Все ведьмы - рыжие - Елена Звездная

– Мавые, они такие – вовремя не дашь по морде, готовься к приплоду из мавят. – Игнат поднялся, подошел к бессознательному Колдуну, сокрушенно вздохнул. – Перестарался, к чертям собачьим! Нельзя было, чтобы он о моих способностях узнал, но как теперь я это Мастеру объяснять буду, Рит?

– Марго, – поправила я, не понимая, в чем виновата.

– Дура, – не согласился с введением поправок Лысый Черт. – Я же тебе русским языком сказал – ты мне нужна. Думаешь, легко было уговорить Мастера испытать тебя? Нет, Рита! Но я сделал это, и тебе дали шанс на жизнь, так не будь идиоткой, ничего сверхсложного от тебя не потребовали.

Стою и понять не могу – то есть я виновата, да? А как же призраки-монстры? Как же предупреждение Стужева?! Как с этим быть?

– Игнат, – я пыталась мокрые волосы расчесать пальцами, – а чего вы сами за ларцом не нырнули?

Он вскинул голову, усмехнулся и спросил:

– Показать?

– Давай, – согласилась я.

Лысый Черт подхватил здоровенного Дэна, поднялся, удерживая его на руках – я прям Игната зауважала сразу, прошел по камню и швырнул парня в воду. Бессознательного Колдуна прямо в воду! Я рванулась за ним сразу, но Демон удержал.

А в следующее мгновение Колдун всплыл, вопя во все горло и зажимая уши изо всех сил.

– Чары мавок, – спокойно наблюдая за мучениями Дэна, произнес Игнат. – Это невозможно вытерпеть, это сводит с ума. Их, не меня. Но о моих способностях никто не должен знать, поняла?

Я не ответила, я в ужасе смотрела на Вилорского.

– Дэн! – заорала я, рванувшись к вопящему от боли парню. – Дэн!

– Еще двадцать секунд, – совершенно спокойно сказал Игнат. – Иначе мне ему временной амнезии не устроить, а я не хочу, чтобы Мастер и о твоих способностях узнал.

– Каких?

– Ты мавок понимаешь. – Демон шагнул к краю камня, наклонился, протянул руку и, схватив Дэна за шиворот, махом достал из воды.

Колдун орал, потом скулил, зажимая уши изо всех сил, а Игнат невозмутимо творил волшебство, подсушивая его одежду, и только тогда Колдун затих, но уши продолжал зажимать.

– Ты чего в воду сиганул? – укоризненно спросил Игнат.

Дэн воззрился на него шальными глазами и прохрипел:

– Так мавой же… Рита… и этот… на ней же не было ничего…

Стою красная, как свекла. А еще понимаю, что Колдун, несмотря ни на что, за меня переживал. И опустившись на колени, я обняла обалдевшего от подобного Дэна, поцеловала в щеку, погладила по головке и, глядя в потрясенные зеленые глаза, прошептала:

– Спасибо. Если бы не ты… Спасибо, Дэн.

Он вдохнул, резко выдохнул и выдал:

– Вот это да…

– Что? – Я руки от него убрала тут же.

– Нет, стой, – он перехватил мои ладони, погладил их большими пальцами, улыбнулся и тихо сказал: – Я просто удивился, очень…

Где ты, двадцать первое столетие? Сижу я в мире гусей-леблядей, русалок и призраков, держит меня за руки самый настоящий колдун, а я, аки дева красная, заливаюсь смущением и почему-то уже совсем не против, что затащили меня в фэнтези 3D и вообще едва не убили призраки-демоны, а мавки утащили мои джинсы.

– Я испугалась за тебя, – сказала честно и откровенно.

– А я за тебя, – прошептал Дэн.

И тут между нами промелькнула искра. Она заставила вздрогнуть, словно током ударило, и соловьи запели, и цветы распустились прямо на черной каменюке, и солнце вдруг так ярко засияло, и… и я как-то совсем иначе взглянула на Дениса. Красивый ведь парень, надежный, привлекательный… Как я могла этого целый год не замечать? И губы у него такие…

– Берегиня, твою мать! – прорычал вдруг Игнат.

Птицы умолкли, цветы, устыдившись, расползлись с каменюки, солнце обиженно нахмурилось и прикрылось тучей, а искра отлетела от нас и игривым голоском выдала:

– Прости, Демон, не удержалась я.

Тот укоризненно посмотрел на нее.

– Поняла-поняла, улетаю, – пропела искорка и взмыла вверх.

В то же мгновение я отдернула руки от Дэна и резво поднялась.

– А помолчать не судьба? – зло спросил у него Колдун.

И почему я чувствую себя сказочной дурой?!

– Рит, – Дэн вскочил, обнял меня, – Рит, да я просто момент ловил, Рита…

– Руки убрал, няшка анимешная! Кому сказала? Ну?!

Убрал, я отвернулась и занялась волосами, повторяя про себя: «Больше никогда! Вообще! Знала же, что козел и бабник!»

Потом я стояла, отвернувшись от парней, и смотрела в воду, а Игнат лечил Дэна. Денис глаз с меня не сводил, но я с ним не разговаривала. Вдалеке, прячась под ивами, давешний мавой жаловался на жизнь-жестянку, в смысле меня, тыкал в меня же пальцами, рыбьи глазенки закатывал. Обрывки фраз доносил ветер:

– …Возомнила о себе…

– …Было б на что смотреть…

– …Как есть дура…

– …Озабоченная…

Нет, я помнила, что мне Игнат сказал, но такое выдержать было выше моих сил. Оглянулась на парней, Дэн как раз глаза прикрыл и сжал зубы, видимо, ему было больно, а я:

– Сам такой, – прошипела мавому.

Паршивая зеленая особь, недолго думая, одарила меня проекцией мужского собственно отличительного признака. Показала ему кукиш в ответ.

– Рита, – раздалось укоризненное позади.

И как только заметил? Обернулась, Игнат неодобрительно головой покачал.

– Да ладно. – Колдун улыбнулся. – Она впервые этих карасеобразных видит, еще нормально реагирует.

Мавые, а было их под ивами особей шесть мужского пола, разом повернулись и воззрились на Дэна. Тот на них внимания не обратил, да и сказанного не понял, а вот я-то все слышала!

– Чтоб у тебя корень отсох, баляба безмозглый! – выругался мавый.

Остальные поддержали:

– Болдырь сиволапый!

– Гульнын сын!

– Елдыга захухренная!

– Буслай хохрикий!

В шоке смотрю на мавых. Тот, что на меня посягал, умолк, посмотрел подозрительно и полюбопытствовал:

– Не понимаешь?

– Нет, – честно призналась.

– А-а, – протянул мавой, – необразованная. Ладно, счас поправим.

И понеслось на несчастного Дэна:

– Чтоб тебя подняло да приложило об стенку хлебалом зловонючим!

– Чтоб твоя молодка от соседа рожала!

– Чтоб тебе с гульной девкой детей растить!

– Чтоб твой е…

Через минуту я стояла красная, еще через две старалась не смеяться, а после…