Обнаженные души - Жанетт Кенни

С низким рычанием Рафаэль одним мощным движением вошел в нее. Пульсирующее влажное лоно позволило ему проникнуть так глубоко, что он почувствовал жар, обволакивающий его возбужденный ствол. Его сводила с ума нетерпеливая готовность Лейлы принять его. Они одновременно достигли оргазма, полыхнувшего перед глазами искрами огней, не уступавших вечернему фейерверку на набережной. Ни с чем не сравнимое блаженство. Нирвана.

Лежа рядом в изнеможении, они погружались в легкий сон, а потом снова неторопливо предавались ласкам в ночной темноте. Потом опять занимались любовью, поднимаясь до вершин наслаждения. Только под утро, с первыми лучами солнца, они заснули в объятиях друг друга.

Стряхивая остатки эротических сновидений, Лейла не сразу сообразила, какое сейчас время суток. Мужской мускусный аромат, впитавшийся в кожу и витавший над постелью, напомнил о том, что секс ей не только снился. Она потянулась, разминая ноющие мышцы, и повернулась к Рафаэлю. Улыбка сбежала с губ — в постели его не было.

В памяти всплыла их мартовская встреча, короткое холодное прощание после жаркого секса. «Неужели история повторилась?» — с ужасом подумала она.

В спальне было темно и тихо. Лейла напряженно прислушивалась. В гостиной скрипнул стул. Завернувшись в простыню, она подошла к двери и выглянула. Из груди вырвался вздох облегчения. Рафаэль с сосредоточенным лицом сидел за столом перед раскрытым лэптопом, пальцы летали по клавиатуре.

— Когда ты встал?

Он обернулся с удивлением, как будто не ожидал ее увидеть:

— Около часа назад. Получил срочное сообщение, что возникли вопросы с интегрированной графикой в новом телефоне.

С первых дней супружеской жизни Лейла помнила, как Рафаэль проводил долгие часы в поисках решения сложной задачи и не успокаивался, пока не находил его.

— Будешь весь день работать? — протянула она разочарованно, опасаясь, что их последний день во Франции потерян для нее.

— Нет, я уже отправил менеджеру все необходимые материалы.

— Чудесно.

Рафаэль только кивнул. Наступила неловкая пауза. Лейла встревожилась:

— Что-нибудь случилось?

Рафаэль нахмурил брови и окинул ее взглядом.

Она не сумела прочесть выражение в глубине темных глаз.

— Хочешь, закажу завтрак в номер?

— Да, есть и правда хочется.

Он встал, двинулся к ней легкой, грациозной походкой большого кота. Улыбка тронула чувственный рот.

— Какие у тебя планы на сегодня?

Лейла покачала головой, чувствуя, как внутри просыпается совсем другой голод.

— Никаких. Есть предложения?

Рафаэль наклонился и коснулся пальцем ее губ.

Лейла откинула голову, когда палец опустился вниз по шее.

— Я хочу заняться с тобой любовью, — сказал он, сдергивая с нее простыню.

Через секунду она оказалась в кольце его рук. Весь оставшийся день Рафаэль не выпускал ее из объятий — в кровати, на диване, в душе. Они съели легкий завтрак, угощая друг друга, потом дурачились, смеялись, любили. Когда наступил вечер, Лейлу охватила печаль — отпущенная им неделя подошла к концу. Она со страхом думала о том, что принесет новая разлука.

Кинофестиваль завершился церемонией награждения. Волнение будоражило кровь Лейлы, когда поздно ночью они возвращались в номер. Она видела, как Рафаэль гордится братом Натаниэлем, получившим приз за фильм «Карнавал». Снятый в Рио почти документальный триллер не имел ничего общего с картинами, где Натаниэль играл свои звездные роли. Более того, производством фильма занималась продюсерская компания, которую сводные братья специально создали под этот проект.

Сюжет картины, построенный на страшном контрасте богатства и нищеты огромного мегаполиса, потряс и глубоко тронул Лейлу, которая слишком хорошо помнила убогое детство в Рио. Ей не терпелось подробно расспросить мужа о создании фильма, но она не решилась. Когда они выходили из зала, Рафаэль взмахом руки отметал поздравления в свой адрес, а при вручении награды просто сказал:

— Я вложил деньги. Всю работу делал Натаниэль.

Лейла понимала, что Рафаэль сильно приуменьшает свои заслуги, но воздержалась от комментариев. Если он не хочет говорить, откуда так хорошо осведомлен о жизни в трущобах, она не вправе настаивать.

Рафаэль отклонил многочисленные приглашения на официальные торжества и приемы в клубах и на яхтах, которые обычно продолжались всю ночь до рассвета. Он явно не собирался выслушивать дифирамбы. Поскольку Натаниэль с женой тоже отказались участвовать в банкетах и даже, извинившись, не приняли предложение поужинать с ней и Рафаэлем, Лейла решила, что картина имела для братьев глубоко личное значение. Воспоминания детства, о котором Рафаэль почти ничего не рассказывал, вероятно, до сих пор причиняли ему боль.

По правде говоря, Лейла была рада, что они проведут эту последнюю ночь наедине. Ее пугала только мысль, что Рафаэль снова заставит ее выбирать между семьей и карьерой. Лейла не могла дать ответ. Она покосилась на мужа и поразилась тревожному выражению красивого лица. Возможно, он тоже думает о том, что их идиллия скоро закончится. А может, его мысли уже далеко отсюда?

— Что ты планируешь делать после фестиваля? — спросила она, развязывая узел длинного, наброшенного на плечи шарфа.

— У меня кое-какие дела в Бразилии, — ответил Рафаэль.

Он запер дверь, отгородив их от мира. Однако странная отчужденность, которую она заметила после фильма, стояла между ними невидимой стеной.

— Снова проблемы с бизнесом?

— Нет, там все под контролем. — Рафаэль скинул жилет и швырнул на кресло. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. — Мне надо наведаться на фазенду.

Рафаэль купил землю? В первые годы их супружества он мечтал построить дом подальше от города, где они смогут укрываться от мирской суеты, где будут расти их дети.

— Значит, у тебя теперь есть усадьба? — спросила она непринужденно, скрывая обиду, что муж не посвятил ее в свои планы. — Расскажешь?

Рафаэль распахнул балконную дверь навстречу соленому влажному бризу.

— Плодородная земля дает богатый урожай. Работников немного, но зато опытные. Уверен, тебе понравится.

— Не сомневаюсь, — сказала Лейла, подумав, что вряд ли сумеет побывать там в течение ближайших месяцев.

Рафаэль улыбнулся, но жесткая складка возле рта говорила о беспокойстве.

— Типичный бразильский загородный дом с просторными комнатами и большими окнами. Если хочешь, у тебя там будет свой офис. Свой кабинет я уже оборудовал.

— В стиле техно?

— Конечно. Ведь именно этим я занимаюсь, — заметил Рафаэль с гордостью.

Лейла почувствовала себя уязвленной. Он никогда не оставит свой бизнес, не передаст управление в другие руки, но заставляет ее отказаться от карь еры и нянчить детей. Она ждала, что Рафаэль продолжит описание дома, их спальни, гостиной, детской, но он молчал, задумчиво глядя в морскую даль. Может, и к лучшему. Не хватало снова перейти к спорам о материнстве.