Заклятая подруга - Арина Ларина

Была лишь одна загвоздка. Сама виновница торжества почему-то отсутствовала. Поскольку до сих пор Лизавету старательно покрывали коллеги и подружка-начальница, всемогущий босс был не в курсе, что предмет вожделения регулярно опаздывает к началу трудовой вахты. Герр Танненшток начал страшно волноваться и сновать по коридору чаще. И даже стал задумываться, не заменить ли неизвестно почему пропавшую мадемуазель на кого-нибудь другого, поскольку дамы не было, а настрой на веселый вечер присутствовал.

– Ой, Рит, а что там написал наш Славик? – вдруг вспомнила Лера, оторвавшись от кипы факсов.

– Понятия не имею, – пожала плечами Рита. – У меня Лешка температурит и соплями заливается. Мне не до Лизкиных афер. Я вообще предлагаю перенести продолжение романа в письмах на январь. А то сейчас Новый год, дел столько, не до нее, честное слово! Пусть эта Даная уедет в Швейцарские Альпы, например! А Слава скучает и налаживает отношения с Лизкой. Или Лизка налаживает отношения с ним. Как выяснилось, чтобы его потрясти, достаточно в голом виде помаячить на фоне окна, а потом красиво завернуться в портьеру. Не так уж сложно. Пусть еще пару стихов выучит. У реальной тетки, сопящей под боком, гораздо больше шансов, чем у какой-то там левой виртуальной фантазии, умотавшей в горы.

– Кстати, хороший вариант. Это даже лучше, чем доводить дело до встречи в реале. Ведь если он добровольно вернется в семью, это одно, а если они столкнутся лбами на романтическом свидании и начнут выяснять отношения и качать права – совсем другое. Первый вариант предпочтительнее. И, между прочим, он в Лизаветиных интересах. А то неизвестно, чем закончится встреча на Эльбе. Даная напишет, что уехамши, а Лизка пусть заставит своего Рембрандта поревновать. Когда у мужика из рук будут выскальзывать обе рыбки, он попытается хапнуть ту, что ближе. А ближе, как нам известно, Лизок!

– Вот и я говорю. И ей хорошо, и мне удобно. Потому что ни сил, ни времени нет. У нас утренник, а Лешка заболевает. Такая трагедия будет, если его без праздника оставить! И от Андрея никакого толка. Все же папашки – пустое место в вопросах воспитания. Вот как детей делать, без них не обойтись. А все остальное – лучше без них, а то проблем больше. Мне даже страшно подумать, как он ребенка сегодня лечить станет. Я все расписала и даже табличку со временем составила, что когда давать, но это же мужик! Он что угодно выкинуть может. Помнишь историю с лекарством?

Горецкая хихикнула. Историю с лекарством помнил весь отдел.

Мама попросила Андрея купить лекарство. То ли паринит, то ли наринит, точно Рита не помнила, так как очень сильно веселилась. Муж возмущенно рассказывал, какие в аптеке работают бестолковые тетки. Разубеждать его Рита не стала, бережно донеся историю до работы и поделившись с подружками. Ведь, как известно, смех продлевает жизнь. А уж посмеяться над мужиками – вдвойне приятно!

Понадеявшись на свою память, название препарата Андрей не записал, поэтому в аптеке диалог с провизором зашел в тупик.

– Мне лекарство, – бодро начал Андрей и наморщил лоб, старательно стимулируя извилины. Название из глубин памяти не всплывало. – Это… ри… ду…ринит…

– От ринита? – радостно отреагировала доброжелательная тетенька.

– Наверное, – пожал плечами покупатель.

– Точно?

– Ну да, точно, – отмахнулся он. Какая разница, если название похожее? Звонить маме он поленился.

В результате обалдевшая свекровь вместо таблеток от сердца или от желудка получила капли от насморка, а Рита – повод для веселья. Но одно дело, когда вопрос касается свекрови – она сама такое чудо воспитала, а другое, когда речь идет о собственном ребенке. Но смешно не будет, если Андрей накормит отпрыска свечами от температуры или закапает в нос микстуру от кашля.

– Чего нахохлилась? Небось не отравит он собственную кровиночку-то, – усмехнулась Лера. – Расслабься и подумай о себе. Иди вон макияж освежи, а то страшна ты, мать, нынче.

– Ой, да кто меня видит-то! – отмахнулась Рита.

– Вот в этом твоя главная ошибка! – рассердилась Горецкая. – Нельзя списывать себя в расход раньше времени. Представляешь, сидишь ты вся такая разобранная, а тут мимо принц на белом коне!

– У меня муж дома, – напомнила Маргарита. – Это во-первых. А во-вторых, никаких принцев я тут не замечала. Горизонт чист. – И она насмешливо ткнула пальцем в стекло, за которым тянулся унылый коридор и чах одинокий фикус.

Как назло, там тут же пробежал статный начальник охраны. Потом в противоположную сторону проскакали менеджеры из ресторанного отдела. И, как кульминация этой фантасмагории, на фоне фикуса снова начал бродить сияющий Танненшток.

– О! – воскликнула Горецкая. – Смотри, что делается! Прямо парад планет. Только коня не хватает. Белого. Но это на случай, если ты решишь придраться к мелочам.

– Конь у меня уже есть, – вздохнула Рита, провожая взглядом странно довольного шефа.

Сиял Танненшток по одной простой причине – в конце кишкообразного коридора показалась его наяда. Она задумчиво переставляла длинные ноги, словно журавлик на болоте, и совершенно никуда не торопилась. Лизетта была прелестна в своей отстраненности и ангельской непосредственности.

– Вы опаздываете! – строго заявил ей босс и добавил: – Через пять минут жду вас в своем кабинете.

Лиза посмотрела сквозь него и пожала плечами, солнечно улыбнувшись. Похоже, сотрудницу не напугал его грозный тон. Ну и ладно. В конце концов, он в любом случае начальник. И она ему нужна не для того, чтобы пугать.

– Ха, явление Данаи посетителям музея, – оживилась Валерия. – Нарвалась на шефа?

– Да, – кивнула Лизавета. – Он меня к себе вызывает.

– Пристрелит, наверное, – убежденно заявила Рита. – Потому что количество твоих опозданий давно перешло в качество, и наш терпеливый немец не выдержал подобной систематической наглости.

– Да и пусть! Что Слава? Сегодня он спал с недовольным лицом, когда я уходила. Надеюсь, обошлось без самодеятельности и ты ему ничего такого не написала? – строго поинтересовалась у нее Лиза.

– Наверное, Даная приснилась ему не голая, а в латах. И с поясом верности во всех местах, – предположила Горецкая. – Потому и недовольный. Кому понравится такой эротический кошмар?

– Да ну вас, – буркнула Лиза и полезла в Интернет.

– Я ничего ему не отвечала вообще. Даже не смотрела. Мне не до этого было, – утешила ее Маргарита.

Лиза обрадованно засопела и уставилась в монитор.

– Ну, и что там? – Подруги с любопытством подтянулись к ее рабочему месту.

– Тормозит, – расстроенно проворчала Лизавета. – Опять фигня какая-то неопределенная.

– Картина? – Лера, прищурившись, приблизилась к монитору. – Ох ты, прогресс! Буковки! Неужели стихи?

– Белиберда какая-то, – констатировала Рита. – На стихи не похоже.