблемой выбора. Может, ее вообще быть не должно: хочется – делай! Живем один раз! Не откладывай на завтра то, что можешь съесть сегодня! Все это хорошие и правильные лозунги. Но не для меня. Если я люблю мужа и хочу уважать его, то нужно остановиться. Я не смогу жить с человеком, которого я обманула в чем-то важном. И не потому, что совесть замучает. Нет, раз я позволила себе его обмануть, значит, этот человек не важен для меня. А Дим – он важен. Несмотря на все наши стычки и несогласия, он для меня по-прежнему пахнет Римом и счастьем. Вряд ли это такая уж большая жертва – лишить себя секса с милым парнем ради того, чтобы продлить свое счастье.

Я чуть отстранила голову и приложила палец к его губам. Глаза Макса, полузакрытые в предвкушении поцелуя, удивленно распахнулись.

– Прости, – прошептала я. – Я виновата, увлеклась. Ты такой замечательный, но я замужем. Однако ты так сумел вскружить мне голову, что еще чуть-чуть – и наши отношения из прекрасных дружеских перешли бы во что-то большее…

Я усиленно хлопала глазами и старалась сохранить мир в трудовом коллективе.

– Прости меня. Ой, вот Катя, она мне перед вечеринкой призналась, что просто мечтает потанцевать с тобой. Иди же… Ну, иди, пока она не подумала, что я тебя держу.

Он встал, растерянно хлопая глазами, и с неуверенной улыбкой повернулся к Кате. Та вспыхнула, и Макс прочел в ее лице смущение, которое вернуло ему уверенность. Они пропали в толпе танцующих, а я с облегчением вздохнула. Однако надо меньше пить и больше думать, а то в следующий раз и не успеешь убедить себя в собственной порядочности.

Ура! Март – первый официальный весенний месяц! Ну и пусть муж бубнит, что снега полно, и грязь, и вообще – где весна-то? Где? Весна – она здесь: в воздухе и в настроении. Вот, например, у меня настроение боевое. Я только что перечитала письмо от Руфи, которая настойчиво просит забронировать на лето места в экспедиции для двух немцев и двух англичан – это железно, уже с датами. И иметь в виду еще человек семь на сезон. В конце письма робким флажком надежды трепыхался вопрос: а нет ли какой-нибудь самой захудалой возможности пристроить небольшую партию орнитологов-любителей?

Я грызла ручку и размышляла о любителях. Ручку, между прочим, специально держу на столе, даже если пишу на компе, – ничто так не активизирует умственные процессы, как колпачок от шариковой ручки в зубах. Впрочем, некоторые предпочитают карандаши.

А вот действительно сколько на свете всяких любителей – хороших и разных? Чем только не увлекаются люди… И наверняка многие захотят поучаствовать, хоть краем прикоснуться к процессу открытия, который так увлекательно показан в передачах Би-би-си и «Нэшнл джеографик» и так убого освещается в наших новостных передачах, где-нибудь под рубрикой «Разное». Палеонтологи, спелеологи, орнитологи, серпентологи, блин, да масса чудаков бродит по просторам нашей родины, и не меньше их должно быть за ее пределами. Какие еще «ологи» бывают? Геологи? Ну, в геолого-разведывательную экспедицию вряд ли удастся кого-нибудь пристроить. Еще обвинят в шпионаже или еще в чем. Недра-то – собственность государства, и вдруг запасы апатитов считаются, соответственно, гостайной? Ну и фиг с ними, с геологами, и без них должно быть немало вакансий.

Та-ак, ну-ка, пробный шар. Открываем врата ада, то бишь доступ в Интернет, и набираем «научная экспедиция». Ого, сколько всего. Путешествуя по дебрям Интернета, я с удивлением выяснила, что научные экспедиции не организует только ленивый. Оказывается, этим занимаются и всякие природопользовательские учреждения, и некие «общественные научно-исследовательские объединения», и, само собой, ученые в масштабах от лабораторий до Российской академии наук.

После долгих раздумий я пришла к выводу, что наиболее перспективными (в том плане, что есть хоть какая-то вероятность успеха) кажутся мне три направления. Первое – то, что открылось само собой и пока имеет спрос, – археологическое. Тут есть неплохой задел в лице Маргариты и Томки. Можно обдумать еще замечательный вариант поиска всяких зелененьких человечков, обломков метеоритов и прочего – вещь абстрактная и позволяющая водить народ по лесу долго и результативно. Да и вообще, всякого рода аномалии – это просто находка для любителей непознанного и тех, кто хочет на них заработать. Вот, например, в Новгородской области есть так называемый Змеиный лес. Про него и по местному телевидению передача была. Мол, полон он каких-то загадочных крылатых гадов, которые не только пугают грибников и рыбаков, но и выходят по ночам на охоту, наводя разорение на окрестные курятники. Так туда нужно просто срочно снарядить пару научных экспедиций, пусть ищут и документируют следы, свидетельства очевидцев и прочая…

Ну и третье направление – орнитологи, энтомологи и прочие любители флоры и фауны. Между прочим, в Новгородском университете есть любители местной живой природы, вспомнить хоть кружок, куда Светкин младший братец до сих пор бегает с таким восторгом.

Итак, для начала все три направления можно окучить в неплохо знакомой мне Новгородской области. Там же найдутся люди, готовые этим заняться. После пары дней раздумий и составления грандиозных планов я поняла, в чем будет состоять основная сложность – организовать дело в Москве. Людей нужно встретить, разместить, провести минимальную подготовку: лекции по предмету, экипировка всем необходимым (наверняка найдутся те, кто припрется в бермудах и шлепках). А у нас, между прочим, клещи. Так, записываем: вакцинация. Блин, что-то сложно. Но самое тупиковое – это размещение в Москве. Администрация города гордится шикарными гостиницами, где номера стоят астрономические деньги. Да, «Метрополь» Москву украшает. Но нормальные люди там не живут.

Муж молча наблюдает за моими муками и помогать, гад такой, не собирается. Еще бубнит: «Посмотри на себя – в Интернете ночами сидишь, под глазами круги. Заняться тебе нечем. Работа нормальная есть, так и работай».

Встречалась с Верочкой – подружкой Ника, кажется, уже бывшей. Но помочь она ничем не смогла. Они возят туристов организованными группами по устоявшимся маршрутам, и то с гостиницами всегда проблемы. С Москвой вообще стараются не связываться – с самолетов везут сразу в Рязань или еще куда.