Встретимся на берегу залива - Розанна Батиджелли

– Почти.

Она заметила винтовую лестницу в углу кабинета.

– Лестница ведет в мою спальню, – небрежно заметил он. – Когда не могу уснуть, я предпочитаю спускаться сюда и проводить время с друзьями. – И он широким жестом обвел книги.

Потом, приказав Луне оставаться на месте, он вывел девушку из кабинета. Они поднялись на второй этаж по широкой лестнице. Кэссон показал Жюстин две роскошные гостевые спальни и гостевую ванную и подавил улыбку, когда ее глаза округлились при виде прозрачных стен в душевой кабине. Задняя стенка была спроектирована как часть большого окна, из которого открывался чудесный вид на озеро и холмы.

Он подвел ее к массивным двойным дверям, ведущим в его спальню.

– Не волнуйся, у меня нет никаких гнусных намерений, просто из этой комнаты открывается самый лучший вид на озеро.

Жюстин была впечатлена кабинетом, гостевыми комнатами и ванной комнатой. Однако, осмотрев его спальню, буквально лишилась речи. Кровать размера «Кинг-сайз» с балдахинами, комоды в деревенском стиле, огромная гардеробная, огромные окна с раздвижными дверями. Отсюда можно было попасть на громадную площадку, которая простиралась от одного угла дома до другого. В углу площадки размещалась ванна с гидромассажем, барная стойка с баром, шезлонги и раскладывающийся диван.

– Летними ночами я предпочитаю спать на свежем воздухе.

– Ого! Никогда не видела ничего подобного. Должно быть, ты с большой неохотой покидаешь это место.

Кэссон колебался, размышляя, стоит ли говорить о том, что как бы ни любил свой дом, он чувствует, что здесь чего-то не хватает. Или кого-то.

Хотя зачем вдруг именно сейчас открываться перед Жюстин? Правда, он уже немного проболтался, когда рассказывал о кепке и машинке Франклина, а ведь с детства приучен держать мысли под контролем.

Жюстин подошла к краю площадки и ахнула. Кэссон последовал за ней. Внизу располагался уютный дворик с бассейном. Везде пышные кусты, ландшафтные газоны и сады с работающими фонтанами и зонами отдыха. Мужчина, подстригающий кусты, помахал им.

Кэссон махнул в ответ.

– Это Филипп, мой садовник, авторемонтник, сторож и просто хороший парень. Мне повезло, что я нашел его. И его жену Сью. Она убирает в доме и готовит мне ужин, когда я сам не хочу этим заниматься.

– С таким домом, я удивлена, что тебе вообще приходится думать об этом.

Слова слетели с языка быстрее, чем девушка смогла остановить их. Она почувствовала, что краснеет.

– Прости, я имела в виду…

Он захохотал.

– Что женщины окружают меня ради джакузи и бассейна? Обычно у меня нет времени на подобные развлечения. Бизнес связывает руки. Хотя иногда я их развязываю.

Сердце Жюстин затрепетало при мысли о нем и другой женщине. Она отвернулась. Почему она вообще об этом подумала? Девушка ощутила на себе его взгляд и приближение к себе и неуверенно оглянулась. Его губы вдруг оказались прижатыми к ее губам, он крепко прижал ее к себе. Она ахнула и поняла, что все ее мышцы расслабились. Закрыв глаза, поддалась желанию и жадно ответила на его поцелуй, теперь более глубокий и сильный.

А потом осознала, что он отодвинулся, причем так резко, что она едва не упала, потеряв равновесие.

– Прости, я не должен был.

– Я тоже. Давай зайдем в дом.

И они вернулись… Кэссон подошел к камину и взял кепку Франклина.

– Вот зачем я приехал, – весело пояснил он. – И за «мустангом». Грузовик мне пока не понадобится.

Жюстин обрадовалась, что на обратном пути он включил испанскую музыку. Луна уснула на заднем сиденье. Девушка и сама желала бы уснуть.

Немного неловко сейчас сидеть рядом с Кэссоном в этой быстрой машине.

Она прикрыла глаза, наслаждаясь музыкой и ветром, который обдувал разгоряченное лицо. Когда «мустанг» стал притормаживать, подъезжая к Винтер-Хэвен, Жюстин с удивлением поняла, что, должно быть, и правда задремала. Она попросила Кэссона высадить ее у офиса, он так и сделал. Она сама открыла дверь и выскочила, прежде чем он успел помочь. Кэссон пожал плечами и снова сел за руль.

– Спасибо за поездку и завтрак. – Жюстин слабо улыбнулась.

Двое подростков проехали мимо на велосипедах и помахали руками.

– Эй, мистер, – воскликнул один из них, останавливаясь недалеко от «мустанга». – Она просто красавица!

Кэссон снял солнцезащитные очки и посмотрел в глаза Жюстин.

– Это так.

И, повернувшись, показал мальчишке большой палец.

Что? Он сделал ей комплимент? Или солнце напекло ей голову?

Кэссон включил зажигание и аккуратно выехал на дорогу. Едва он скрылся из поля зрения, Жюстин направилась к своему коттеджу. Ей нужно время расставить все по своим местам. А еще она поняла, что сгорает от любопытства, так хотелось знать, кто его гости. Ничего, скоро все прояснится.

Девушка подошла к камину и посмотрела на картину. Она всегда смотрела на нее, размышляя о чем-нибудь. Рассматривая ее сейчас, почувствовала ком в горле, думая о брате Кэссона, страдающем в столь юном возрасте. И вся семья тоже страдала. Бедный Кэссон! Ему было девять лет, когда они узнали о болезни Франклина, и десять, когда брат умер. Десять! Ее сердце заныло при мысли о том, как, должно быть, их изменила смерть мальчика. И как Кэссон чтит память брата спустя столько лет.

Она четко уловила намек на уязвимость Кэссона, когда он рассказывал о кепке и машинке брата. Может быть, он прав, говоря, что не тот, кем она его считает.

Жюстин интуитивно почувствовала, что Кэссон не хочет раскрываться, откровенничать с ней. Да и с какой стати? Она не доверяет ему, его мотивам, так с чего бы ему доверять ей?

Она оторвала взгляд от картины и пошла наверх.

К тому времени, как девушка вышла из душа и высушила волосы, был почти полдень. Она подъехала на велосипеде к офису и стала ждать, когда Мэнди закончит телефонный разговор. А пока пробежалась взглядом по книге регистрации. В графе «Гости» напротив имени Кэссона было написано «Ронни и Энди Уолш».

Мэнди завершила звонок, и Жюстин коротко рассказала ей о встрече с Робертом. Подруга сидела с открытым ртом.

– Как хорошо, что Кэссон пришел вовремя и смог спасти тебя. – Она крепко обняла Жюстин. – Я так рада, что с тобой все в порядке!

Мэнди бросила взгляд на закусочную.

– А вот и твой герой. Обедает со своими гостями. Вот они!

Жюстин посмотрела в сторону закусочной. Кэссон весело смеялся.

«Это не два брата, а женщина и маленький мальчик!»

Ронни – это женщина. А мальчик примерно пяти-шести лет, должно быть, ее сын. Энди.

Они выглядели как семья. Жюстин ощутила головокружение. Когда они подошли ближе, она попыталась улыбнуться, искренне надеясь, что улыбка не выглядит фальшивой.