Черт-те что и сбоку бантик - Екатерина Вильмонт

– Наташ, ты к нам надолго?

– На пять дней, больше не получится.

– Да, ты ж теперь звезда телеэкрана.

– Да бросьте, Сергей Данилович.

– Почему? Мы с Нютой все твои программы смотрим. Ты такая молодчина. Мы тобой гордимся! Аська, а ты гордишься мамой?

– Очень сильно горжусь! Мне в школе говорят – твоя мама крутая!

– Аська! – одернула ее Наташа.

Девочка обиженно замолчала, а вскоре уснула. В поезде она плохо спала.

– Сергей Данилович, а как мама себя чувствует?

– Знаешь, хорошо. Ей очень показан здешний воздух. Море, сосны, йод и что там еще. Совсем перестала кашлять, спит как младенец. В бассейн начала ходить…

– Здорово! – обрадовалась Наташа.

– А вот у тебя усталый вид.

– Да я ненавижу поездом ездить. Спать не могу, а тут еще вторжение пограничников… То ли дело самолет!

– Но с мужем лучше не спорить?

– Конечно.

– Родные мои, – рыдала Анна Альбертовна, – как же я соскучилась!

– Бабуля, ты видишь, какая я большая стала?

– Да, тебя и не узнать, совсем барышня!

– А чем это так вкусно пахнет?

– Твоим любимым кексом.

– С цукатиками?

– А как же!

– Кайф! Ох, бабуля, я соскучилась! Ты почему к нам в Москву не приезжаешь?

– Отвыкла я от Москвы.

Ах, как хорошо, как уютно и легко в доме у мамы… Как будто груз какой-то свалился с плеч. И этот миляга Сергей Данилович… С таким хорошо встречать старость. Господи, о чем я думаю, какая старость, мне только тридцать два…

Вечером Анна Альбертовна предложила:

– Натик, не хочешь пройтись перед сном к морю? Мы каждый вечер гуляем.

– Да, девочки, вы идите, а я тут с внучкой поиграю. Идите-идите! – ответил Сергей Данилович.

– Мамочка, тебе хорошо с ним? Он такой славный!

– Знаешь, Натик, мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с Сережей. Он не просто славный, он удивительный. И главное, я все время чувствую, как он меня любит. Это так важно… Ну ладно, а как ты, моя маленькая? Я тобой горжусь, у тебя на редкость интересная передача. Вот никогда не думала, что ты будешь на телевидении. А тебе самой-то это нравится?

– Еще как! Хотя вокруг столько всякого… Злобы много, зависти… Можешь себе представить, я с Лоркой поссорилась.

– Не может бать! Из-за чего?

– Да на ровном месте. Она мне несколько раз звонила в моменты, когда я не могла говорить. Если я видела ее звонки, всегда перезванивала, как бы поздно это ни было. И вот как-то перезваниваю, а она вдруг спускает на меня всех собак, мол я зазналась, у меня звездная болезнь и все в таком духе…

– Это зависть, Натик, в чистом виде.

– Понимаю, но это так неприятно, и с того момента мы перестали общаться. И на работе… Случайно обнаружила, что мне подготовили негодный материал…

– Что это значит?

– Ну, с перепутанными фактами, датами, то есть если бы я не заметила, могла бы опозориться…

– Но ведь передача идет в записи?

– Ну и что? А каково было бы краснеть и извиняться перед пришедшим ко мне человеком?

– А ты нашла, кто это старается?

– Нашла.

– И что сделала?

– Поговорила с глазу на глаз. Сказала, что если такое еще повторится, и это было раза три, я скажу Кузьмину, и если она хочет сохранить работу, лучше ей эту практику прекратить. Она рыдала, просила прощения, умоляла никому не говорить, клялась, что никогда впредь… Ну, сама понимаешь. Но все это ужасно противно. И все равно я теперь сама проверяю все, и времени ни на что уже не остается.

– А как с Артуром?

– Тоже все непросто, мамочка.

– Ревнует к работе?

– Ревнует. И ходит на сторону.

– Натик! – огорчилась Анна Альбертовна. – Но это же неизбежно…

– Я понимаю, – грустно проговорила Наташа.

– Ничего, моя маленькая, все образуется. А Лорка твоя мне никогда не внушала доверия.

– Ох, мама… Но ничего, есть и положительные моменты.

– Рассказывай!

– Ну, главное, мне эта работа безумно интересна.

– Да, это очень важно!

– Кроме того, мне платят приличные деньги и еще… Я подружилась с Таней Алешиной.

– Это которая ведет новости?

– Да! Классная баба! Вот в ком ни капли гнусности. И мы с ней поедем в июле, когда у нас будут каникулы, в Испанию, мы сняли там домик. Она с сынишкой и мы с Аськой! Возьмем напрокат машину, поездим по стране…

– А почему не в отель?

– Мамочка, мы с ней, как это ни смешно, медийные лица.

– Ох, да… А в принципе, ты могла бы оставить мне Аську на все лето.

– Нет, мамочка, я должна хотя бы месяц побыть с дочкой.

– Права, ничего не скажешь, права.

– Ох, а еще Интернет…

– Не говори, это просто ужас! Сколько же в людях злобы! Какие гадости пишут… Мне Сережа запретил вообще туда заглядывать. Я с кое-какими подружками общалась в фейсбуке, так Сережа своей волей удалил меня из всех соцсетей. Я сперва расстроилась, ругалась с ним, а он мне сказал: «Нюта, надо очень не любить свою дочь, чтобы читать о ней такие пакости, заведомую ложь и грязь. И для здоровья вредно. А если ты будешь это продолжать, я просто выкину твой компьютер. А свой так запаролю, что тебе в жизни не открыть». И он прав. Мне стало легче жить. Я теперь захожу в Интернет только если мне нужно что-то узнать, а с подружками переписываюсь по электронной почте.

– Ты у меня умница, мамочка.

– А скажи… За тобой кто-то ухаживает?

– Да нет, когда мне…

– Неужто ни один из твоих интервьюируемых не влюбился в тебя?

– Да вроде нет, – улыбнулась Наташа.

– А тот человек, который пригласил тебя на эту работу?

– Кузьмин?

– Ну да.

– Нет, мама, он просто ценит меня, хорошо ко мне относится. И все.

– А сколько ему лет?

– Не то сорок восемь, не то сорок девять.

– А он интересный мужчина?

– Да ничего, вполне. Но мама, там, я думаю, просто нет ни времени, ни сил даже на такие мысли…

– А если бы нашлось время?

– Это нереально, мамуля! А мне и ни к чему.

– А ты вот сказала, что Артур ходит на сторону?