Слишком личные отношения - Фиона Харпер

Как по команде Кэл зевнул. Келли улыбнулась, потом наклонилась, чтобы поцеловать его в макушку.

– Если мы не отправимся сейчас, то будем дома поздно, а вы не представляете, какими ворчливыми становятся мои динозаврики, когда проголодаются.

Бен посмотрел на нее:

– Мама, можно Джейсону к нам на чай? Келли прервала сборы и поднялась. Она не сразу взглянула на своего шефа.

– Вы не хотели бы поужинать с нами? Это самое меньшее, чем я могу отблагодарить вас за помощь сегодня.

В любой другой день Джейсон сбежал бы от такого приглашения – не уступая в скорости знаменитому Дейлу Макграту, – но неожиданно ему захотелось согласиться.

– Я могу отвезти вас на машине, – услышал он свой голос, – тогда вам не придется ехать на метро.

Она посмотрела на него. Не своим обычным подозрительным взглядом, а открытым, как будто пыталась увидеть, что творится в его голове, прочитать его мысли. Все, что Джейсон видел, – пара больших серо-зеленых глаз, обрамленных темными ресницами, гипнотизирующих его. Внезапно он понял, что́ имеют в виду, когда говорят «переступить черту». Не только между профессиональным и личным, офисом и домом, но нечто более глубокое, неопределенное и опасное.

Келли первая вернулась в реальность. Она отвела взгляд, посмотрела на парк, а затем снова на Джейсона.

– Скажите мне одну вещь, Джейсон.

У него было такое ощущение, что она собирается спросить его о чем-то очень важном.

Его горло стянуло, и он с трудом ответил:

– Конечно. Выкладывайте.

– У вас есть набор клюшек для гольфа?

Он моргнул. Вот это и был важный вопрос? Он собирался отшутиться, но Келли пристально смотрела на него, ожидая ответа.

– Угу.

Она на мгновение задумалась.

– А где вы их храните?

Он нахмурился и открыл рот, чтобы спросить, куда, черт возьми, ведет этот допрос, но она подняла руку:

– Мне очень нужно знать это.

Джейсон пожал плечами. Никакого секрета тут не было.

– Сейчас они пылятся в шкафу в коридоре, – сказал он и задумался на мгновение, подсчитывая, сколько они там уже пролежали. – Мне действительно нужно будет снова заняться гольфом…

Келли кивнула, больше себе, чем ему, и поправила лямку термосумки на плече.

– На самом деле я тоже устала. Меня, наверное, хватит только на то, чтобы сделать тосты, когда мы доберемся до дома… – Она пожала плечами. – Может быть, в другой раз?

Он кивнул, потому что выбора у него не было:

– Конечно.

Она протянула руки сыновьям.

– Давайте, вы двое.

Их взгляды снова встретились, и они застыли в нерешительности. Джейсон кивнул:

– Увидимся в понедельник.

Она попыталась улыбнуться.

– До понедельника, – повторила она, а затем повернулась и пошла не оглядываясь.

Джейсон вздохнул и посмотрел на небо. Он всегда говорил, что Келли умная женщина, и она в очередной раз доказала это и спасла их обоих от того, что превратилось бы в нечто грязное и сложное. Он понимал это. Черт, он даже соглашался.

Но это не значит, что он не вспоминал о ней, когда угощал сотрудников оставшимися деликатесами. И это не значит, что, направляясь к машине и размахивая пустой корзинкой, он не думал о своей квартире на берегу Темзы, о том, какой большой и пустой она будет казаться, когда он вернется в нее сегодня вечером.

* * *

В понедельник утром Келли вошла в кабинет Джейсона в идеально выглаженной блузке и юбке, с высоко поднятым подбородком. Назад к нормальной жизни. Фантастика.

Но когда она подошла к столу, то поняла, что, хотя Джейсон был в костюме, она все еще видела того парня в голубых джинсах, который изображал динозавра, чтобы маленький мальчик съел свой обед.

Келли широко улыбнулась и посмотрела на него. Джейсон казался немного растерянным, как будто ее непривычно широкая улыбка ослепила его, но он улыбнулся в ответ. Правда, это была полуухмылка, а не настоящая улыбка Джейсона.

– Какие-нибудь новости? – спросила она.

Он сжал губы и покачал головой:

– Ничего. На самом деле все идет замечательно. Передо мной договор на рекламную кампанию. Одна подпись – и Майлз Бенсон, чемпион в десятиборье, наш. – Он уставился на клочок бумаги.

– Так почему вы его не подписываете?

Джейсон посмотрел на нее, слегка нахмурившись.

– Я подпишу. Я просто… Мне кажется, что это должен быть особенный момент, а сейчас у меня нет такого чувства. – Его брови взлетели. – А вы так не думаете?..

Она бросила на него насмешливый взгляд.

– Момент?

Джейсон покачал головой и отвернулся. Келли подошла к книжному шкафу и взяла его фотографию с отцом и братом. Она видела ее уже сто раз, но неожиданно увидела что-то, чего раньше не замечала. Поставив снимок обратно на полку, она повернулась к Джейсону.

– Он любимчик, верно? – сказала она, кивая на фотографию.

Джейсон даже не взглянул в ее сторону.

– Да, – вздохнул он. – Но он этого заслуживает.

– У родителей не должно быть любимчиков. Я обожаю обоих своих мальчиков, хотя они очень разные.

Джейсон пожал плечами:

– Семьи, как моя, не могут ничего с этим поделать. Самое важное для них – быть лучше, иметь больше, чем другие. Они не могут измениться, даже когда появляются дети.

Келли покачала головой. Любимчики бывают не только в богатых и влиятельных семьях. Взять, к примеру, ее отца! Он обожал двоих своих сыновей, но не знал, что делать, когда в семье неожиданно появилась маленькая девочка. Ей нужно было во всем давать фору Дэну и Джонатану, чтобы не разочаровать отца, но даже тогда он не гордился ею так, как братьями.

– Это не значит, что вы должны смириться, – сказала она ему. – Так неправильно. Вам нужно бороться!

– Какой в этом смысл? – Джейсон покачал головой. – Не важно, что я теперь сделаю. Брэд все равно выиграл. Он уже одержал победу из-за того несчастного случая. Он получил золотую медаль, которой у меня никогда не будет. Никто не может конкурировать с этим.

– Но вы все еще пытаетесь, – тихо сказала она, потому что вся эта затея с кроссовками началась именно из-за этого. Неожиданно все приобрело смысл.

Джейсон фыркнул, подошел к окну и уставился на лондонские крыши.

– Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Не смейте сдаваться! – Келли сама не ожидала от себя такого резкого возгласа. – Это хорошие кроссовки, и вы это знаете.

Джейсон повернулся и прислонился к окну.