Наш райский сад - Хелен Бьянчин

Аукцион оживил вечер, ведущий активно воодушевлял участников торгов на повышение ставок.

Алешу заинтересовало одно платье – из темно-красного шелка, на тонких бретельках, с украшенным рюшами лифом и мягкой многослойной юбкой в пол.

Лукас сделал ставку и постепенно повышал ее, пока цена не достигла заоблачных высот и последний конкурент не сдался.

Алеша наклонилась к нему и тихо, но с возмущением поинтересовалась:

– Ты с ума сошел?

– Это общественно полезное дело, – с дразнящим спокойствием в голосе ответил он и прикоснулся губами к ее виску. – К тому же это платье тебе пойдет.

Они встретились взглядами, и на один миг комната и все окружающие исчезли. Ее охватило мимолетное сладостное ощущение…

Его губы сложились в легкую улыбку.

– Спасибо. – От полноты чувств Алеша хотела поцеловать его в щеку, но в последний момент он повернулся и встретил ее губы своими губами.

Легкий поцелуй стал чем-то большим. Лукас позволил себе насладиться им, прежде чем отклониться назад.

Ее щеки вспыхнули, и он провел кончиками пальцев по пылающему лицу Алеши, потом провел рукой по ее плечу и остановился на талии.

– Алеша, дорогая! – бесцеремонно вмешался нежный женский голос. – Так приятно видеть тебя такой счастливой и замужем!

Алеша мгновенно собралась с мыслями и, выдавив из себя улыбку, повернулась к женщине, которая подошла, чтобы поздравить ее.

Это была Николетт де Сильва, которая славилась своей бестактностью. Даже самые вежливые ее друзья признавали – Николетт сначала открывает рот, а потом уже думает.

– Кратковременная связь Алеши с этим ужасным человеком была катастрофой, – сообщила Николетт Лукасу якобы по секрету. – Но вы, должно быть, об этом уже знаете?

– Само собой. – Его голос был гладок, словно шелк.

Большинство отказалось бы от самой мысли продолжать разговор на эту тему. Большинство, но не Николетт.

– Ходило много слухов. Некоторые были ужасными. – Николетт дружелюбно улыбнулась. – Я уверена, Сет Армитаж пытался продать свое видение этой истории средствам массовой информации, но у него ничего не вышло. Не так ли, Алеша?

Под скатертью Алеша сжала пальцы. Лукас вновь взял ее за руку, успокаивающе поглаживая пульсирующие вены на запястье.

Поддержка? Что бы это ни было, это так приятно и уютно.

Алеша пыталась убедить себя – на сплетни ей плевать! За три года она услышала их все. Назойливо любопытные предположения, которые она не подтверждала и не отрицала. Лицемерное сочувствие. И каждый пытался что-то выпытать, но она стойко хранила молчание.

– Нет смысла ворошить прошлое, – тихо сказала Алеша. – Ты не согласна?

Николетт тут же смутилась:

– Прости меня. Я не хотела тебя расстраивать. Самое странное – это было правдой.

– Извинения приняты.

– Красный цвет тебе очень пойдет.

– Спасибо. – Прирожденное самообладание позволило Алеше поддержать вполне искреннюю беседу.

– Все сделали ставки. Благотворительная акция прошла с огромным успехом.

– Да, действительно.

– Прими мои соболезнования. Твой отец был прекрасным человеком.

С этим утверждением Алеша согласилась и повернулась к Лукасу с нежной улыбкой:

– Кофе, милый?

Благотворительный вечер закончился ближе к полуночи, и гости потянулись в вестибюль. Они обменивались воздушными поцелуями, звали друг друга в гости, давали обещания и искали в ежедневниках свободные даты.

Машины подавали без малейших задержек. Алеша испытала облегчение, когда перед входом в отель появился знакомый «астон-мартин».

Ей хотелось домой. Ну не совсем домой, хотя бы в то место, которое она делила с Лукасом. Еще сильнее она хотела скинуть одежду, забраться в постель и уснуть.

Если бы только она могла стереть из памяти те фотографии, которые показывали на экране в течение всего вечера! Если бы она оказалась одна у себя в квартире, то включила бы проигрыватель и погрузилась бы в перипетии легкой комедии, а потом уснула бы…

Вот только она больше не была одна.

Машина свернула в сторону Пойнт-Пайпера и подъехала к величественной колоннаде ворот, охранявших въезд в особняк Лукаса. Ворота открывались дистанционно. Одновременно зажигалось освещение вдоль изогнутой дорожки. Машина двинулась в сторону гаража.

Поднимаясь по лестнице, Алеша ощутила беспокойство, от которого безуспешно попыталась избавиться, входя в спальню.

Она особенно остро ощутила присутствие Лукаса, когда он снял пиджак и развязал галстук-бабочку. Непринужденными легкими движениями он расстегивал пуговицы на праздничной рубашке, а она сосредоточенно снимала вечерние туфли и украшения.

В ее воображении с необыкновенной живостью встала высокая полуобнаженная фигура. Черт, она с легкостью могла представить его широкие плечи, сужающиеся к талии рельефные мускулы и тонкие бедра.

Настанет ли когда-нибудь момент, когда Алеша почувствует себя достаточно уверенно, чтобы соблазнить Лукаса? Придет ли время, когда она примет его в ночи и позволит ему наслаждаться своим телом?

Она шумно втянула в себя воздух, потом медленно выдохнула.

«Надо остановиться, ради всего святого! Избавься от платья, найди одежду для сна, спрячься в ванную комнату, сними макияж, почисти зубы, собери волосы в хвост и иди в кровать».

Когда Алеша вернулась в спальню, она увидела Лукаса, удобно устроившегося под одеялом на кровати и положившего голову на скрещенные за головой руки.

– Спокойной ночи.

Она скользнула под одеяло, и он погасил свет.

– Спи крепко.

Как будто ей это когда-нибудь удастся! Возможно, если она будет лежать спокойно и думать только о хорошем…

Но ничего не помогало. Мысли собирались в пестрый калейдоскоп. Перед глазами вставало лицо Сета в черно-белом контрастном свете…

«Уходи!» Тихая мольба, звучавшая только в ее голове, не помогала.

Нельзя было засыпать. Так она, по крайней мере, сохраняла чуточку контроля. Если она заснет, то не сможет контролировать ситуацию, и его образ вернется, чтобы преследовать ее так же, как преследовал в прошлом.

Ей нужно было победить!

Потом Алеша уже не могла вспомнить, в какой момент подсознание безошибочно привело ее в знакомый кошмар. Она помнила, что хотела бежать, помнила свой плач и попытки прикрыть лицо от причиняющих острую боль пощечин, помнила раны от жестоких рук, прижимающих ее к земле, звук ее имени на его губах…

Она резко проснулась – комнату заливал свет. Но это была не комната из ее сна. И не Сет склонялся над ней…