Греховный соблазн - Элизабет Лейн

Возможно, все происходило слишком быстро. Если она даст себе чуть больше времени, то сможет перестать бояться. Отстранившись, она повернулась к нему лицом.

– Тебе тоже нужно принять душ, – сказала она, выдавив из себя непринужденную улыбку. – Давай я помою тебе спину. – Она взяла мыло и намылила руки.

Не обращая внимания на непонимание в его лице, она развернула Кэла, сняла с него грязную рубашку и кинула ее на кафельный пол.

Его спина была очень широкой и мускулистой. Мэган наслаждалась возможностью трогать его, ощущать его. Она гладила накачанные плечи, двигаясь все ниже. Мало-помалу, поглаживая его оливковую кожу, она почувствовала, что страх отступает. «Это должно случиться», – уверенно сказала она себе. Просто нужно расслабиться, и все произойдет само собой.

Дойдя до линии его талии, Мэган замешкалась. Грубо рассмеявшись, Кэл быстро расстегнул брюки и снял их вместе с трусами.

– Не останавливайся, – попросил он. – Мне нравится.

Подавив чувство смущения, Мэган намылила его упругие ягодицы. Его тело было просто прекрасным – идеальные формы и пропорции. Любая женщина мечтала бы оказаться с ним в постели. Ее руки блуждали по его коже, задержавшись на его бедрах. Она чувствовала, как напряжение в его теле нарастает, ощущала его нетерпение. Дыхание Кэла стало прерывистым. Ее собственный пульс тоже участился. Но происходило ли это от сильного возбуждения или от неведомого ужаса, который не отпускал ее с той ночи, когда она последовала за Сайдой?

– Мне кажется, моя спина уже чистая, – произнес Кэл. – Если ты хочешь помыть меня всего, то я весь твой. Или же просто дай мне знать, и я выключу воду и принесу нам полотенца.

Мэган растерянно посмотрела на свои руки в пене. Она знала, чего он хочет. Господи, она сама желала того же! Но она не могла игнорировать неумолимо нарастающую внутреннюю панику. Мэган стояла молча, не шевелясь.

– Что такое, Мэган? – Он посмотрел на нее обеспокоенным взглядом, выключив воду. – Что случилось?

Она начала дрожать, обхватывая себя руками. Казалось, если бы ей удалось расплакаться, стало бы легче, но она не проронила ни единой слезы после той страшной ночи в Дарфуре.

– Прости меня, – еле выговорила Мэган. – Я думала, что смогу сделать это, но нет. Со мной что-то не так. Я не в состоянии это контролировать. – Пустым взглядом она смотрела на утекавшую воду.

– Ты замерзнешь.

Выйдя из кабинки, Кэл взял один из белых махровых халатов, висевших на двери. Он заботливо набросил его на плечи Мэган, пытаясь скрыть свою досаду. Засунув руки в рукава, она завязала халат. Понемногу ее сердцебиение успокаивалось. Когда Мэган наконец смогла поднять глаза и посмотреть на Кэла, он уже надел халат.

– Я надеялась, что этого не произойдет, – сказала Мэган. – Но я ошиблась. Я чувствую себя так неловко…

– Я ценю твою честность, – ответил он. – Я бы не хотел заниматься любовью с женщиной, которая сама не получает удовольствия от близости.

– Даже если она хочет получить удовольствие? – спросила Мэган, крепче завязав халат. – Ты думаешь, меня все устраивает? Впадать в необъяснимую панику каждый раз, когда дело доходит до близости? Единственное, чего я хочу, – стать опять нормальной женщиной. Я сделала попытку. Но не получилось. Даже с тобой.

«Даже с тобой». Было поздно, Мэган произнесла то, что не следовало. Выражение лица Кэла слегка изменилось – он явно понял подтекст последней фразы. Он был для нее не просто одним из мужчин. Он что-то значил для нее, пусть Мэган и сама не понимала, что именно. Их прошлые отношения не были простыми, но, видя его мужество, силу, уверенность, Мэган невольно начала надеяться, что Кэл сможет помочь ей найти путь к выздоровлению.

– Присядем. – Кэл легонько подтолкнул Мэган в спину, выводя из ванной. Пройдя через спальню, он усадил ее на диван.

Сев рядом, он притянул Мэган к себе и укрыл их обоих шерстяным пледом. Поджав босые ноги, Мэган уютно устроилась и пригрелась.

– Сегодня ты была просто умницей, – сказал он.

– Тебе нужна была моя помощь.

Он обнял ее за плечи одной рукой. Это был дружественный жест, призванный успокоить ее.

– Ты очень смелая женщина, Мэган. Смелая и сильная. Я только сейчас понял, насколько ты сильная. Но что-то жутко тебя испугало. Когда эти приступы паники начались?

– Хочешь начать сеанс психоанализа, доктор Фрейд? – пыталась отшутиться она.

– Я просто пытаюсь понять тебя. И возможно, помочь тебе. Когда ты поняла, что с тобой происходит что-то неладное?

– Я не уверена… – Она не собиралась рассказывать ему о своей неудачной попытке завести отношения с доктором из лагеря. Это провальное свидание не было причиной ее проблемы.

– Тот трагический случай из твоих кошмаров, когда ты последовала за девочкой и мальчиком и стала свидетелем того, как на них напали. Когда это произошло?

Мэган пожала плечами, встревоженная этим вопросом.

– Пять, может быть, шесть месяцев назад. Там трудно следить за течением времени. Я только помню, что тогда стояла засуха.

– Где ты была, когда произошло нападение? Если ты испугалась помочь им…

– Нет, – прервала его Мэган. – Я пыталась им помочь. Я взяла с собой пистолет. Но не успела защитить их, потому что кто-то напал на меня сзади и выхватил оружие из моих рук. Я не могла пошевелиться или даже закричать. Мне оставалось только с ужасом наблюдать. – Мэган чувствовала, как к ней возвращается страх. – Не проси меня говорить об этом, Кэл. Я не хочу.

– Хорошо, – ответил он, тяжело вздохнув. – Еще один вопрос. Как тебе удалось убежать тогда?

– Я не знаю. Возможно, джанджавиды отпустили меня, потому что я была американкой. Или, может, кто-то пришел из лагеря и вспугнул их. Я ничего не помню. Я очнулась уже в лазарете лагеря.

– Ты правда не помнишь, что произошло после того, как на тебя напали?

– Может быть, меня оглушили или я потеряла сознание, а потом меня сразу нашли. Я могу дать только такое объяснение. – Разволновавшись, Мэган отбросила плед и резко встала с дивана. – Больше никаких вопросов, Кэл. Две невинные жизни были загублены в ту ночь. Я буду помнить об этом всю жизнь, но это не значит, что я хочу об этом говорить.

В висках Мэган стучала кровь. Она прошла к платяному шкафу, где висела ее одежда, и стала рассеянно осматривать вешалки с вещами.

– Кажется, уже время обеда? Я умираю от голода. Думаю, вряд ли можно идти в этом халате в столовую. Извини меня, я переоденусь. – Она схватила первую попавшуюся вешалку. Прежде чем покинуть гостиную, Мэган бросила на него взгляд и добавила: – Давай договоримся: этого нелепого случая в душе никогда не было. Не напоминай мне о нем.

Кэл взглянул на другой край стола, где Мэган оживленно беседовала с Гарри. После того как Кэл устроил ей допрос о том, что произошло в лагере, она почти с ним не разговаривала. Очевидно, его вопросы заставляли ее нервничать. Кэл не собирался так просто отступать от поиска ответов, но теперь он решил действовать более продуманно.