Сумрак - Пенелопа Дуглас

– Майкл и Эрика, – сказала она. – Дэймон и Уинтер. Кай и Никова. Уильям и Эмери.

Уилл сделал замечание.

– Мы уже прошли эту часть, – сказал он ей. – Вы можете начать с того места, на котором остановились?

– Уилл… – пробурчала я себе под нос.

Он посмотрел на меня.

– Меня ждут «Годзилла против Конга» в кинотеатре.

Мой рот открылся.

– Уже? Еще же несколько недель до выхода!

Он бросил на меня взгляд типа «я тебя умоляю».

Я фыркнула, взглянув на судью.

– Ага, поторопитесь.

Мне понравится быть Грэйсон.

Среди нас разнесся смех, и судья кивнула.

– Майкл и Эрика… объявляю вас мужем и женой, – сказала она им.

Они поцеловались, и судья перешла дальше.

– Дэймон и Уинтер, объявляю вас мужем и женой.

Я закусила губу, медленно приближаясь к Уиллу и готовясь.

– Кай и Никова, – она продолжила, – объявляю вас мужем и женой.

Кай зарычал, прежде чем крепко поцеловать Бэнкс.

– И Уильям и Эмери, я объявляю вас… мужем и женой.

Я потянулась и поцеловала его глубоко, всхлипывая, когда он обнял меня, кольцо на моем пальце укрепляло то, что, как мы знали, никто не в силах разрушить.

Ни в химической лаборатории, ни в кинотеатре, ни в мою первую ночь в Блэкчерче, когда он стоял в тени кухни.

– Живите ради своей любви, – сказала судья, – любите эту жизнь и поднимите ад на уши.

Я засмеялась, в животе порхали бабочки, сердце бешено колотилось со скоростью миля в минуту.

По городу раздались возгласы и аплодисменты, толпы людей все еще слонялись у «Стикса» и в таверне, поскольку было еще около полуночи.

– Начните свое приключение, – сказала нам судья.

– Спасибо, – сказала я, обращаясь к ней.

Мы все обнялись, обняли судью, и я заметила, что Миша, Райен, Мика и Рори подошли к нам, когда мы спускались по лестнице. Дед Уилла, оставив группу мужчин возле «Белого ворона», вытащил сигару изо рта и тоже направился к нему.

Я не знала, что он все еще здесь.

– Поздравляю, – сказал он Уиллу, крепко обнимая внука.

– Спасибо, – сказал ему Уилл.

Сенатор Грэйсон подошел ко мне, взял меня за руку и поцеловал в щеку.

– Поздравляю, дорогая.

– Спасибо, сэр.

Он посмотрел на Уилла.

– Я дам тебе возможность обустроиться, обставить дом и все такое. Поговорим через пару недель, ладно?

– Понял.

Они снова обнялись, и Уилл сказал ему:

– Спасибо за все.

– Привет, дружище, – крикнул Мика, жестом указывая на Уилла.

Уилл встретился со мной взглядом, глядя то на меня, то на своего дедушку.

– Я скоро вернусь. – Он поцеловал меня в лоб.

Я смотрела, как он направился к Мике, вероятно, чтобы узнать, как обстоят дела с полицией.

Я посмотрела на сенатора.

– Мне как-то плохо, что я настояла на этом, – сказала я. – Его родителей здесь не было.

Все казалось слишком идеальным, когда это предложила Рика. Но если бы он хотел свою свадьбу со всем шиком, мне бы это тоже понравилось.

Он слегка пожал плечами.

– Мой сын и его жена любят этого маленького принца, – поддразнил он. – Обещаю, они будут счастливы, что он счастлив. И… конечно, вы всегда можете провести еще одну церемонию. Я могу тебя уверить, его мать не откажет в достойном приеме, так что будьте готовы.

Я засмеялась. Это было здорово. На самом деле, звучало очень мило.

– Позаботься о нем. – Он коснулся моей руки, наклонившись к ней. – Он мой любимчик.

– Ух, – сказал Миша, проходя мимо нас, явно слушая наш разговор.

Я сдержала фырканье, мистер Грэйсон бросил взгляд на своего другого внука.

– Этот похож на меня, – прошептал он. – Слишком похож на меня.

– Так что вполне очевидно, что вы не ладите, – пошутила я.

– Не ладим, – он с доброй улыбкой посмотрел вслед Мише. – Однако мне нравится его стиль. Когда-то у меня была красивая черная кожаная куртка.

Я могла это представить. Этому мужчине должно быть восемьдесят лет, но он выглядел на пятьдесят пять. Высокий, как Уилл, с потрясающими волосами.

– Спасибо, что присматривали за ним, сенатор Грэйсон, – сказала я, – когда у меня не было возможности. – Я оглянулась и увидела, что Уилл пожимает руки и улыбается, в окружении друзей, в своем городе. – По крайней мере, все эти годы у него были друзья. Я придиралась к ним в старшей школе, но они действительно сделали что-то невероятное, не так ли? Первых Всадников будет непросто переплюнуть в будущем.

Господи, помоги нашим детям вписаться, хорошо?

Но когда он ничего не сказал, я снова посмотрела на него и увидела застенчивую улыбку на его губах, когда мы встретились взглядами.

– Они были не первыми, – сказал он. – И, пожалуйста, зови меня А.П.

А.П.?

Что?

Прежде чем я успела среагировать, он снова поцеловал меня в щеку и повернулся, направляясь обратно в таверну. Я стояла, застывшая, складывая кусочки головоломки из того, где раньше слышала это имя.

А.П., А.П…

Кто-то взял меня за руку, я подошла к Уиллу, мы готовились к фотографии, мои ноги меня не слушались.

И тут меня осенило. Ревери Кросс. Лучший друг Эдварда МакКланахана и бойфренд Ревери Кросс. Слух о том, что Ревери могла не прыгнуть. Слух о том, что Эдвард, или его друг, или они оба…

О боже.

Я посмотрела на А.П., увидев, что он болтает с Бэнкс, оба глубоко погружены в дискуссию, и повернулась к Уиллу с широко открытыми глазами.

– А.П.? – выпалила я, показывая на его дедушку.

Уильям Аарон Пэйн Грэйсон-старший.

Уголок губ Уилла приподнялся.

– Ну, по крайней мере, тебе со мной никогда не будет скучно, правда?

Я уставилась на него, но затем… рассмеялась, не зная, как еще на это реагировать, особенно после сегодняшних событий.

Иисус Христос. После того, как я помогла Дэймону похоронить тело, была похищена, совершила большой побег на поезде и всего, что случилось сегодня вечером, я предположила, что загадка убийства шестидесятилетней давности может остаться загадкой еще на один или два вечера.

Скучно, сказал он.

Нет, Уилл Грэйсон. Это была проблема, с которой мы с тобой никогда не столкнемся.