Ультиматум безрассудной ночи - Ким Лоренс

«Вполовину меньше, чем меня от тебя, — думала Хлоя. — Как же ты чертовски хорош и свежевыбрит».

— Не глупи. — Очень хотелось поддаться его настроению и отвечать в том же духе, но она взяла себя в руки и спокойно продолжила: — Просто в данной ситуации…

— И как же часто ты попадала в подобную ситуацию, леди Хлоя?

— Я, наверное, удивлю тебя, но никогда. И не тыкай мне в лицо моей воображаемой привилегированностью.

— Из-за тебя Женя думает, что все это шуточки.

Она с жалостью посмотрела на него. Для образованного, разумного человека он ведет себя крайне глупо.

— Она не думает, что это шутки, просто изрядно напугана, а ты делаешь из мухи слона.

— Моя племянница попала в полицию, и ты утверждаешь, что это глупости?!

— Ей сделали предупреждение, и, по словам сержанта, с которым я разговаривала…

Ник нетерпеливо фыркнул.

— Хлоя сменила тактику.

— Послушай, Татьяна не хочет делать из этого трагедию. Ты можешь заставить Женю поехать с тобой, но поверь мне, девочки-подростки склонны из всего делать мелодраму, и ваша дорога обернется для тебя сущим адом.

— Какие-то проблемы? — услышали они голос сержанта.

Она смотрела на Ника. Ее губы были слегка приоткрыты. Хлоя дала ей немного времени, чтобы прийти в себя, ибо знала, каково это — быть очарованной Ником с первого взгляда, а потом спокойно сказала:

— Вы же понимаете, сержант, как это бывает, ты ждешь автобус, а приходят сразу два, и ты не знаешь, в какой из них сесть. У Жени сейчас та же ситуация. Это ее дядя Ник, и мы как раз обсуждаем, с кем она поедет.

Хлоя демонстративно повернулась к Нику.

— Так, значит, ты не против, что девочка поедет со мной?

Ник подыграл.

— Да, конечно. Фред, мой водитель, может следовать за нами.

Ее уверенность тут же улетучилась. Ник знал, что для нее провести с ним целый час в одной машине станет нелегким испытанием. При мысли об этом его глаза хитро заблестели.

— Хочешь, чтобы я отвезла тебя в аэропорт с Женей? — пискнула Хлоя.

И закрыла глаза, медленно выдохнув через нос. Так она успокаивалась. Он поймал ее, теперь ей нужно как-то с этим смириться.

«Час — это всего шестьдесят минут», — подумала она, но это явно не в ее пользу. Хлоя ре шила не переводить в секунды, иначе совсем расстроится.

За рулем она и без пассажиров нервничает, а уж с двумя, да еще какими, это та еще пытка. Ник на переднем сиденье был не самым спокойным пассажиром. Она чувствовала его напряжение с тех пор, как он кое-как уместился в ее маленькой машинке, то ли ему не нравятся женщины за рулем, то ли он бесится из-за того, что места для ног недостаточно.

«Так ему и надо», — радовалась Хлоя, стараясь не обращать внимания на него и на пряный аромат его одеколона.

По выражению ее лица он догадался, что она не в восторге от его компании, но отступать не хотел. Да, ему неудобно, левую ногу начало сводить, ступня немела, и, как бы он ни пытался сменить положение, неприятные ощущения не уходили. Кроме того, раздражала мучительно медленная скорость. В конце концов Ник не выдержал.

— Ты едешь как старушка.

— Сексизм и дискриминация по возрасту в одном предложении, ты не устаешь меня удивлять, — отозвалась Хлоя.

— Но мы все это время едем на второй передаче.

— Наслаждайся видом из окна, — посоветовала она и с ненавистью покосилась в боковое зеркало на черный лимузин. — Он всю дорогу будет за нами ехать?

— Именно.

— Твой водитель тоже бывший военный?

— Почему?

— Не знаю, у него такой вид, суровый, жесткий, такой и пулю зубами сможет поймать.

Ник улыбнулся. Фреду наверняка понравилось бы ее описание.

— Он ветеран.

— Ты нанимаешь много бывших военных.

— Я не занимаюсь благотворительностью, — заявил он таким тоном, будто это что-то обидное. — Я нанимаю людей, на которых могу положиться.

— Ты скучаешь, — не удержалась она и тут же закусила губу. — Извини, не хотела напоминать тебе о…

— Значит, Таня все же проговорилась.

— Она упоминала о том, чем ты занимался раньше.

— Расслабься, ничего ты не напомнила. Потеря друга — это не то, что можно забыть.

«Или простить», — добавил он про себя и тут же ощутил тяжкое чувство вины.

Она снова посмотрела в зеркало. Женя развалилась на заднем сиденье с закрытыми глазами и наушниками в ушах, но, даже несмотря на музыку, слышала, о чем они говорят.

Хлоя чувствовала себя не в своей тарелке всю дорогу, приложила руку к груди, где начиналось горло, будто что-то ее душило. Ник тут же это заметил, в глаза бросилась синяя пульсирующая венка, и желание стрелой пронзило его.

— Если Татьяна просила тебя о каком-то еще одолжении, пожалуйста, не утруждайся.

— Какое еще одолжение? — заинтересовалась Хлоя.

— Не важно. Моя сестра любит, знаешь ли, убеждать и уверена, что все делает правильно, но это не всегда так.

— Она хочет, чтобы ты выговорился о своих приключениях. С кем-то.

Для мужчины, привыкшего все переживать внутри, контролировать все вокруг, ее предложение прозвучало как анафема. Ник цинично улыбнулся.

— Как деликатно ты выразилась. Но я не хочу проговаривать и забывать.

— Терапия — это не про забвение, а про то, как жить с воспоминаниями.

— Ты-то что об этом знаешь?

— Мы планируем открыть кабинет психологической помощи. Это неотъемлемая часть реабилитации.

— Моя терапия — стакан виски и ночь в компании женщ…

— Ник, — оборвала Хлоя, кивнув в сторону Жени.

А Женя продолжала сидеть с наушниками в ушах и закрытыми глазами, тихонько подпевая и покачиваясь в такт. Музыка орала так громко, что Хлоя и Ник тоже ее слышали.

— Не понимаю, почему Татьяна разрешает слушать так громко, — возмутился Ник. — Такими темпами она оглохнет к двадцати.

— Ты бы так не говорил, будь отцом подростка.

Улыбка тут же улетучилась с лица Хлои. Мысль о Нике с ребенком любого возраста опечалила ее.

— Моя сестра — хорошая мать.

Хлоя удивилась, как мягко и уважительно он это сказал. Совсем на него не похоже.

— И Ян тоже, — добавил он.

— Никогда о нем не слышала.

— Он хороший парень, они были прекрасной парой, и, если уж у них не получилось в браке, не понимаю, почему другие все еще стараются.

— Любовь, — предположила Хлоя.