Марго Мертц все уладит - Иан Макуэти

Примитивная шуточка – самое то для парня, который изъясняется простыми фразами. Однако я торопливо стерла текст, не успев отправить. Не могу. В Инстаграме я ничего не выяснила. Раз не удается понять его излюбленный типаж, настала пора взглянуть на его Нетфликс.

У меня есть одна теория: если вы хотите близко узнать человека, понять его предпочтения и мечты, надо проверить историю его просмотров. Не на Ютьюбе: не важно, кто дает вам уроки по макияжу или делится секретами прохождения видеоигр. Нет, тут нужны стриминговые сервисы, подобные Нетфликс. Вот куда надо идти, когда хотите заглянуть человеку в душу. Вы запоем просмотрели двести одну серию «Офиса», причем эпизод про «Ночь в казино» – целых тридцать три раза? Тогда ваш идеал мужчины – Джим Халперт. Высокий, забавный, преданный и удивительно родной из-за дурацкой стрижки. Потоковое вещание раскроет все ваши секреты.

У меня самой в истории просмотров в основном всякие документалки про женщин-бизнесменш и бесконечные повторы любимого фильма всех времен и народов – «Мизери»^[37]. Решайте сами, что это обо мне говорит.

Богатенький мальчик Эйвери, как выяснилось, имел подписки на всех доступных ресурсах, но, по счастью, взломать аккаунты было легче легкого. Не пришлось даже использовать «Метафору», программу для подбора паролей. Я ради шутки набрала в соответствующем поле Averyparol, и… пароль подошел. (Серьезно, Эйвери?!) Увиденное… не порадовало. В основном Эйвери смотрел реалити-шоу. Причем самые убогие. Всякие «конкурсы», где тупые уроды соревнуются за деньги, девиц или халявную выпивку. Такие как «Испытание соблазном: пляжная версия» или «Барахолка». Особенно Эйвери нравилось шоу «Измени мне» про компанию парней, которые живут целый месяц в дорогом отеле в обществе топ-моделей – всяких Лекси, Эмбер и Шиффер, проверяя, хватит ли им решимости устоять перед соблазном и не изменить своим невестам. Если удержатся, парни получат пять тысяч долларов и бесплатную поездку в медовый месяц. Девицы… не получают ничего. Они участвуют в шоу ради выпивки и, как однажды выразилась Лекси, «возможности перепихнуться с кем-нибудь разок-другой». Шоу идет вразрез со всеми принципами феминизма – а Эйвери пересмотрел все эпизоды как минимум дважды. Дважды! Пять сезонов!^[38]

Эйвери меня не порадовал, но, по крайней мере, я получила пищу для размышлений. Раз ему нравятся хмельные блондинки с четвертым размером, пусть получит брюнетку с третьим. Буду хихикать над всеми его шутками. А потом, чтобы он проникся, трогать за руку и с придыханием говорить: «Ты такой забавный!»

Последний пост Эйвери был про сбор средств на нужды футбольной команды. Им понадобились то ли новые щитки на ноги, то ли еще какое-то снаряжение. Деньги собирали на автомойке – самом идеальном месте, чтобы проявить мою новую личность. Подобные мероприятия славятся импровизированными конкурсами мокрых футболок.

Я порылась в шкафу, с трудом, по кусочкам, собрав наряд: нечто среднее между «иду в клуб» и «элитная проститутка». Потом попрактиковалась изображать восторг и к концу дня окончательно приготовилась предъявить миру «настоящую Марго из школы Рузвельта».

Когда в субботу я приехала на автомойку, меня встретила компания парней, в которую затесалось несколько девушек^[39], в основном скучавших на парковке. Некоторые держали самодельные плакаты, где криво, второпях, было написано: «Помогите СОБРАТЬ деньги на БЛАГОЕ дело» и «Футбо-мойка». Кто-то и впрямь пытался мыть машины, безбожно царапая «Лексусы» своих матерей.

Мне было не по себе (прежде я никогда не участвовала в сборе средств). Особенно из-за того, что я привлекала к себе внимание. Грудь притягивала взгляды не хуже магнита, и, шагая через парковку, я чувствовала, как меня буквально пожирают глазами. Трейдин Рид вытащил телефон, и я испугалась, что он начнет меня фотографировать, хотя на самом деле он просто кому-то писал. И все же я задумалась: не попаду ли с таким декольте на «Шлюшки Рузвельта»? А если мне увеличат в фотошопе задницу? Или обольют водой, чтобы майка стала прозрачной? На секунду я поняла, какой стресс испытывают мои одноклассницы из-за сайта. Женское тело становится объектом для каждого, кто держит телефон. Противное чувство.

Я встряхнулась, прогоняя лишние мысли, и наконец увидела Эйвери. Тот старательно мыл машину. Рядом стояли Рэй Эванс и Кори Сейлз, они держали наготове шланги. Пора не пора, иду со двора. Подтянув лифчик и нацепив улыбку до того фальшивую, что на душе стало тошно, я зашагала в их сторону. Кори, вечно красный и загорелый, довольно приземистый, и Рэй, долговязый и смуглый, смотрелись рядом как Берт и Эрни из «Улицы Сезам», только с ногами и безо всякого желания обучать тебя азбуке.

– Привет. Простите, что опоздала. Сумасшедшая выдалась ночка. У-ух! Голова теперь трещит с похмелья. Ну все, я пришла. Вам тут помощница, случайно, не нужна?

Я многозначительно приглушила голос и словно невзначай погладила Рэя и Кори по руке. Думала, меня сейчас спросят, что я делаю, но Кори и Рэй расплылись в счастливой улыбке и не стали задавать лишних вопросов.

– Эйвери все делает сам. А мы смываем пену из шланга, – пробормотал Рэй.

– На подхвате, в общем, – объявил Кори, брызнув Рэю в лицо водой.

Толку от них было мало.

– Вау! Вы, ребята, такие смешные! С ума сойти!

Громко рассмеяться. Взять одного за руку. Другого погладить по плечу.

У Кори и Рэя загорелись глаза; они к такому вниманию не привыкли и теперь тряслись от страха и возбуждения. Что до Эйвери… он словно ничего не замечал. Хм-м-м…

Из ниоткуда прилетел футбольный мяч. Кори перехватил его у груди и бросил Рэю. Они принялись гонять мяч по площадке, видимо решив поразить меня своими спортивными талантами. Весьма в духе пещерных людей, пытавшихся продемонстрировать силу и превосходство.

– У тебя в волосах пена, – заявила я, ткнув в Эйвери пальцем.

– Если хочешь помочь, у нас есть губки, и снаружи еще много машин, так что…

Эйвери, видимо, пытался понять, будет ли от меня толк в отличие от сладкой парочки неандертальцев.

– Да! Конечно! С радостью! – Я подскочила к Эйвери, наматывая прядь волос на палец. – Правда, знаешь, я не о-о-очень хорошо умею мыть машины. Пыталась как-то раз помыть папин «БМВ», а он потом орал, что я взяла не то средство. А я такая: «Папуля, это же гель для душа!» Понюхай, как вкусно пахнет!

Я сунула запястье Эйвери под нос, предлагая насладиться ароматом «ванильного сахара».