Роковое очарование - Эбби Грин

Сэм было бы проще, если бы Рафаэль открыто ненавидел ее. Шаткое перемирие приводило ее в замешательство.

Она посмотрела на настенные часы – было поздно. Помощник Рафаэля уже давно должен был позвонить ей и сообщить, что босс собирается домой. Сэм взяла свои вещи и решила найти Рафаэля сама. Он недавно предлагал предоставить ей машину для личного пользования. Похоже, следовало на это согласиться.

Направляясь в его кабинет, Сэм заметила, что сотрудники уже разошлись. Даже стол секретаря в приемной пустовал. Она нерешительно постояла у двери кабинета и наконец постучала. Через несколько секунд послышался резкий ответ:

– Входите.

Рафаэль, разговаривая по телефону, взглянул на открывающуюся дверь, немного недовольный нежданным вторжением. Но когда он увидел, что это Сэм, гормоны тут же забушевали в его крови – так отчаянно он желал эту женщину. Она хотела было уйти, увидев, что он занят, но Рафаэль не отпустил ее, жестом попросив подождать.

В течение двух недель он делал все возможное, чтобы избегать ее. Но это не помогало. Сэм мерещилась ему везде. Хуже всего ему приходилось по ночам, в уютном доме, где его сын сладко спал в соседней комнате. Рафаэль мечтал об одном: войти в спальню Сэм, раздеть ее, закинуть ее ноги себе на плечи и овладеть ею.

Возбуждение охватило его и сейчас. Он вынужден был признать, что не в состоянии себя контролировать. Собеседник на другом конце провода продолжал говорить, но Рафаэль ничего не слышал, наблюдая за Сэм. Его взгляд был прикован к ее восхитительной фигуре. Глаза мужчины скользили по ее изящной спине, упругим ягодицам и длинным ногам, пока она рассматривала модель одной из первых машин, которые он спроектировал. Женщина немного развернулась, и теперь его взору предстала соблазнительная грудь. Он тут же вспомнил, как когда-то плеснул на грудь Сэм несколько капель охлажденного шампанского, и ее соски вмиг стали твердыми. Над его верхней губой выступил пот. Это было невыносимо.

Рафаэль оборвал телефонный разговор. Он не мог притворяться, что способен думать сейчас о чем-то, кроме нее.

– Что ты хотела? – спросил он.

Его слова прозвучали грубо. Сэм опешила, и ее лицо залила краска смущения. Рафаэль попытался подавить укор совести. Он не намеревался хамить ей, это получилось случайно.

– Уже начало седьмого. Обычно в это время мы уже едем домой…

Его поразило это «мы». Он встал и заметил, как Сэм еще сильнее сконфузилась.

– Мне кажется, это ошибка, – пробормотал Рафаэль.

– Какая ошибка? – с недоумением спросила она.

– Ты… здесь…

«Черт бы ее побрал!» – выругался он про себя. Ему даже не удается составить связное предложение. Сэм продолжала стоять на том же месте, а Рафаэль представлял, как она, обнаженная, широко раздвигает бедра, готовая подарить ему опьяняющее наслаждение, о котором он так мечтал. Все эти две недели его неотступно преследовали поражающие своей реальностью воспоминания об их страстных ночах.

– Я… здесь… Ничего не понимаю. Что ты хочешь сказать, Рафаэль? – хмурясь, поинтересовалась Сэм.

Она произнесла его имя мягко, даже нежно. Это еще больше распалило его желание.

– Мне не следовало настаивать на том, чтобы ты здесь работала. Это была плохая идея, – процедил он сквозь зубы, пытаясь укротить волну страсти.

Ее глаза вспыхнули от обиды, став ярко-серыми. Это напомнило Рафаэлю о том дне, четыре года назад. Сэм так же смотрела на него тогда.

– Мне казалось, я делаю все, что ты хочешь. Мы установили экспериментальное оборудование всего за одну неделю. Конечно, впереди много работы, но прошло только полмесяца и…

Он отмахнулся:

– Я не об этом.

– Тогда о чем?

Рафаэлю захотелось рассмеяться ей в лицо. «Неужели она не замечает, как сильно я ее хочу?» – подумал он.

– Дело в тебе, – мрачно улыбнулся мужчина. – Мне казалось, я смогу это выдержать. Но нет. Будет лучше, если ты вернешься в университет. Кто-нибудь другой может заменить тебя на заводе.

Сэм выпрямилась, обиженная и разгневанная:

– Ты перевернул мою жизнь с ног на голову, а теперь только потому, что тебе невыносимо видеть меня, ты считаешь, что можешь вышвырнуть меня?

Сэм трясло от негодования. Ей хотелось подойти к Рафаэлю и дать ему пощечину. Как тогда, четыре года назад. Ведь с тех пор он абсолютно не изменился. Она опять стоит в его кабинете, а он пытается от нее избавиться. Круг замкнулся. Как и тогда, Сэм боялась разрыдаться, поэтому она бросилась к двери. Но выйти из кабинета она не успела. Рафаэль подошел к ней и захлопнул дверь. Она резко повернулась, и ее взгляд упал на его широкую грудь. Сэм подняла свои неистово горящие глаза и еле выговорила:

– Выпусти меня отсюда. Немедленно.

– Ты не так меня поняла, – произнес он.

Его рука скользнула по ее шее, пальцы коснулись шелковистых волос. Его глаза сверкали, как изумруды. Он был слишком близко. Ее грудь упиралась в его грудь, ее соски стали твердыми, как камень.

– А как прикажешь тебя понимать? – выпалила Сэм.

– Я переоценил свою возможность сопротивляться тебе.

Молодая женщина заморгала, ничего не понимая. Пальцы Рафаэля крепче обхватили ее шею, а его лицо приближалось к ее лицу. Губы Сэм задрожали от нетерпения. Тело ее было охвачено пламенем страсти, изнывая в предвкушении.

Поборов в себе желание не анализировать происходящее, Сэм уперлась руками в его грудь.

– Подожди… Что ты делаешь? – спросила она.

Сэм чувствовала на своих губах горячее дыхание Рафаэля. Она, как завороженная, смотрела в его глаза. Окружающий мир перестал существовать для нее. Остались лишь эти неспокойные изумрудные озера.

– Но ты… Не может быть, чтобы ты хотел меня.

– Неужели? – с горечью сказал он.

Сэм пребывала в растерянности. И вновь надежда предательски затеплилась в ее душе, и она отчаянно старалась вытравить ее.

– Отпусти меня, Рафаэль, – оттолкнула она его. Но он не сдвинулся ни на дюйм. – Я не стану игрушкой для твоих любовных утех лишь потому, что тебе вдруг захотелось секса. Я не люблю повторять ошибки.

Рафаэль разразился смехом:

– Вдруг? Четыре года! Я хочу этого четыре года, Сэм. Это чувство никогда не покидало меня, как ни пытался я избавиться от него.

В этот момент сопротивление женщины дало глубокую трещину.

– Я хочу тебя, Сэм, и я знаю, что ты тоже хочешь меня.

Их губы слились в отчаянном поцелуе. Этот поцелуй не был похож на тот, в дамской комнате. В нем не было ни злости, ни упрека. Это доставило Сэм неописуемое сладострастное удовольствие, о котором она давно грезила. Рафаэль отстранился, чтобы глотнуть воздуха, но губы Сэм вновь нашли его. Она уже не скрывала свое желание. Сердце ее ликовало. Ей нечего было стыдиться.