Воспоминания о счастье - Джулия Джеймс

— Это воробей. Он каждый день прилетает сюда, чтобы собирать личинки и червяков. Возможно, где-то неподалеку у него есть гнездо. — Софи старалась говорить спокойно и ровно, что давалось ей нелегко. Но еще сложнее было сидеть здесь в постоянном напряжении, в то время как Никос расслабленно вытянулся на стуле, чувствуя себя как дома.

Почему он просто не уедет? Почему не оставит меня в покое?

Вопросы эти остались без ответа. И хотя разум ждал скорейшего отъезда Никоса, другая, слабая и опасная часть ее хотела лишь одного — смотреть на него украдкой, пока он не замечает…

— И ей приходится подкармливать птенчиков? — шутливо спросил Никос.

— Ему приходится, — поправила Софи. — Это самец.

— Откуда ты знаешь?

— У него красная грудка, очень красивая, которая должна притягивать самок. — В голосе Софи отчетливо послышались ядовитые нотки.

Никос улыбался. Сколько раз она видела его улыбку, слышала смех? Его сердце бешено забилось.

О боже, не позволяй мне вспоминать, не позволяй!

Софи подавила вновь нахлынувшие на нее красочные образы и попыталась бороться с неотразимым обаянием Никоса, который притягивал ее к себе, как магнит. Четыре года только добавили ему привлекательности, сделали его еще более мужественным, чем раньше!

— А как же выглядят самки? — Вопрос Никоса вернул ее в реальность.

— Скучные, коричневые, простые.

Никос изогнул бровь:

— Надо же, как сильно отличается их природа от нашей. У людей все наоборот: женщина прельщает своей красотой, а мужчина скучен и неинтересен.

Взгляд Софи встретился с его взглядом. Не ты! Только не ты!

Она взяла еще одну ягоду и постаралась сосредоточиться на ней, а не на Никосе.

— Итак, скажи мне, что ты думаешь об этом месте? — спросил он дружелюбно.

— Что? — переспросила она, снова поднимая на Никоса глаза.

Он тоже взял еще одну ягоду.

— Ты здесь уже четыре дня. Скажи, что ты узнала о доме? Думаю, ты уже осмотрела его, а не отгородилась от мира в этом маленьком садике? Итак, каково твое мнение? Кто знает, возможно, когда я восстановлю это здание и открою тут отель, ты будешь первым постояльцем, — легко и непринужденно проговорил Никос.

Внезапно он в красках представил Софи в качестве гостьи в отеле. Неожиданная мысль посетила его: что было бы, если бы прошлое не лежало между ними? Что, если они бы познакомились в старинном особняке, превращенном в отель? Новое притяжение, не испорченное ядовитыми воспоминаниями, вспыхнуло и позвало за собой.

Как ей удается быть такой прекрасной, не прилагая никаких усилий? Как сейчас, когда она совершенно естественна, а он не может отвести от нее глаз…

Никос встал и, доедая последнюю ягоду, протянул Софи руку.

— Пойдем пройдемся. Ты расскажешь мне, что тебе нравится в этом месте, а что нет, — сказал он.

Немного замешкавшись, Софи поднялась. Никос указал на садовую дверь, ведущую в главную часть поместья. Они дошли до террасы у фасада здания, завернули за угол и оказались у главного входа. Внезапно Софи увидела то, что заставило ее остановиться.

Она узнала ту машину, на которой приехал Никос в день их первой встречи. Воспоминания накрыли Софи с головой — о том первом разе, когда она видела Никоса, направляющегося к дому ее отца. Первый раз, когда она сама находилась в этой машине.

И последний.

Тот раз, когда он вез ее домой поздно вечером, а ее сердце бешено колотилось от осознания того, что она намеревалась сделать.

И рев мотора этого автомобиля был последним звуком, который услышала Софи, когда Никос умчался прочь, оставив ее плачущей, брошенной, разбитой, бессильно цепляющейся за стену после того, как он оттолкнул ее…

— У тебя все та же машина.

Эти слова сорвались у нее с языка прежде, чем она сумела взять себя в руки и сдержаться. Никос повернул голову, замедлив шаг. Софи побледнела.

— Теперь она считается коллекционной моделью. Зачем мне модернизировать машину, когда я могу и так законно пользоваться ею? — услышал Никос свой собственный голос.

— Ты мчался на ней по трассе, — снова вырвались необдуманные слова из ее уст, навевая воспоминания о счастье.

Стоя у края дороги, Софи с замиранием сердца наблюдала, как Никос мчался по трассе с такими крутыми поворотами, что ей каждый раз казалось: он вот-вот обязательно потеряет управление. А когда Никос взял ее с собой на следующий круг, сердце Софи наполнилось бурной радостью, и она поминутно вскрикивала то от страха, то от восторга, наслаждаясь его мастерством и силой.

Их взгляды встретились.

— Давай сначала осмотрим сад, — произнес Никос.

Он направился вперед по заросшей тропинке, а Софи неуверенно последовала за ним.

Вокруг было очень красиво.

— Здесь еще так много надо сделать! — воскликнула Софи.

Никос оглянулся.

— Слишком много для тебя одной, — шутливо отметил он.

Не выдержав его взгляд, Софи отвернулась. Нет, пожалуйста, нет! Я не хочу снова ощутить его власть над собой! Нет!

— Думаю, работы тут достаточно для пяти-шести профессиональных садовников, — заставила себя беззаботно произнести Софи.

— Скорее, для целой дюжины, — сухо добавил Никос, остановившись у развилки. — Я так понимаю, ты уже все здесь осмотрела? Что скажешь?

— Слева находится небольшое озеро. По-моему, сейчас там совсем немного воды. Оно все заросло ирисами и камышом.

— Давай посмотрим, — сказал Никос, поворачивая налево.

Софи послушно последовала за ним, хотя часть ее прекрасно понимала, что было чистым безумием гулять с Никосом по таким красивым, заброшенным садам.

Все это казалось нереальным…

— Ты была права, это уже не озеро. — Голос Никоса прервал поток ее мыслей. — Его надо будет углубить. Но все равно… — Он на миг замолчал, оглядываясь вокруг. — Однажды, здесь будет очень красиво.

Взгляд Никоса снова остановился на Софи.

— Я правильно сделал, что приобрел этот участок? — шутливо поинтересовался он, мягко глядя на Софи, у которой перехватило дыхание.

Несколько секунд она стояла неподвижно, наслаждаясь его улыбкой, вбирая в себя тепло его глаз…

Когда-то он так на меня смотрел все время…

Уже знакомая боль заставила сердце Софи сжаться, и она отвела взгляд.

— Здесь очень красиво, — выдавила она.

Почувствовал ли Никос нечто похожее? Вероятно, да. Он резко развернулся и сконцентрировал свое внимание на молодой поросли вязов, которые начали отвоевывать новые территории на другой стороне озера.