Фальшивая нота - Вера и Марина Воробей

– Вадим Борисович! – Черепашка вскочила со стула. – И вы этому верите? Вы верите в то, что я могла такое сказать?

– Честно говоря, ты меня этим просто убила, – признался Вадим Борисович, закуривая новую сигарету. – Как ловко-то маскировалась! Скромницей прикидывалась… Ты хоть мне скажи, что это за «Грачи», что ты ради них решилась на такое безумие?

– Ой, да полный отстой, – поморщилась Черепашка. Внезапный приступ головокружения прошел.

– А что ж ты тогда из-за них всю команду опозорила? А может, эти «Грачи» тебе заплатили? – Он лег на стол своей широкой грудью.

– Что? – вздернула подбородок Черепашка. Стекла ее очков блеснули. Вадим Борисович пригладил свою рыжеватую, не очень густую бороду.

– А что? Я уже ничему не удивлюсь… – неприятно ухмыльнулся он. – А может, ты думаешь, что после всего этого тебя будут тут терпеть? – В голосе его звучали саркастические нотки.

– Вы, конечно, можете меня уволить, – не выдержала Черепашка. Она по-прежнему стояла. Почему-то так она чувствовала себя уверенней. – Но я никому не звонила и никого не шантажировала. И готова это доказать. – Теперь ее голос звучал ожесточенно. Конечно, Люся уже окончательно догадалась, откуда ветер дует и кого ей следует за все это благодарить.

– Доказать? – недоверчиво переспросил директор программы. – Интересно, каким же это образом?

– Голос! У той девушки совсем другой голос. Червинский оставил вам свой телефон? Давайте позвоним прямо сейчас!

Искренняя готовность Черепашки прямо сейчас позвонить продюсеру несколько поколебала уверенность директора. Это чувствовалось по его взгляду. Появилось в нем что-то такое, чего раньше не было. Легкая тень сомнения, что ли?

– Звони! – Скептически улыбаясь, Вадим Борисович придвинул к ней телефонный аппарат.

– Я не знаю номера, – упрямо и глухо проговорила Люся.

– Ах да! – картинно вскинул руки директор и, не сводя с девушки пристального взгляда, выдвинул ящик письменного стола, на ощупь отыскал там записную книжку. Помахивая в воздухе серебристой визиткой, Вадим Борисович нараспев проговорил: – Прямо детектив какой-то, честное слово… Идентификация голоса… Ну что ж, валяй!

И как Черепашка ни старалась, но унять дрожь в руках ей так и не удалось. С третьей попытки она набрала-таки номер мобильного телефона Афанасия Червинского.

– Как его отчество? – шепотом спросила Черепашка, зажимая рукой трубку.

– Понятия не имею, – хмыкнул директор. – Обращайся просто по имени.

– Алло! Афанасий… Здравствуйте… Меня зовут Люся Черепахина. Только я вас умоляю, не вешайте трубку, – возбужденно затараторила Черепашка, услышав в ответ короткий смешок. – Вам звонила другая девушка, она представилась моим именем… Так вот, это была не я! А если она еще позвонит… – Тут Люся осеклась и посмотрела на сидящего напротив Вадима Борисовича. Она не знала, как закончить фразу. В это время директор потянулся рукой к аппарату и включил громкую связь.

– И что же? – раздался в следующую секунду низкий мужской голос.

– Я даже не знаю… – сникла Люся, но вскоре она снова заговорила горячо и быстро: – Но вы же слышите, что у меня совсем другой голос? Я сейчас нахожусь в Останкино, передо мной сидит директор нашей программы… Он может подтвердить, что я действительно Люся Черепахина… Сейчас я передам ему трубку, но прежде скажите, ведь вам звонила другая девушка?

– Голос сто пудов другой, – уверенно подтвердил продюсер.

– Ну вот, – вдохновившись его ответом, продолжала Люся. – Ее голос ни с каким другим не спутаешь! Только вы ей не верьте… Если честно, она немножко не в себе… И Женя Кочевник наверняка вообще не в курсе, понимаете?

– То есть ты хочешь сказать, что все это делалось без его ведома?

– Да, именно так! – прокричала в трубку Люся. – Три дня назад он позвонил мне и сказал, что потерял ваш номер… Теперь я почти уверена, что он его не потерял! Наверняка эта Маша каким-то образом… Понимаете?

Черепашка бросила быстрый взгляд в сторону директора. На лице того было написано неподдельное изумление.

– Маша? – послышалось в трубке. – Ерунда какая-то… Слушай, а ты дай мне номер этого Кочевника. Я сам с ним свяжусь.

Черепашка с готовностью продиктовала Женин телефон и передала трубку Вадиму Борисовичу. Их разговор длился недолго. Да Черепашка к нему и не прислушивалась. Во-первых, директор отключил громкую связь, а во-вторых, Люся сейчас была полностью поглощена своими собственными переживаниями: «Чего же она в самом деле добивалась? Неужели просто хотела меня подставить? Или действительно рассчитывала, что Червинский так сильно заинтересован в Женьке, что поддастся шантажу и начнет двигать ее бездарных «Грачей»?

Черепашка давно уже поняла, что Маша – особа, мягко говоря, неуравновешенная. Но на такое безумие мог пойти только по-настоящему одержимый человек. А если так, то обычная логика и попытки найти в Машиных действиях хоть малейшие зачатки здравого смысла обречены на провал. Одержимые люди никогда ни на что не рассчитывают! Ими движет маниакальная идея. Ослепленные и оглушенные ею, они прут напролом, не задумываясь, к чему все это может привести…

«Выходит, Маша наврала Женьке, что рассталась с Игорем?! – подумалось вдруг Черепашке. – Конечно, наврала! Эта ненормальная авантюристка затеяла двойную игру! Как все это на нее похоже… А Женька-то! Развесил уши, наивная душа… Неужели он сам дал ей телефон Червинского? Нет! – тут же возразила себе Люся. – Тогда бы он не звонил мне и не говорил, что потерял его… И потом, ведь я прямо спрашивала его, не просила ли Маша этого телефона? Как чувствовала!»

Люся помнила, как помрачнел тогда Женька, как изменился цвет его глаз и с каким осуждением посмотрел он на нее. Ее вопрос он объяснил ревностью. Конечно, тогда ему легче было думать, что Черепашка ревнует его к Маше, чем попытаться беспристрастно проанализировать ситуацию… «Но как, каким образом Маше удалось завладеть телефоном Червинского? Рыскала по карманам? Залезла в Женькину записную книжку? А почему бы и нет?»

– О чем задумалась? – От неожиданности Черепашка вздрогнула. Оказывается, Вадим Борисович уже положил трубку и теперь смотрел на нее с рассеянной улыбкой. – Что же ты мне сразу не сказала, что знаешь эту девицу? Обошлись бы тогда и без этого звонка…

– Не обошлись бы! – сверкнула стеклами очков Черепашка. – Вы бы мне все равно не поверили.

– Ну почему же, – неопределенно протянул директор программы. – Где ж ты таких друзей себе находишь? – Он расстегнул верхнюю пуговицу своей белой рубашки, ослабил узел галстука и с явным облегчением повел головой из стороны в сторону.

– Она мне не подруга! – отрезала Черепашка.

– Ну не злись. – Вадим Борисович поднялся, подошел к Люсе и потрепал ее по плечу. Девушка тоже встала.

– Я пойду? – В ее голосе все еще звучала обида.

– Ну, прости ты меня, дурака старого… Но мне и в голову не могло такое прийти, чтобы какая-то девица… – Он запнулся и несколько раз нервно дернул себя за бороду. – А у нее, похоже, и вправду с головой не все в порядке, у этой Маши… Хотя, если б Червинский не позвонил, кто знает, может быть, она бы и добилась своего… В общем, ты с ней разберись, – напутствовал напоследок Вадим Борисович и вдруг неожиданно предложил: – А хочешь, я тебе помогу? Дай-ка мне ее телефончик!