Рискованные связи - Нонна Кухина

Вернувшись домой, Слава с порога крикнул:

– Папа! Я хочу поехать в Петербург.

Сидевший за компьютером Андрей оторвался от Интернета.

– Хорошо, поедем вместе. У меня много дел в России, пора наведаться.

– Не в этот раз. – Славик горел от любви. – Я встретил девушку, которую полюбил. Я сделаю ей официальное предложение, а потом приедешь ты.

Андрей прикрыл глаза и сжал ладонями голову.

– Не буду спорить с тобой. Если мой сын счастлив, счастлив и я.

Слава быстро подошел к отцу.

– Давно у тебя головные боли?

– От тебя ничего не скроешь… – Андрей потер виски пальцами. – Месяца два или три, кажется.

Обеспокоенный Слава положил ладонь на голову отца и почувствовал темноту под рукой.

– Нужно сделать томографию. Сейчас я сниму твою боль… – Лицо Славы вдруг исказила гримаса начинающегося приступа эпилепсии. – Папа, мне плохо.

Андрей быстро помог сыну лечь на диван, расстегнул ворот рубашки и сунул между зубов носовой платок.

Припадок был очень тяжелым.

После него Слава проспал шесть часов. Первое, что он сказал: «Хорошо, что этого ни разу не случилось при Симе».

– Ее зовут Сима? – спросил Андрей.

– Да, папа. Она такая… – не найдя нужных слов, Слава развел руки, показывая необыкновенность любимой.

– Красивая?

– Да! И умная! Она, как частичка меня. Я так чувствую! Вот что, папа, – вдруг резко сменил тему разговора Слава, – срочно сделай себе обследование. У тебя опухоль головного мозга, но, к счастью, доброкачественная. Ты не ощущаешь слабость в руках?

От неожиданного вопроса Андрей немного растерялся и посмотрел на свои руки.

– Ощущаю…

– А зрение как? – взволнованно расспрашивал сын.

– Вроде нормально, – ответил Андрей и ту же понял, что в глазах рябит. – Но если хочешь, я завтра же пойду в клинику.

После обследования Андрея прооперировали, и поездка Славы в Санкт-Петербург отодвинулась на неопределенное время.

К тому же случилось еще одно несчастье: умерла Оксана, верная няня Славы. Он и отец сильно переживали, ведь она была членом семьи.

Для отца пришлось нанимать профессиональную медсестру. Русскую. Она осела в Венгрии случайно. Навестив подругу в этой стране, женщина влюбилась в нее. Переехала. Спрос на ее услуги был высоким, и оплачивались они хорошо. Так в доме Звонаревых появилась милая женщина Зоя.

Слава разрывался между работой, отцом, восстанавливающимся после хирургического вмешательства, и Симочкой. Он звонил ей каждый день. В последние дни слышал одно и то же:

– У меня животик заметен. Я боюсь, что мама все поймет. Когда же ты приедешь, любимый?

Взяв из рук отцовской сиделки чашку с чаем, Славик посмотрел на календарь, висевший в гостиной.

– Скоро. Папу через неделю выписывают. Он пока сам не ходит, возим на коляске. Как только я смогу его оставить с Зоей, приеду к тебе! Не забывай пить свежевыжатые соки! Я думаю, тебе надо начать принимать препараты железа. Ты что-то бледная…

– Я бледная? Да, есть немного.

Сима уже начала привыкать к особенностям Славы. Она не сомневалась, что он видит ее на расстоянии.

Не отдавая себе отчет, молодая женщина действительно начала считать, что она беременна от Славы. Свой первый сексуальный опыт с полузабытым парнем Симочка в расчет не брала – все ее мысли и чувства поглотил Вячеслав.

Сдав экзамены еще в апреле, в июне Сима пришла на собеседование. В июле, зайдя в просторный гулкий холл Первого меда и увидев свою фамилию среди поступивших, хлопала в ладоши и обнималась со знакомыми ребятами, с которыми училась на курсах.

Однажды, проходя мимо ванной комнаты, дверь в которую Сима забыла закрыть, Леночка остановилась и с удивлением стала разглядывать изменившееся тело дочери.

– Почему ты молчала? – Леночка в недоумении показала на круглый живот Серафимы, который та удачно скрывала под длинными объемными свитерами.

– Мама, мой жених пока не смог прилететь из Венгрии. Просто у него папа заболел, – уверенно говорила Симочка, ни секунды не сомневаясь в обещаниях Славы.

Умильно смотря на дочь, Алена сочувственно улыбалась.

– Что вы друг друга любите, я вижу. И переписка ваша ежедневная, и звонки по телефону. Но как же учеба? Ты решила не учиться в институте?

– Нет, мамочка! Мы возьмем няню. – Увидев, что Алена огорчилась, она тут же принялась ее целовать. – Ну не плачь, мамуля! Я тебя очень люблю. Просто не хочу нагружать лишними заботами о малыше.

– А когда мы скажем о ребенке Шандору? Его-то дочка никак не выйдет замуж, хотя старше тебя на двенадцать лет. Шандора это очень беспокоит…

– Это ее проблемы, мама, – Симочка погладила животик, – каждый найдет свою половинку. Пусть ищет.

* * *

Все с детства верят, что в новогоднюю ночь происходят чудеса.

В своей квартире, в Петербурге, Алена и Шандор накрывали праздничный стол.

Шандор великолепно готовил. Его фирменный гусь с яблоками уже покрылся золотистой корочкой в духовке, источая божественный аромат. Алена приготовила крабовый салат и холодец. Сима резала ветчину и сырокопченую колбаску.

В центр стола поставили крюшонницу с горячим вином. Шандор втихаря налил себе бокальчик горячего пряного напитка.

Вдруг раздался звонок в дверь.

– Симочка, открой! – крикнул Шандор, допивая вино.

В вечернем платье, но с фартуком на нем, Симочка побежала открывать дверь. И тут же из коридора донесся ее радостный крик:

– Мама! Шандор! Слава приехал! Какой чудесный у нас Новый год! Он прилетел, мой любимый!

Слава стоял в дверях с огромным букетом роз.

Алена вышла в прихожую.

– Это вам. Меня зовут Вячеслав, – представился Слава и, вручив Леночке цветы, сразу, даже не сняв пальто, заявил: – Я прошу руки вашей дочери!

Он достал из кармана пиджака бархатную коробочку и раскрыл ее. В коридоре засверкал бликами бриллиант в золотом кольце. Вынув кольцо, Слава надел его на тонкий пальчик Симы.

Шандор, тоже вышедший в прихожую, улыбался.

– За стол! Быстро! Уже без десяти минут двенадцать!

Новый год встретили, как положено: весело послушали речь Президента, чокались под звон курантов шампанским, подпевали веселящимся на экране артистам, зажигали бенгальские огни. Было вкусно и весело… Только Слава иногда ловил на себе странно-внимательный взгляд Алены, матери Серафимы.

Ближе к утру Слава помогал убирать со стола. В очередной раз пронося на кухню использованную посуду, он почувствовал, что на животе расстегнулась рубашка.