Мой страстный враг - Жанетт Кенни

– Бокал «кродино», пожалуйста.

Стефано изумленно вскинул брови: безалкогольный напиток в это время суток?!

– Может, все же выпьешь вина? – предложил он.

Джемма покачала головой:

– Я редко употребляю алкоголь.

Редко еще не значит «никогда». И почему она считает, что выпить с ним за знакомство – не тот случай, когда можно изменить своим правилам?

Или все объясняется гораздо проще? Просто Джемма боится, опьянев, упасть в его объятия. Да, Стефано не мог обмануться – ее влечет к нему так же сильно, как и его к ней.

Стоило об этом вспомнить – и тело немедленно откликнулось. Стефано едва не застонал. Он любил женщин, но до встречи с Джеммой был уверен в том, что никогда не утратит самоконтроля. Похоже, ему придется пересмотреть мнение о самом себе. Неужели она подобным образом действовала и на отца?

Вполне вероятно. Например, все могло развиваться по следующему сценарию: они ужинали, отец пил вино, не сводя горящего взгляда с ее прекрасного лица, и постепенно распалялся. А Джемма с обаятельной улыбкой продолжала пить маленькими глоточками свою оранжевую шипучку, полностью владея собой. В итоге Чезаре окончательно спятил.

Вспомнив, какую роль Джемма стала играть в жизни отца, Стефано ощутил растущий гнев. Если бы мама поделилась с ним своими подозрениями сразу, как только почувствовала неладное, возможно, он бы попытался сохранить отцовские деньги, не говоря уже о том, что мог бы предотвратить ту аварию.

Кто знает, может, тогда у отца открылись бы глаза, и он понял бы, в какую ловушку угодил. И отношения с сыном начали бы налаживаться. И Стефано удалось бы убедить отца, что его методы ведения бизнеса не только устарели, но и вредят окружающей среде.

После похорон Давида у Стефано состоялся разговор с отцом.

– Ну как, тебе еще не приелась роль изобретателя дорогостоящих плавучих игрушек? – спросил Чезаре. – Ты готов вернуться в семейный бизнес?

От тона отца – словно он обращался к заигравшемуся малолетнему сыну – Стефано передернуло, и он не стал интересоваться, требуется ли его помощь.

– Нет, – холодно ответил он, и их пути снова разошлись.

Если отец отказывается принимать его идеи всерьез, ему нечего делать в «Верфи Маринетти». Отказываться ради отца от своей мечты, которая начинала становиться явью, Стефано не собирался.

Отец попросил о помощи, только когда ему уже не к кому было обратиться. И то на его условиях – прежде чем внедрять новшества, Стефано должен сначала переговорить с ним. Стиснув зубами, он согласился, лишь бы Чезаре не переживал.

Но вот Джемме Кардоне он ничего не должен. Наоборот, это у нее накопился весьма солидный – во всех смыслах – должок перед его семьей. Она ничего, кроме презрения, не заслуживает. Тогда почему он легко об этом забывает, стоит ему взглянуть на нее?

Стефано размышлял, не сводя глаз с Джеммы. Как все-таки она хороша! Он в очередной раз был вынужден признать это.

Джемма то ли делала вид, что не замечает его откровенно изучающего взгляда, то ли действительно была погружена в чтение меню. Бледное лицо, хрупкая, но соблазнительная фигура. Она выглядела совсем как ребенок, отчаянно нуждающийся в том, чтобы о нем заботились. Стоит ли удивляться, что отец, с его добрым сердцем, открытым для всех, за исключением младшего сына, захотел взять ее под свое крыло.

– Ресторан знаменит своими кальмарами, – подсказал Стефано, прибегнув к своему самому доверительному тону. – Но конечно, ты можешь заказать что-нибудь другое.

– Я не в силах по достоинству оценить все мастерство шеф-повара.

Типичная отговорка для женщин, которые строго следят за своим весом. Но из личного опыта Стефано знал, что стоит восторженно отозваться о фигуре дамочки и умолять ее попробовать хотя бы один кусочек, как она уступает, а комплименты помогают ей справиться с чувством вины из-за проявленной слабости.

Но вот у Джеммы точно нет повода волноваться по поводу лишних килограммов – она и так уже на грани истощения.

– Антипаста[2]возбудит твой аппетит, – сказал Стефано.

– Спасибо, я не голодна.

«Что это с ней?» – изумился он. Сначала безалкогольный напиток, теперь вот потеря аппетита. Задумала она какую-то игру или просто нервничает?

Вернулся официант, неся бутылку вина и бокал оранжевой шипучки для Джеммы. Поставив сначала бокал перед дамой, он ловко открыл бутылку и налил вино в бокал Стефано.

Стефано вдохнул сладковато-пряный аромат вина – совсем как аромат духов Джеммы. Он тут же нахмурился – к чему такое сравнение? С трудом ему удалось сосредоточиться на дегустации вина.

– Синьор? – поинтересовался официант.

– Великолепно, – кивнул Стефано.

Официант расплылся в улыбке и начал перечислять фирменные блюда. Закончив, он повернулся к Джемме:

– Вы уже выбрали, синьора?

– Салат.

Стефано бросил меню на стол.

– Этого мало, – заявил он и, не дав Джемме рта раскрыть, заказал сам: – Антипаста и кальмары на двоих. – Обращаясь к Джемме, продолжил: – Мама всегда говорила, что в этом ресторане подают нежнейший десерт.

Джемма облизала губы, и Стефано заметил, что она вздрогнула. После недолгой борьбы девушка все же произнесла:

– Спасибо, нет.

Стефано восхитился про себя: вот это сила воли! Видно ведь, как ей хочется заказать десерт. Неожиданно Джемма спросила:

– Как сегодня чувствовал себя Чезаре?

Стефано скривился. О да, воля у этой хрупкой красотки стальная! Но так даже интереснее добиваться ее.

Он подождал, пока вернувшийся с заказом официант не расставил тарелки и, пожелав им приятного аппетита, удалился.

– Состояние отца стабильное, – только тогда ответил Стефано.

Слабая улыбка коснулась губ Джеммы. Она вздохнула, чем немедленно привлекла внимание Стефано к своей груди.

– Я очень волновалась, – чуть ли не застенчиво призналась она.

Еще бы ей не волноваться за свое будущее! Однако Стефано промолчал.

Что же заставило ее согласиться возвратить деньги, предоставив в качестве гарантии гостиницу? Он точно знал, какую сумму передал ей отец, и ему с трудом верилось, что все ушло на ремонт. Да этого с лихвой хватит, чтобы построить самый роскошный отель!

– Расскажи мне про вашу семейную гостиницу.

На лице Джеммы мелькнуло удивление, но затем в ее глазах вспыхнула неподдельная любовь, и Стефано понял, что нашел самую лучшую тему для беседы.