Вторая половинка - Джосс Вуд

— Вы не пытались выяснить?

— Еще как пытались, — ответил Каррик, вставая и заправляя рубашку в брюки. — Я пытался, и Финн, и мои родители. Ничего так и не на шли.

Сэди отказывалась с этим смириться.

— Я могла бы попробовать.

Каррик расплылся в улыбке:

— Вперед, но я не стану платить тебе еще один заоблачный гонорар, чтобы ты разыскала следы, которых нет. Уж я-то знаю!

— Я займусь ею бесплатно. — Сэди села на пятки и снова посмотрела на пейзаж. Она влюбилась в картину. В ней чувствовалось что-то невероятно знакомое, как будто она знала художника, тему или манеру письма. Она уже много времени провела с этим художником или сценой… только нужно было вспомнить, с кем, когда и где.

Каррик обвил рукой ее талию, возвращая в настоящее. Он приподнял ее и снял с кровати, но не выпустил, даже когда ее ноги коснулись пола.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, согревая дыханием мочку ее уха.

Поскольку день начался с множественных оргазмов, она чувствовала себя превосходно.

— Замечательно. Очень раскованно.

Сэди почувствовала, как он дрожит от смеха.

— Приятно слышать, но на самом деле я имел в виду вот что. — Он провел пальцем по ее животу.

— Хорошо… — У нее перехватило дыхание, сердце готово было выскочить из груди.

— Не тошнит? Ты не устала? Не хочешь есть?

Сэди шагнула назад, и Каррик опустил руки вдоль тела.

— Откуда ты знаешь о симптомах беременности?

Каррик пожал плечами:

— У Ронана двое детей, и он подробно рассказывал, как проходила беременность у Танди.

Она не знала, что Ронан женат, и сказала об этом Каррику.

Его глаза затуманились.

— Его жена умерла вскоре после того, как родился Арон, их второй сын. У нее началось кровотечение; его не смогли вовремя остановить.

— Какой ужас! — Сэди покачала головой. — Мне так жаль.

— Да, было тяжело, — вздохнул Каррик. — Мы все обожали Танди, а Ронан по-прежнему горюет по жене.

— Наверное, он будет горевать по ней всегда, — тихо ответила Сэди.

Каррик провел рукой по влажным волосам.

— Итак, вернемся к тебе. Как ты себя чувствуешь? — Уголки его губ дернулись вверх. — Я имею в виду беременность, а не секс.

Сэди ответила ему с улыбкой:

— Хорошо. Меня не тошнило, и сил у меня много, как всегда. Срок пока небольшой, поэтому почти все осталось по-прежнему.

— Я бы тебе поверил, если бы ты вчера не заснула в кресле, — заметил Каррик.

Сэди скрестила руки и покачалась на пятках.

— Прошлую неделю я почти не спала. Я строила планы. И репетировала, как скажу тебе… Каррик нахмурился:

— Неужели я такой неприступный?

Сэди села на край кровати и положила локти на колени.

— По-моему, вообще нелегко сообщать мужчине, что ты ждешь от него ребенка. И, откровенно говоря, я не ожидала, что ты отреагируешь на мои слова так спокойно.

— Я не считаю, что нужно бить лошадь за то, что сам оставил распахнутой дверь конюшни. Что сделано, то сделано. Придется иметь дело с последствиями, а не с тем, чего бы мы хотели.

— Кстати, о последствиях… — Сэди сжала пальцы между коленями. — Как мы будем жить дальше?

Каррик посмотрел на нее, и Сэди показалось, что он пригвоздил ее к полу.

— Сэди, что конкретно ты имеешь в виду?

Заметив страх, мелькнувший в его глазах, Сэди невольно улыбнулась:

— Каррик, я не прошу тебя жениться на мне. Мне просто нужно знать, намерен ли ты участвовать в жизни ребенка или собираешься устраниться, сбежать.

— Во-первых, я никогда и ни от чего в жизни не бежал… А в глубине души я всегда хотел детей. Возможно, я не хочу длительных отношений… — она прекрасно услышала в его голосе предупреждение, — но хочу стать отцом.

Что ж. Ладно.

— Но нам не нужно сейчас же решать, как сложатся наши отношения. У нас есть время. Ты уже кому-нибудь сказала, что ждешь ребенка?

— Нет, а что?

— Когда это станет известно, таблоиды раздуют дело в сенсацию. — Каррик перестал улыбаться и помрачнел. — Пресса будет упиваться такой новостью.

— Неужели пресса в самом деле так интересуется твоими делами?

— Еще как! — буркнул Каррик.

Предложение Каррика подождать показалось Сэди разумным, и она кивнула:

— Мне и самой не хочется никому ничего говорить раньше времени. Это никого не касается, кроме нас.

— Хотя у тебя будет от меня ребенок, я почти ничего о тебе не знаю.

Верно. Они занимались сексом, сблизились, насколько это вообще было возможно, но не знали друг о друге почти ничего.

— Я третья из четверых детей, и, насколько мне известно, мама рожала нас без всякого труда.

Каррик потер подбородок:

— Сэди, по-моему, нам придется кое-что изменить.

— Что именно?!

— Если нам предстоит вместе растить ребенка, по крайней мере, мы можем быть друзьями, — проговорил Каррик, тщательно подбирая слова. — Да, нас ужасно влечет друг к другу, но влечение не поможет нам хорошо воспитать ребенка. Придется нам познакомиться получше.

Но их взаимное притяжение осложняло ситуацию. Сэди махнула в сторону кровати:

— Как насчет этого?

— Секса?

— Ну да. — Сэди положила руку на кровать, чтобы не упасть. Она кивнула. Перед глазами у нее все расплывалось.

— Секс есть секс, работа есть работа, но нет такого закона, по которому друзьям нельзя заниматься сексом, по которому тем, кто вместе работает, нельзя заниматься сексом.

Он настолько рационален, настолько благоразумен! Она ожидала от него совершенно другой реакции — куда больше огня и серы. И она испытала огромное облегчение оттого, что удалось избежать некрасивой сцены. Сэди прикусила губу, сдерживая слезы. Все прошло намного лучше, чем она ожидала. Волнение и усталость навалились на нее, и она почувствовала, как уплывает…

— Эй, что с тобой? — спросил Каррик, но его голос доносился словно издалека.

Сэди почувствовала, как кружится голова. Вокруг все потемнело. Потом воздух исчез, и ковер ударил ее по лицу.

— Ты упала в обморок?

Сэди показалось, что Хассану весело. Она нахмурилась, глядя на его голову на мониторе ноутбука. Хассан в Абу-Даби откинулся на спинку кресла; он выглядел очень элегантно в костюме-тройке.

Да, в его глубоко посаженных карих глазах плясали веселые огоньки. Сэди потерла лоб кончиками пальцев.