Последний де Бург - Дебора Симмонз

— Ты! — закричал тамплиер, выхватывая меч. — Какого черта ты пустил меня по ложному следу?

— Где госпитальер? — бросил встречный вопрос Николас.

Клинки со звоном встретились.

— Какое тебе до него дело? — прорычал Гвейн.

— Мне есть дело до всех твоих жертв, — уклонился Николас, не желая давать ему хоть какие-то сведения.

— Знал бы, что ты снова будешь путаться у меня под ногами, убил бы еще тогда, — огрызнулся Гвейн. — Но сейчас-то я уж прослежу, чтобы подобного больше не произошло.

— Интересно, как ты собираешься справиться со мной без его помощи? — поинтересовался Николас, кивая на приспешника, который сильно теснил Гая.

Однако думать об оруженосце времени не осталось. Услышав оскорбительную насмешку, тамплиер с ревом бросился в атаку, а с таким противником приходилось считаться.

Еще год назад Николас свалил бы его одной левой, но с тех пор силы ослабели и реакция стала уже не та. Только меч да ум служили против Гвейна, который определенно не желал соблюдать рыцарский кодекс. Не в силах пробить защиту Николаса, тамплиер направил тяжелый меч на его боевого коня. Конь затанцевал, уворачиваясь от удара.

Николас сумел удержаться в седле, но оруженосцу повезло меньше. Пятясь вбок, Николас увидел, что Гай свалился на землю, став легкой мишенью. Николас с ревом пришпорил коня, но в этот момент в воздухе зазвенел чей-то крик, и он обернулся.

Судя по методам Гвейна, можно было опасаться любого подлого нападения со стороны, но к схватке присоединился отнюдь не незнакомец. Николас в шоке увидел, что из леса к ним бежит Эмери и раскручивает над головой свой короткий меч. Юноша с удивительной ловкостью врубился в бой, защищая упавшего оруженосца. На какой-то миг Николаса буквально парализовал страх за Эмери. Но противников появление юноши захватило врасплох. Они явно испугались, что из рощи вот-вот появится еще подмога.

Воспользовавшись минутным отвлечением, Николас с удвоенной силой атаковал тамплиера и рубанул мечом по руке. Тот взвыл от боли, перекинул меч в другую руку и попятился, словно намереваясь сбежать. Николас продолжал напирать, и через мгновение Гвейн ударился в бега, увлекая за собой оруженосца.

Николас заревел от ярости и ринулся в погоню. Крикнул Гаю скакать следом, но, обернувшись, увидел, что тот сидит на земле и тревожно склоняется над распростертым на земле Эмери.

Эмери судорожно втянула в себя воздух. Повезло, она не погибла! Она слишком давно не тренировалась, да и силенок продержаться долго не было. Подростком она умела сражаться на мечах не хуже Джерарда, но потом он стал превосходить ее в росте и весе, и она уже больше не могла с ним тягаться. Он стал слишком силен, и, в конце концов, она отказалась от попыток сравняться с братом, а вскоре их пути и вовсе разошлись. Их ожидали разные обязанности и разное будущее.

— Мисс Эмери! Как вы?

Эмери открыла глаза. Над ней маячило лицо Гая. К своему облегчению, она поняла, что он перетащил ее в безопасную сень деревьев. Эмери моргнула, посмотрела на оруженосца, и до нее наконец дошло, что он сказал. Морщась от боли, она сделала глубокий вдох.

— И давно ты знаешь? — спросила она, даже не пытаясь ничего отрицать.

— Почти с самого начала.

Эмери прикрыла глаза, смиряясь с жестокой правдой. Однако это объясняло и осторожность Гая, и его возмущение, и заботу, которую он сейчас проявлял. Вспомнив его вчерашние протесты по поводу ночевки в одной комнате, она чуть не улыбнулась. Однако в самом открытии радости было мало. У нее болело все тело, но больше всего мучила боль разбитого сердца. Что же ей теперь делать?

— Почему ты ему не сказал?

— Я вначале пытался, но он не стал меня слушать. А потом я… ну, в общем, я понял, что вы… мм, ваши поиски… ему нравятся. — Эмери испытала острейшее желание поподробнее расспросить его на этот счет, но оруженосец усмехнулся. — Раз он настолько недогадлив, мое ли это дело его просвещать?

Эмери озадаченно нахмурилась. Вряд ли можно надеяться, что Гай и дальше будет молчать. Ради чего?

— Вы спасли мне жизнь, — сказал он, словно отвечая на невысказанный вопрос. — В жизни не видел подобной смелости, а я ведь из Кэмпиона, где де Бурги считаются самыми храбрыми на земле.

Эмери улыбнулась и попыталась приподнять голову, но тело болело, как избитое. Это она так разучилась падать или ее ранили?

— Вы пострадали? — тревожно спросил Гай.

Эмери хотела сказать, что просто устала и запыхалась, но сумела издать лишь какой-то хрипящий звук, который не слишком успокоил оруженосца. Тяжело отдуваясь, она откинулась на спину.

— Я пойду за помощью, — решил Гай.

Эмери замотала головой, паника придала ей сил.

— Лорд де Бург сказал…

Но Гай не дал ей закончить:

— Лорда де Бурга здесь нет. Как и вашего дяди. Но должен же быть в доме кто-то, кому можно довериться.

Эмери кивнула:

— Гита. Приведи Гиту из поместья Монбаров.

Едва ли служанка примет их с распростертыми объятиями, но наверняка узнает свою молодую хозяйку даже в мужском обличье и сможет о ней позаботиться. Эмери с облегчением смежила веки. Какое-то время она слышала удаляющиеся шаги Гая, который спешил к поместью, и затем наступила тишина. Слышалось лишь поскрипывание старых вязов да шелест листвы на ветру.

Но потом она вдруг услышала еще кое-что. Безошибочно узнаваемый стук копыт. Лежа на земле, Эмери мало что могла разглядеть и оценить шансы на спасение. Свисающие ветки дерева только дразнили ее своим видом, но были слишком высоко, да и вряд ли она смогла бы взобраться по ним, как раньше. Можно отползти в глубь подлеска, но тяжелый стук сапог спрыгнувшего всадника сказал ей, что уже слишком поздно.

Оставалось притвориться мертвой. Может быть, что-то и получится, если это не кто-то из слуг дяди. Эмери замерла на земле, не реагируя на приближающиеся шаги. Она уже приготовилась испытать болезненный пинок в бок, но человек не стал бить, а только опустился подле нее на колени. Он хочет забрать ее меч. Или почти пустой кошелек?

— Эмери!

Ее имя было произнесено с такой мукой, что она даже не сразу узнала голос. Лорд де Бург!

Эмери распахнула глаза, и ее затопило облегчение оттого, что он вернулся целым и невредимым. Она нетерпеливо вскинула взгляд, желая встретиться с ним глазами. Но темноволосая голова рыцаря была опущена, и не успела она и слова вымолвить, как он прикоснулся к ее телу.

Эмери потрясенно застыла, чувствуя, как он ощупывает ее, пытаясь отыскать раны. Да, Джерарду она подобное позволяла, но этот мужчина не был ее братом. Теплые пальцы прошлись по рукам и ногам, бережно проверяя, нет ли переломов. Эмери позабыла и о боли в ноющем теле, и обо всем прочем.

Она закрыла глаза и тихонько застонала, чувствуя, как наполняется теплом и каким-то странным томлением. Она сильно стукнулась головой? Иначе отчего она утратила умение мыслить ясно? Или ей это только снится? Она хотела, чтобы он продолжал, хотя и знала, что ее собственный разум опасно балансирует на краю пропасти.