В твоей безраздельной власти - Дебра Маллинз

– Джун! Сара! Скорей сюда!

– Добрый вечер, Хонория. – Мать Сары с улыбкой поприветствовала свою близкую подругу.

– Добрый вечер, миссис Уестерли, – вежливо сказала Сара.

– Марианна вон там, вместе с Лориндой Бейнс, Сара, – сказала Хонория. – Я буду весьма признательна вам, если вы ее займете, пока я поговорю с вашей матерью о новом платье ко дню рождения.

– Да, конечно, миссис Уестерли. – Сара поспешила выполнить просьбу еще до того, как Хонория пустилась в обсуждение всех деталей платья, которое она хотела предложить матери Сары сшить.

Сара направилась к группе молодых женщин, собравшихся возле фургона. Пока она пробиралась через толпу, до нее долетали обрывки разговоров. Элли Пирсон, которая в ближайшее время должна была разрешиться от бремени, была занята разговором с доктором Мерсером и его женой. Слышались раскаты смеха и добродушные подтрунивания владельцев скота, которые расположились на лестнице церкви. Вдова О’Брайен звала своего юного сына Кевина, который пробирался сквозь толпу вслед за мальчишками семейства Тиллис. Когда Сара достигла своей цели, здесь все прочие шумы перекрывали звонкие девичьи голоса и хихиканье. Марианна Уестерли заметила ее и помахала ей рукой.

Сара остановилась рядом с Марианной и слышала, как Лоринда Бейнс делилась секретами семейной жизни. Лоринда всего две недели назад вышла замуж за Этана Бейнса, владельца местного коневодческого ранчо. Сейчас все незамужние леди, в том числе Эммалин и Джулиана Тремонт, раскрыв рты, слушали Лоринду, которая открывала им вещи, о которых лишь намеками им рассказывали их матери.

– Ну, Этан – просто удивительный мужчина, – сказала Лоринда. – Он такой деликатный и обращается со мной, словно с фарфоровой куклой.

– Надеюсь, мой муж будет такой же, – вздохнула Марианна.

– Так и должно быть! Мужчина должен быть всегда джентльменом со своей женой, – заявила Эммалин.

– Ну, не всегда, – с лукавой улыбкой возразила Лоринда.

Молодые леди захихикали. Сара опустила взор на свои сложенные руки. Из всех находящихся здесь женщин она была единственной, кто в точности знал, что имела в виду Лоринда Бейнс. Женщина хотела, чтобы муж относился к ней со вниманием и уважением, но были мгновения, например, на брачном ложе, где более желателен был не столько джентльмен, сколько повеса. Она почувствовала, как ее коснулись щупальца желания, и поспешила подавить их, чтобы не отдаться тем постыдным страстям, которые почти постоянно на нее накатывали.

– Я не могу дождаться, когда выйду замуж, – возбужденно прошептала Марианна. – Хочу узнать все об этом. Мама отказывается обсуждать этот вопрос.

– Естественно! – заявила Эммалин. – Такие вещи не для ушей юных девушек.

– Ты так говоришь, потому что сама не знаешь, Эммалин, – поддразнила ее Лоринда. Дружные смешки заставили Эммалин слегка покраснеть.

– Супружеское ложе священно, и о нем не следует говорить в таком тоне, – парировала Эммалин.

– Поскольку речь идет о кроватях, – проговорила Джулиана, бросив взгляд на Сару, – я хотела бы знать, придет ли Джек Донован на сегодняшнюю встречу.

– О, это самый красивый мужчина! – воскликнула Марианна. – И он на самом деле хочет жениться.

– Я слышала, что он самый богатый человек в городе. Золотые прииски, – с видом знатока добавила Лоринда.

– Говорят, что он не в ладах с законом, – возбужденно сказала Марианна. – Но он кажется таким славным!

– А эта кровать, – вернулась к прежней теме Джулиана. – Господи, одна мысль о ней приводит меня в трепет!

– Джулиана! – попеняла ей Эммалин. – Леди не говорят о таких вещах.

– Ой, Эммалин! – Джулиана пренебрежительно махнула рукой в сторону сестры и перевела взгляд на Сару. – А ты что думаешь, Сара? В конце концов, ты видела ее ближе, чем все остальные.

Было сказано с явной подковыркой. Марианна и Лоринда затаили дыхание, Эммалин приложила руку к груди. Джулиана уставилась на Сару с недобрым блеском в глазах.

Сара почувствовала, как жар приливает к ее щекам.

– В интересах дела – да, я в подробностях разглядела кровать. Она очень красива. Я не могу дождаться того времени, когда он на ком-то женится.

– Я тоже. – Джулиана продолжала смотреть на Сару. Сара встретила ее взгляд, затем посмотрела на других женщин.

– Надеюсь, леди извинят меня, похоже, собрание начинается. – С гордо поднятой головой она пошла прочь.

– Ну что ж, мы знаем, на ком Джек Донован не собирается жениться, – сказала Джулиана достаточно громко, чтобы Сара могла ее услышать. После ее слов послышался громкий шепот.

– Сара! – Марианна поспешила к ней и подстроилась к ее шагу, видя, что Сара не собирается останавливаться. – Не позволяй Джулиане обижать тебя. У нее никогда и ни для кого не найдется доброго слова.

Дочь священника была красивой брюнеткой с серыми глазами и цветом лица, о котором говорят – кровь с молоком. Она была мила и сострадательна, и о ее непорочности и чистоте говорила мягкая улыбка.

Когда-то Сара сама была воплощенной невинностью. Сейчас рядом с добродетельной Марианной она ощущала себя грешницей.

– Не беспокойся об этом, – сказала она. – Я хочу прихватить маму, чтобы мы смогли занять места получше.

– Если ты уверена, что права. – Марианна озабоченно наморщила безупречно ровную бровь.

– Абсолютно уверена. – Сара сжала руку Марианны. Марианна Уестерли была единственной женщиной в городе, которую она искренне могла назвать своей подругой.

– Ну, тогда ладно. Я заеду как-нибудь на этой неделе, и мы приятно и вволю пообщаемся.

– Сделай это непременно.

Молодая женщина улыбнулась и поспешила к своей компании. Сара вздохнула, глядя, как удаляется подруга, чувствуя себя гораздо старше своего возраста. Когда-то она была похожа на Марианну. Марианна любила готовить, шить и мечтала о том времени, когда у нее появятся дети. Когда-нибудь она будет замечательной женой.

Вероятно, Донован сделает предложение именно ей.

У Сары задрожали губы и неожиданно навернулись слезы; она поспешила покрепче прикусить губы. И тут же безжалостно отмела мысли о муже и семье. С ней этого никогда не случится, ей предстоит остаться одинокой до самой смерти. Именно так обстоят дела.

– Сара, сюда!

Сара увидела свою мать, стоящую возле ступенек церкви с одним из владельцев ранчо и машущую ей рукой, приглашая присоединиться к ним. Никогда не прекращающаяся кампания по сватанию дочки диктовалась ее любовью, хотя и была бесполезной. Вздохнув, Сара медленно направилась к матери.

Джун взяла ее под руку, едва Сара подошла к матери, и притянула к себе.

– Ты только посмотри, кто пришел нас поприветствовать, Сара!

Сара вежливо улыбнулась.